Куколка против Вен(л)ика - Нелли

порталам с подписью «Любовь помогает преодолевать любые высоты». Лика, разумеется, узнала об этом только позже, но в тот момент её волновало лишь одно — успеет ли она добраться до следующей контрольной точки, чтобы снова поддержать своего гонщика.

Марафон продолжался, и с каждым километром напряжение нарастало. Вениамин, преодолев подъём, влился в основную группу лидеров, что стало для многих неожиданностью — все знали его как весёлого, но не особо серьёзного спортсмена-любителя. Однако сегодня в нём горела совершенно особая мотивация: где-то там, на трассе, его ждала женщина, ради которой стоило выложиться на максимум.

Лика, не теряя времени, объезжала маршрут на своём велосипеде, стараясь появляться в самых удачных точках для наблюдения. Она успела заметить, как Вениамин обогнал двух конкурентов на резком повороте, как он помог упавшему рядом участнику подняться (потеряв при этом несколько драгоценных секунд, но ни на секунду не пожалев об этом), и как на последнем этапе, когда финишная прямая уже показалась вдалеке, он собрал все оставшиеся силы для решающего ускорения.

Толпа у финиша к этому моменту достигла своего пика возбуждения. Диктор через громкоговоритель азартно комментировал последние метры гонки, называя имена лидеров, среди которых неожиданно для многих оказался и Вениамин Саров. Лика, успевшая добраться до финишной зоны заранее, стояла в первых рядах, её розовый шлем сверкал на солнце, привлекая внимание всех окружающих камер.

— Он идёт! Он идёт! — закричала она, увидев вдалеке знакомую фигуру, приближающуюся с невероятной скоростью.

Весь город, казалось, затаил дыхание в этот момент, наблюдая за финальным рывком, который вскоре должен был перерасти в нечто гораздо более значимое, чем просто спортивное достижение.

Бонус 2. Предложение на финише: Секунда в секунду!

Финишная прямая городского марафона превратилась в настоящее море людей, флагов и восторженных криков. Диктор, чей голос уже начинал срываться от многочасового комментирования гонки, надрывался в громкоговоритель, стараясь удержать интерес толпы на пике накала:

— Дамы и господа, лидеры приближаются к финишу, идут ноздря в ноздрю! Кто пересечёт черту первым в этой невероятной гонке?!

Лика стояла в первых рядах зрительской зоны, крепко вцепившись в секундомер, который она предусмотрительно взяла с собой, будто заранее знала, что этот день войдёт в историю их отношений как нечто особенное. Её розовый шлем ловил солнечные лучи, а профессиональная экипировка делала её похожей скорее на участницу церемонии закрытия крупных международных соревнований, чем на обычную болельщицу. Несколько операторов, заметив её яркий образ, продолжали держать камеры направленными в её сторону, явно предчувствуя, что именно здесь развернётся самый интересный сюжет дня.

Первой на финишную прямую вышла целая группа лидеров, среди которых мелькала знакомая фигура в чёрно-синем костюме. Лика прищурилась, пытаясь разглядеть номер участника среди этой пестрой толпы гонщиков, и её сердце забилось быстрее, когда она наконец узнала характерную сутулую посадку и растрёпанные из-под шлема волосы.

— Вениамин! — закричала она так громко, что несколько человек рядом невольно обернулись, но её это совершенно не смутило.

Однако события начали разворачиваться совсем не так, как она предполагала. Внезапно, откуда-то с боковой трибуны, спрыгнула женщина в спортивном костюме, оказавшаяся, по всей видимости, одной из организаторов пробега, и с криком «Осторожно, ограждение упало!» бросилась расчищать путь для гонщиков, случайно преградив дорогу целой группе лидеров. Возникла небольшая заминка, суматоха, несколько участников, включая Вениамина, были вынуждены притормозить и объехать препятствие, что стоило им драгоценных секунд.

Лика на секунду почувствовала, как её сердце замирает от волнения. Она автоматически, как это делала уже сотни раз в жизни, взглянула на секундомер в своей руке, засекая время. Внутренний голос, тот самый, который годами твердил ей о важности пунктуальности, вдруг подсказал ей странную мысль: а что, если сейчас важнее не то, кто пришёл первым, а то, насколько точно каждый из них справится со своей собственной гонкой?

Через несколько секунд, разобравшись с неожиданным препятствием, гонщики снова рванули к финишу. Впереди, обойдя нескольких соперников на последнем повороте благодаря удивительному настрою, неожиданно для всех, включая саму себя, финишную черту первой пересекла... сама Лика! Дело в том, что организаторы марафона предусмотрели отдельную символическую дистанцию для сопровождающих на велосипедах — своеобразный «забег поддержки», который завершался той же финишной чертой, но чуть раньше основного потока участников. Лика, увлечённая погоней за лучшим ракурсом для съёмки Вениамина, не заметила, как сама оказалась в числе финиширующих, вызвав шквал аплодисментов от зрителей, оценивших её спортивный энтузиазм.

Едва она пересекла черту, тяжело дыша от неожиданного заезда, как заметила, что весь стадион взревел с удвоенной силой — это означало, что основная группа лидеров уже показалась на последнем отрезке трассы. Лика мгновенно обернулась, вскинув секундомер, и в её голове тут же созрел новый, спонтанный план: она нажала кнопку, запуская отсчёт, и прокричала, чтобы её услышал весь ряд зрителей рядом:

— Вениамин Саров! У тебя ровно тридцать секунд, чтобы пересечь эту черту, иначе я забираю у тебя весь этот велосипед и продаю его на запчасти!

Толпа вокруг разразилась смехом и восторженными криками, подхватив её азарт. Несколько человек рядом начали хлопать в такт, поддерживая импровизированный отсчёт, который Лика начала громко озвучивать вслух, поглядывая на секундомер:

— Двадцать пять секунд! Двадцать! Пятнадцать!

Вениамин, услышав издалека знакомый голос, перекрывающий даже гул толпы и рёв громкоговорителя, нашёл в себе последние резервы сил. Его ноги, казалось, уже отказывались работать после стольких километров изнурительной гонки, но воля, подкреплённая чистым, беззаветным упорством, заставила его вложить в последние метры всё, что у него оставалось. Он пригнулся к рулю, стиснул зубы и рванул с такой скоростью, что несколько соперников рядом невольно расширили глаза от удивления, не ожидая подобного финального рывка от, казалось бы, уже выдохшегося гонщика.

— Десять секунд! Пять! Четыре! Три!

Лика, стоя у самой финишной черты с секундомером в вытянутой руке, будто это была олимпийская эстафетная палочка, наблюдала, как розово-чёрное пятно (Вениамин каким-то образом успел прицепить к своему рулю маленький розовый флажок, подаренный ему Ликой перед стартом, «на удачу») стремительно приближается к линии.

— Два! Один!

И в ту самую секунду, когда цифра на секундомере должна была смениться нулём, переднее колесо велосипеда Вениамина пересекло финишную черту. Толпа взорвалась овациями такой силы, что, казалось, могла обрушить соседние здания. Диктор, окончательно потеряв контроль над своими эмоциями, начал восторженно кричать в микрофон что-то невразумительное о «невероятном финише года», а операторы всех присутствующих телеканалов моментально сфокусировали свои объективы на этой удивительной паре: изнеможённом, но счастливом гонщике, и его подруге с