Ведьмы - Эдна Уолтерс

— Это для парней, которые захотят приударить за Рейн, — нашлась Ингрид и перевела тему, добавив: — Рейн, а расскажи, как вы отбили атаку драугов на той неделе.

Эти слова заинтересовали парней поблизости. Они внимательно слушали мою историю. Кажется, у меня появилось несколько новых поклонников, готовых в следующий раз поохотиться вместе со мной. Затем меня начали расспрашивать, как мы справились с колдунами.

— Оооо, вы только посмотрите, кто решил почтить нас своим присутствием! — воскликнул парень слева от меня.

— Заткнись, Ориас, — гавкнул Риз.

Услышав недовольство в его голосе, я предположила, что в клуб пришёл Торин, хоть и не ощутила того, что всегда чувствую при его появлении. Развернулась на стуле и поняла почему. Это был Эхо. Что ж, это тоже объясняет раздражение на их лицах. Как-никак, Эхо был жнецом Хель номер один. Судя по лицам некоторых мужчин, им не терпелось вышвырнуть его отсюда.

— Эхо! Сюда!

Я вскочила со стула, и помещение закрутилось вокруг меня.

Эхо поймал меня перед тем, как я упала на пол, и усмехнулся.

— Что ты забыла в логове жнецов, маленькая Норна?

Я ухмыльнулась, разглядывая его расплывающееся лицо. Я впервые напилась, и меня унесло. С двух коктейлей. Всё же я предпочту эйфорию от использования магии. Мир кажется прекраснее, а не расплывается. И мир вокруг не вращается. Я догадывалась, что всё ещё не поцеловала пол только благодаря тому, что вцепилась в Эхо, вовремя появившегося в своём кожаном плаще.

— Праздную, — сказала я. — Мы поймали дюжину противных тёмных душ. Хотела отдать их тебе, но затем решила: нет уж, у Эхо и своих достаточно.

Эхо посмотрел вокруг и снова на меня.

— И куда же ты их дела?

— В кинжал. — Я подняла руку, демонстрируя тату. Так, похоже, я не падаю не потому, что держусь за него, а потому что он держит меня. — Я отдала их Ризу и его вечно объевшейся лимонов напарнице. — Мои слова вызвали смешки у окружающих. — Я была должна им душу. Ну, и решила немного инвестировать в будущее.

— Думаю, тебе уже пора домой, Рейн, — сказал Эхо.

— Да ну, она классно проводит время, — возразил Ориас и попытался взять меня за руку.

Эхо перехватил его руку и рыкнул:

— Только тронь её….

— Знаю, знаю, — перебил Ориас полным злости голосом. — Её англо-саксонский дружок-Валькирия бошки нам поотрывает. Ингрид уже предупредила. Рейн в полной безопасности с нами. Мы ничего против неё не имеем.

Зато много чего имеют против Эхо.

— Я знаю, что ты имеешь в виду под «полной безопасностью», Ориас, — медленно, чуть ли не по слогам проговорил Эхо, как будто его собеседник был умственно отсталым. — Поэтому повторяю: тронешь её — и я превращу твою жизнь в ад, ты ещё будешь умолять меня о смерти.

— Катись к Хель, Эхо, — рыкнул Ориас.

— Хватит, — вмешался Риз. Его голос прозвучал неожиданно авторитетно. После той стычки на школьной парковке я уже догадывалась, что ему не нравится быть свидетелем конфликтов. Что ещё удивительнее, так это то, что и Эхо, и Ориас послушно отступили. Риз посмотрел на Эхо. — Что тебе надо?

Эхо помедлил, словно хотел что-то сказать, но затем передумал, пожал плечами и ухмыльнулся.

— Ничего. Я провожу Рейн домой.

Эхо глянул на Ингрид, между ними велась беззвучная беседа.

Слишком долгая история между магическими народами портила атмосферу в клубе. Пускай я пьяна, но всё же не слепа. Кора рассказывала мне о взаимоотношениях Эхо с бывшими братьями-друидами. Логично предположить, что Ориас один из друидов.

— Перед тем как уйти, можно я кое-что спрошу? В следующий раз, когда мы столкнёмся с колдунами или драугами, я ведь могу рассчитывать на вас, ребята? — Я подняла бокал.

Мне ответили поднятыми стаканами и одобрительными возгласами.

— Спасибо. Напитки за мой… — У меня ж нет денег. Я посмотрела на Эхо и ухмыльнулась. — За счёт Эхо.

Эти слова встретили с ещё большей радостью.

— Я не потрачу на них ни цента, — припечатал Эхо.

— Ещё как потратишь, Гримнир. Время налаживать отношения.

— Нет.

Я хлопнула его по груди.

— Ну же, ради Коры. Иначе она расстроится. У меня было видение.

Он прожёг меня взглядом.

— Тебе нельзя читать её.

— Её я и не читала. Это от тебя. — Я вскинула ладонь и выкрикнула: — Всем по два бесплатных коктейля!

— У меня нет с собой карты, — едва ли не прорычал он.

— Пусть запишут на твой счёт. Уверена, ты справишься.

Он вздохнул.

— Хуже Коры, — проворчал он и кивнул бармену. — Вернусь и оплачу.

Затем подхватил меня на руки.

Только один парень носил меня на руках, и я чувствовала себя в безопасности. Торин. Скучаю по нему. Слёзы подступили к глазам. Я зажмурилась, уткнулась лицом в футболку Эхо, раз уж висела на нём, как будто он моей спасательный круг, и молилась о том, чтобы мир вокруг перестал вращаться.

— Что такое? — спросил Эхо.

— Ничего.

Он опустил меня, и я поняла, что мы больше не в «Склепе». Мы в моей спальне. Эхо положил меня на кровать и посмотрел на Ингрид, которая накрыла меня одеялом. Я старалась не обращать на них внимания, но их шёпот был слишком громким.

— Ты дала ей алкоголь? — спросил он. — Они с Корой не пьют. Они даже не знают, как пить и оставаться трезвыми.

— У меня были на то причины. Спасибо, что донёс её, дальше я сама о ней позабочусь.

— А где, Хель раздери его, Торин?

Похоже, Эхо не собирался никуда уходить.

— Занят.

— Чем? Она его главный приоритет.

— Эхо, просто уйди уже. Я справлюсь.

— Позову Кору, чтобы помогла.

— Нет! — Ингрид разозлилась. — Не надо впутывать её в это.

— ДА ХВАТИТ УЖЕ! — заорала я. — Выйдите оба отсюда! — Я всё ещё чувствовала их присутствие в комнате. Взмахнула рукой и выкрикнула: — ВОН!

Повисла тишина. И затем они оба вышли. Оникс выбралась из того места, где она пряталась, и запрыгнула на кровать.

«Так и знала, что ты что-то подцепишь от Гримниров. Например, тягу к вареву смертных. Отвратительно».

«Оникс, заткнись!»

Кровать куда-то уплывала. Внутренности ходили ходуном.

~*~

Я проснулась с сильной головной болью, звоном в ушах, странным привкусом во рту и урчанием желудка. Рядом раздался смешок.

— Оникс, отвали.

— Тебе рано или поздно придётся проснуться, — весело произнёс Торин. В его голосе не было ни намёка на злость.

Я открыла один глаз, подождала, когда свет лампы перестанет причинять боль, и затем открыла второй. Торин лежал на животе рядом со мной с широкой ухмылкой на красивом лице.