Рябиновая кровь - Марина Адлер

— Отец! — вдруг вмешалась Мира, делая шаг навстречу. — Это Ягда вас спасла!

— Знаю, — усмехнулся князь по-доброму, обхватывая мое лицо руками как когда-то. — Но не знала она, что в вине уже был рябиновый сок. Зря рисковала, моя доченька. Разоблачение уж и так было близко.

— Как?

— Муж твой тоже догадался, как быстро обличить Макотя. Велел слугам подать особого вина. Никому бы из нас оно не навредило. Только чернотворца обличить помогло бы. Но должен отдать должное, — улыбнулся Литород еще теплее. — Дочь моя ничуть не уступила в смекалке своему супругу. И даже быстрее пришла на подмогу. Пожелаю вам лишь одного, прощаясь: чтобы оговаривали меж собой задуманное и были открыты друг перед другом.

Я приоткрыла от удивления рот, да посмотрела в сторону, где в санях ждал меня колдун. «Как же мы отдалились, — осадила мысль. — Раньше говорили обо всем на свете. А теперь князь не поделился столь важной задумкой, которая решала судьбу моих близких». В горле застрял ком. Когда повернулась к родным вновь, по щеке побежала горячая слеза, навеянная сразу всем: облегчением от того, что удалось их вызволить; разочарованием из-за недоговоренности князя; грустью расставания. Но каждого князя ожидали обязанности в его владениях. Оставлять свои земли нельзя было надолго государям. А потому, расставание было скорым без дня милого сердцу промедления. Без шанса побыть с близкими подольше.

Обнявшись с родными в который раз, распрощавшись с князем Покровом и мужьями сестер, быстро повернулась и спустилась по высоким деревянным ступеням, чтобы окончательно не растрогаться, теряя лицо княгини. Оборачиваться не смела. Знала, то действо мигом осядет болью в сердце. Только когда покидали двор все же не выдержала, повернулась и помахала близким на прощание. В этот момент меня за руку уж крепко держал муж.

* * *

Путь был чист, а погода баловала безветренностью, ясным небом над головой. Князь все держал мою руку, а я все не решалась заговорить с ним обо всем, что произошло.

— Как ты догадалась, Ягда, что убоится Макоть обычного рябинового сока? — начал он первым. — Колдун не пытался отругать за непослушание, как бы это сделал мой отец или брат. Не старался поучать оставаться тише, как это полагалось смиренной княгине. Жене. Он лишь едва слышно хмыкнул, когда вздернула подбородок выше.

— В моем краю любят те деревья. Всем в Дарском Княжестве известно о свойстве ягод рябины отгонять нечисть.

— Отгонять? — Князь рассмеялся.

— Я и не думала, что сила простых ягод может быть столь велика, — поспешила поправить себя же. Просто не могла больше ждать. Сердце разрывалось от боли осознания, что родные погибают в плену гадкого чернотворца!

Князь кивнул и стал успокаивать меня легким поглаживанием по руке. С пониманием. После увел разговор немного в сторону:

— Литород приказал всем даровцам высадить везде, где видят глаза рябиновые деревья, желая избежать долга передо мной в будущем. Он думал, что я не подступлюсь к нему из-за этого. Что отгонят меня кровавые ягоды от его владений, когда придет время.

— Неужели батюшка превратил Дарское Княжество в рябиновую рощу ради этого? — изумилась я.

— Да. Чуяло его сердце, что буду просить непосильное. Позаботился заранее о защите земель. Вот только защиты от меня нет. Да и нечисть страшится соприкосновения с рябиной, а не самих мирно растущих деревьев. Макоть везде ходил в Редниче. Здесь тоже не пекло ему взор присутствие деревьев.

Голос колдуна был холоден, а его рука сжала мою. И тут я поняла. Его не жалит рябиновый сок. Не заставляет кидаться на землю от боли, не прожигает плоть. А значит, он не берет свою силу от Чернобога, как это делал Макоть. Его колдовство иное.

— Ты родился таким? — задала единственный вопрос.

— Нет. Я пришел в этот мир обычным человеком, но силой обязан не тому, кто заключает сделки с людьми. Мать родила меня мертвым, но договорилась с другими силами о том, чтобы они вдохнули жизнь в ее первенца. В тот день я родился повторно, обретая еще одного родителя кроме тех, что были смертными. Того, кто подарил мне часть себя и заставил жить.

— Кого? — подалась ближе к колдуну. Узнать такую правду хотелось до изнеможения.

— Уже скоро ты все узнаешь, Ягда. Говорить имени своего второго отца давно не имею права.

Я разочарованно выдохнула, вдруг осознав, что уже привыкла к вороху тех тайн, которыми объят с ног до головы мой муж и его княжество. Просто смиренно качнула головой.

— Спасибо, Ягда, — неожиданно вновь привлек мое внимание мужчина. — Не знаю или справился бы сам. Советник упрямо не желал испить того вина. Он понимал, что затеваем нечто. Знал, что видим его проделки, доказать хотим, но не можем. Не знаю или справился бы сам.

Мы оба знали, что он бы справился. Хватило бы плеснуть вина в лицо чернотворцу и дело с концом, но то, как князь признал меня значимой, равной себе, вызвало резкое чувство, что отозвалось теплом в груди. В который раз муж поступал со мной справедливо, правильно, удивляя великодушием. Такого мужчину не было жалко полюбить. Я посмотрела ему в глаза с умилением и тут же посерьезнела, осознавая важное: «Неправильно, как же неправильно полюбить двоих сразу. Возможно ли вовсе такое? Может ли называться любовь истинной, если разделена на две половины?»

Мороз крепчал, но снегопад нам не препятствовал в пути как это было в прошлый раз. Это дало возможность мчаться быстро. К вечеру мы уж добрались до охотничьих угодий.

В глубине души надеялась застать в одной из изб Арьяну. Выжившую, целую и невредимую. Я даже придумала сослать прислужницу куда-нибудь после того, как узнаем кто именно приказал вредить ее княгине. Но девушку не обнаружили, что ясно говорило о судьбе предательницы. Лишь я смогла найти в себе сострадание к Арьяне. Князь же сохранял спокойствие, явно подозревая во всех проделках варского княжича, который многое успел совершить, за что уж поплатился.

Дальнейший путь наш озаряло солнце, а крепкий мороз сделал дорогу безопасной, сковывая толстыми льдами реки, пруды и болота, что встречались часто по пути в Мирн. Разговоры помогали скоротать время, а гостеприимные горожане всегда были рады пригласить на ночлег князя и княгиню, предоставляя все необходимое.

Прибыв в Мирн с облегчением отметили, что хворь не унесла никого из слуг и не распространилась. Скорее всего, то и вовсе была никакая не хворь. Наверняка Арьяна подсыпала