Личный психотерапевт для Эльфа - Александра Олив

было мало… Словно в страшном сне, я видела, что наш Повелитель угасает в ужасных муках, и я больше ничего не могла для него сделать. Наша магия уже давно не действовала. Все, что мы могли использовать, оставались только наши травы…

Ирнисс снова замолчала, переведя взгляд на огонь, чтобы успокоиться, но через мгновение взглянула на чужеземку перед собой.

— После того, как ты зашла внутрь, и все вдруг стихло, мне показалось, что земля ушла из-под моих ног. Я должна признаться, что хотела приказать Дондолиону вывести тебя из покоев Повелителя, я не могла допустить, чтобы чужеземка, да еще и смертная, прикасалась к нашему Повелителю. — Анна вздрогнула, заметив опасный огонь в глазах вейньяры, — Потому, когда Повелитель внезапно распахнул двери и остановился на пороге, держа тебя на руках, я не могла в это поверить. — Ирнисс нахмурилась, гордо вскинув голову, но в ее глазах сверкали слезы, — Я не говорила тебе об этом, но я хочу сейчас выразить тебе всю благодарность каждого из вейар. Ты не представляешь, что ты для нас сделала! — Ирнисс протянула руку и взяла ладонь Анны в свою, сжимая ее. Анна понимающе кивнула, накрыв ладонь эльфийки сверху.

— Ирнисс, я рада, что с Повелителем все хорошо, и он поправился.

— Ты все еще не понимаешь, — прошептала вейньяра, — Он — Хранитель Нэрэльдалот, до него Хранителем был его отец, король Эрридар. Если бы он погиб, то с ним бы ушла вся магия нашего мира, и со временем погибли бы мы все… Только он может противостоять той тьме, которая разливается в мире.

Анна потрясенно слушала её.

— Теперь ты понимаешь, мы все тебе обязаны, и Повелитель тоже… Ты должна знать, он благодарен тебе не меньше. Он может этого не показывать, может быть резок и холоден, но, поверь мне, он испытывает к тебе глубокую благодарность, потому принял тебя в Нэрэльдалот и назвал твоим домом в присутствии всех вейар. И он будет защищать тебя также, как он будет защищать любого из своих вейар. Ты очень много сделала для нас, Анна…

Анна смутилась, глядя на взволнованное лицо Ирнисс.

— Вместе с тобой в Нэрэльдалот пришла надежда… И теперь вейары снова могут встретить свою настоящую пару и приводить в мир новые жизни.

Молодая женщина продолжала сидеть, потрясенно осознавая слова древней вейньяры.

— Здесь твой дом, запомни это, — напоследок произнесла Ирнисс, — Ты всегда можешь вернуться сюда…

— Спасибо, Ирнисс, — прошептала Анна, снова чуть сжимая ладонь вейньяры.

Внутри Анны бушевали эмоции. Ей нужно было время, чтобы обдумать все услышанное в спокойной обстановке наедине с собой.

Молча женщины смотрели на огонь, горевший в очаге, каждая, думая о своем, но в целом их мысли были схожи. Где-то далеко древний владыка эльфов вглядывался в черные глаза ночи перед новым опасным рассветом.

* * *

— Мой Повелитель, — в темноте ночи Рейнир вошел в шатер эльфийского владыки и поклонился, — разведчики доложили, что большая группа скъядов собирается за ледяными отрогами. Они минуют перевал к следующей ночи. Я отправил сменный отряд докладывать о дальнейших передвижениях. Войско гроофов под предводительством короля Думфога присоединится к нам за несколько часов до рассвета. Они приближаются к Орлиному гнезду.

— Гроофы надежные и выносливые ходоки, но на их скорость рассчитывать не приходится, — задумчиво проговорил Повелитель.

Выражение его лица было спокойным. Эльфийский владыка с длинными белоснежными волосами и серебряным венцом на лбу, одетый в длинные королевские одежды поднялся со своего кресла и приблизился к полевому столу с картами.

— Есть вести о Дондолионе? — поинтересовался могущественный вейар, внимательно глядя на карту.

— Нет, мой Повелитель, — отозвался Рейнир. — Я отправил отряд в его направлении, но они вернулись, не обнаружив никаких следов, хотя его войско должно было подойти на позиции сегодня утром.

Повелитель лишь молча нахмурил густые темные брови вразлет, ничем более не выдавая своих мыслей.

— Если о Дондолионе не будет вестей к утру, отправь еще один отряд.

— Слушаюсь, мой Повелитель.

— Как только гроофы подойдут, мы выступаем. Все должны быть готовы.

Рейнир молча поклонился и покинул шатер.

Повелитель выпрямился, отрывая взгляд от карты. В огне факелов его лицо было мрачным и напряженным.

Дондолион, его верный военачальник, никогда не подводил его, и то, что часть войска не вышла в заданное место в условленное время могло говорить только о том, что что-то непредвиденное произошло с его другом.

Эардарлир решительным шагом вышел из шатра. Его личная стража тут же поклонилась ему и снова безмолвно замерла. Могущественный эльф взглянул на ярко светившую в ночном небе Луну.

Верга Серебряная ярилась за их спинами, перекатывая ледяные воды через бурные пороги. Лес доносил далекие крики зверей и ночных птиц, а перед войском Повелителя застыла молчаливая пустошь, подпираемая острыми хребтами Ледяных игольчатых пиков.

* * *

Тихо ступая в сопровождении стража к своим покоям, Анна все еще не могла собраться с мыслями. Печальная история Повелителя, которую открыла ей Ирнисс, теперь объясняла многое: и ледяной холод эльфа, и его резкость и подозрительность. Однако, Анна увидела гораздо больше. То, как Ирнисс рассказывала о Повелителе, иногда в разговоре называя его по имени, говорило о том, что древняя вейньяра была очень привязана к правителю, как мать бывает привязана к своему ребенку. Это было не удивительно, ведь она видела его еще юным. Сама эта мысль никак не укладывалась в голове Анны, но, тем не менее, она хорошо понимала, что могла испытывать Ирнисс, видя своего воспитанника раненным и на грани гибели.

— Анна! — резкий возглас заставил молодую женщину вздрогнуть, вырывая из потока мыслей. К ним решительным шагом приближался Синдар, одетый в легкую темно-коричневую кожаную кирасу, поверх темно-зеленой туники в тон брюкам, убранным в высокие темные кожаные сапоги. К его поясу были прикреплены ножны с острым эльфийским мечом. В зеленых хищных глазах плескалось явное недовольство. — Что ты здесь делаешь в такой час одна, и почему с тобой нет Мэлидора?

— Синдар, все в порядке, я была с Ирнисс, — Анна спокойно взглянула в напряженное лицо статного эльфа и увидела, как выражение его лица тут же смягчилось, однако оставалось встревоженным и мрачным.

— Дэльрион, можешь вернуться, — тут же Синдар обратился к стражнику в доспехах, и тот, поклонившись Анне, покинул их.

— Пойдем, тебе не надо ходить по дворцу одной ночью, — строго произнес вейар.

— Синдар, я была не одна, — попыталась протестовать Анна, но вейар был неумолим.

— Ты была одна без Мэлидора. — Его зеленые глаза выразительно сверкнули, когда, возвышаясь над ней, он распахнул двери ее покоев, — Повелитель дал ясный приказ, и он