Драконий цветок - Анна Шнайдер

Разговор с айто Инессой прояснил многое. И нет, я совсем не рассердилась на неё — понимала, что иначе наставница просто не могла, так же, как я не могла поведать ей о Касси до сегодняшнего дня. Получается, квиты.

Что же до всего остального…

Я как-то не ожидала, что рассказ будет неоднозначным, — ведь родители меня бросили. Однако выяснилось, что всё не совсем так, как я думала.

— Был обычный зимний день, — говорила наставница, глядя в окно. — И тогда, как и сейчас, на улице мело так, что и не отличишь, где небо, где земля. Да что там — собственный нос не увидишь. В подобные дни, сама понимаешь, гости в основном если и приходят, то при помощи портала добираются. Но она постучала в дверь, чем меня до крайности изумила.

— Она?

— Твоя мама, — пояснила айто Инесса. — И пришла она не сюда, в приют, а прямиком в мой столичный особняк. Улыбалась нервно и говорила, что у её экипажа сломалось колесо и, пока охрана и кучер его чинят, ей бы хотелось попить чаю.

Я смотрела на наставницу во все глаза и не понимала, о чём она говорит. У экипажа? Да, экипажами порой пользовались люди из числа нелюбителей порталов, но ведь мои родители должны быть драконами…

— Я сразу смекнула: что-то здесь нечисто, — вздохнула айто Инесса. — Сильная драконица передвигается по столице в экипаже — ничего более бредового я в жизни не слышала. Ещё и с охраной. Почувствовав неладное, я пригласила её в дом, и только когда мы оказались в моём кабинете, за запертыми дверьми, она призналась, что устроила аварию специально, и попросила помощи.

— Как её звали? — не выдержала я, но наставница покачала головой.

— Погоди, Лина. Я скажу тебе её имя, но позже, когда всё тебе объясню. Мужем этой девушки был влиятельный арнариец, но жили они не в Арнарии, а у нас в столице. О браке договаривались её отец и будущий муж, исходя из финансовых интересов и сильного дара обоих будущих супругов. В Арнарии подобное, увы, модно, и договорных браков там гораздо больше, чем у нас. Возражений самой девушки никто не слушал, её выдали замуж и затем перевезли сюда, в Эрдор, потому что здесь работал, и работает до сих пор, её супруг.

В этот момент я начала догадываться, о ком идёт речь, и у меня на голове зашевелились волосы.

— С самого первого дня жизни в столице нашей страны несчастная столкнулась со множеством ограничений. Да, вплоть до того, что ей было запрещено пользоваться порталами — переноситься куда-либо она могла только в присутствии мужа. Он же утверждал список драконов, с которыми ей было дозволено общаться, расписывал по часам, что она будет делать, — в общем, жизнь этой девушки была больше похожа на тюремное заключение. И чтобы поговорить со мной, она при помощи какого-то артефакта повредила колесо — иначе было никак. Рассказала она мне следующее… Три года супруги жили без детей, и вот наконец — она забеременела. Но ты же знаешь: с определённого срока целители-драконы способны определить, является ребёнок драконом или нет, — и после очередного планового осмотра личный целитель мужа провозгласил, что драконьей сущности он не чувствует. Далее, я думаю, ты сможешь и сама спрогнозировать, какой была реакция этого жестокого человека и что в связи с этим решила делать его жена.

— Он приказал избавиться от ребёнка, — пробормотала я, ощущая, как горят щёки. Я пока не могла определиться, хочу ли я, чтобы мои подозрения подтвердились, или всё-таки не хочу. — И она пришла к вам, чтобы вы помогли ей скрыть беременность. Как когда-то скрыла я.

— Признаюсь честно, это было сложно, — слабо улыбнулась айто Инесса. — Как ты понимаешь, оставлять Ли… хм…

Я закрыла глаза, вздохнула и призналась:

— Я догадалась. Сейчас. Раньше не догадывалась.

— Она не хотела, чтобы ты догадалась, — кивнула наставница, глядя на меня с печалью. — Ей было стыдно, а ещё она боялась, что ты захочешь помочь ей, Карл узнает правду и убьёт тебя. Лилит вообще очень боялась, что правда откроется так или иначе: знала, что муж её не пощадит.

Лилит аль Кассио. Вот как звали мою маму. Об отце я не хотела даже думать — ни тогда, ни сейчас.

Она работала в нашем приюте, учила сирот магии. Я её безумно любила — больше, чем остальных преподавателей. Айто Лилит была очень доброй и ласковой, с радостью выслушивала любые мои рассказы, гладила по голове, утешала и направляла.

Когда она умерла, я неделю не могла говорить. Мне было десять, и ещё неделю назад я переживала, что айто Лилит уйдёт из приюта, потому что забеременела, — и вдруг безжалостное «умерла»…

— Он… убил её? — осторожно спросила я, и наставница развела руками.

— Официально — нет, Лилит и её сын умерли во время родов. Но кто знает? Она носила слабого дракона, очень слабого. Целитель говорил её мужу, что дар, бывает, раскрывается позже, и только поэтому он терпел эту беременность. А когда увидел ребёнка — не выдержал. Однако доказательств у меня нет.

Я потёрла ладонью засаднившие глаза. Безумно хотелось заплакать, но я старательно держала себя в руках. Маме уже не помочь, а мне нужно быть сильной.

— Как вы скрыли беременность, айто Инесса? Я по себе знаю, насколько это сложно, а уж если речь идёт о муже…

— Практически все девять месяцев Лилит провела в больнице, — пояснила наставница. — Мы целый спектакль разыграли, придумали, что в столице вспышка язвенной крапивницы, я даже заплатила газетчикам, чтобы пару статей напечатали… Лилит в нужное время надела иллюзорный амулет, её госпитализировали и стали лечить. При подобной болезни терапия длится минимум год, и в это время посещения запрещены, а любая беременность невозможна и заканчивается прерыванием. Карл злился, но поделать ничего не мог, язвенная крапивница — недуг серьёзный и очень заразный. После родов, кстати, Лилит ещё пару недель провела с тобой в больнице, не хотела расставаться. Жаль, что ты этого не помнишь. Она любила тебя, Лина. Ради тебя она даже смогла уговорить Карла позволить ей преподавать в приюте.

— То есть он разрешил? — я изумилась. — Я думала, вы