Обскур - Ирена Мадир

Совсем рядом слышится шелест опавшей листвы под лёгкими шагами. Я не оборачиваюсь и даже не реагирую, потому что знаю, кого увижу. Из-за ствола дерева выплывает фигура Королевы. Иногда она прогуливается тут, словно по личному парку, редко навещая Бездны.

– Вижу, ты освоилась, Лиса, – произносит гомункул.

Я молча пожимаю плечами, направляя часть обскура на Бездну. Плотный мрак прикрывает её, а через секунду на месте камня, закрывающего вход сухая земля и листва. Даже энергия, которую можно было ощутить на подходе, теперь не чувствуется. Стандартная защита для того, чтобы никто не наткнулся на колодец.

– Как отношения с Вороном?

– Нормально, а почему ты спрашиваешь? – удивлённо вскидываю брови я.

Вместо ответа гомункул приближается и кладёт руку на мой живот, немного ниже пупка, а затем цокает языком:

– Не беременна.

– Что? – ошарашенно переспрашиваю я.

– Ты самое интересное моё создание. Видишь ли, я всегда выбирала мужчин на роль Черепов, потому что опасалась потомства. Какое оно могло быть у носителей обскура? Кто бы родился? Неизвестно, ведь этого никогда не происходило: ни у кого из носителей не появлялось детей после того, как они принимали силу. Тела женщин, с которыми Черепа спят, просто не способны выносить ребёнка с зерном обскура внутри.

Я поджимаю губы, хмурясь, ведь не понаслышке знаю, о чём говорит Королева. Именно из-за этого, очевидно, Хильде не смогла родить ребёнка Ролло и потеряла и его, и здоровье.

– Но что будет, если носителем обскура будет женщина? Она способна выдержать силу и новое зерно внутри себя. Или ещё любопытнее, что если оба родителя будут носителями? Я опасалась того, что может выйти из такой связи, но теперь думаю, что это может стать спасением…

– Хотите сказать, вы ставите опыт по созданию детей с обскуром? – раздражённо уточняю я.

– Моя цель – охранять Бездны, а этот, как ты сказала, «опыт», не противоречит цели…

– А если я не захочу, чтобы мои дети…

– Дадим им свободу выбора. Да и ты не беременна…

Пока.

Она не говорит этого, но слово само напрашивается. И я морщусь от понимания, что Королева не возвращается в свою спячку не потому, что внезапно стала интересоваться Черепами больше, а потому, что нашла чем себя занять – экспериментом, в центре которого Лиса и Ворон…

– Означает ли это, что я стану бабушкой? – вдруг спрашивает гомункул.

На мгновение я теряю дар речи. Есть в этом вопросе что-то даже трогательное. У гомункула нет органов, она не способна «родить», только видоизменить кого-то через страдания, но… Может, мы с Хоуком всё же не просто подопытные? Спросить я не успеваю, Королева тяжело вздыхает и превращается в чёрный дым, который стремительно удаляется прочь.

Я же иду по знакомым тропам, кусая губы от напряжённых размышлений. А ведь действительно, кем будут мои дети? И какой путь они выберут? А если решат уйти, отпустит ли Королева или использует и их для защиты Бездн?

От груза мыслей избавляет свист. Унылый и до боли знакомый. Я останавливаюсь посреди тропы, приглядываясь ко мраку. Ворон рядом, свист приближается, но вычислить, где именно он находится, нельзя. Впрочем, это и неважно, условия игры всё те же…

Ворон должен схватить Куколку.

Я срываюсь с места, двигаясь уверенно среди деревьев. Скорость бега теперь гораздо выше, чем у человека, особенно во второй форме, но моё тело остаётся в первой. Это своеобразная фора для Хоука, шанс поймать меня быстрее.

Я несусь вперёд, подгоняемая ставшим оглушительным свистом. Не нужно оглядываться, чтобы знать, что прямо позади летит монстр. Ворон нагоняет через секунду, поваливая меня на землю и моментально растворяя перья обскура. Он преображается в человека и поднимает маски: мою и свою. Мы оба тяжело дышим, обмениваясь взглядами красных глаз.

– Один – ноль в мою пользу, Куколка.

Я стону, когда чувствую, как пирсинг на языке Хоука щекочет тонкую кожу на шее.

– А можно хоть раз выиграть мне? – ухмыляюсь я.

– Ты выиграла мою душу, Мия. Оставь своему чудищу хотя бы выигрыш в таких забавах, – хрипло бормочет он.

Я знаю, что это правда. Что Ворон полностью принадлежит мне во всех смыслах, но лучше всего то, что он и сам хочет мне принадлежать… Как и я ему…

– Хоук, – выдыхаю я, обхватывая его лицо ладонями и заставляя отвлечься от поцелуев. – Помнишь, в тот вечер, перед несостоявшимся отъездом, я хотела тебе кое-что сказать?

– Мгм, – отвечает он, снова порываясь опуститься, чтобы заполучить мои губы.

– Я всё ещё не сказала…

– Ты ждала год? – фыркнул он.

– Не решалась… И думала…

– Ну? – нетерпеливо требует Ворон.

– Я люблю тебя.

Хоук давится воздухом, поднимаясь надо мной на руках. Его лицо отражает абсолютный шок перед тем, как смягчиться настолько, что начинает казаться, ещё немного и его глаза заблестят от слёз.

– Мия… Я тоже тебя люблю. Ты мой мир, всё для меня…

Ворон рассыпает поцелуи по моей коже, и я глупо улыбаюсь, впиваясь пальцами в плечи Хоука, который продолжал шептать:

– Люблю…

Примечания

Древняя родина – обозначение Земли в местном мире.

Вернуться

Шаран – мир, в котором происходит действие.

Вернуться

Нусфон – аппарат для передачи и приёма мысли в виде звука и текста на расстоянии между двумя немагами или между немагом и магом. Передача осуществляется посредством магических сигналов.