(не) Равные - Мила Крейдун

«Ктара», — подумала однажды Ани о «сестре» совсем с другим подтекстом.

И одержимость эта лишь усилилась, когда правительница беловолосых демониц увидела её на землях гиен. Когда новая королева сильнейшего прайма двуликих и истинная царица отвергла её.

О-о-о-о, тогда Ани и вовсе потеряла покой.

Во-первых, никто и никогда ей ещё ни в чём не отказывал, а во-вторых…

Ктара была великолепна!

Ани захотела её.

По-настоящему.

Она была единственной, достойной королевы банши.

Глава 60. Любовь абсолютна

* * *

Ктара поднялась с постели повелителя ночи и пошатнулась.

Голова закружилась, её замутило, в глазах потемнело.

Сильные руки мгновенно подхватили её, не позволив упасть.

— Что с тобой? Всё в порядке? — сквозь пелену дурноты видела Ктара искреннее беспокойство в черных глазах правителя вампиров.

— Где туалет? — слабо спросила она, едва сдерживая рвоту.

Царицу двуликих и вампиров подхватили на руки и она успела лишь моргнуть, когда уже оказалась в уборной из чёрного мрамора.

Ктара вырвалась из рук фараона и согнулась над унитазом.

Сил и времени «выталкивать» древнее могущественное существо из помещения не было.

— Что с тобой? — уже с нотками страха повторил вопрос Рамзес II. — Тебя кто-то отравил? Когда ты ела в последний раз? В моём дворце? Кто успел? Когда?! — распылялся он всё больше.

Ктара поднялась и под пристальным суровым взглядом прошла к умывальнику.

Открыла кран, прополоскала рот и тяжело опершись о раковину из того же чёрного мрамора уставилась на себя в зеркало.

— Я беременна.

Оба молчали целую вечность, каждый думая о своём и глядя друг на друга через зеркальное отражение.

— Ты явно не рада, — выдавил из себя, наконец, фараон. Абсолютно ровно, но Ктара чувствовала в его тоне клокочущую ярость.

Ещё бы.

Она могла его понять.

Ктара прикрыла глаза.

Рада ли она?

Без понятия!

Она в шоке!

«Этого не может быть!», — единственное, что орал сейчас её разум.

А ещё: «Джей».

И чувство вины.

— Аргайл возвращается на земли гиен, — сухо произнёс повелитель вампиров, словно прочтя её мысли. Настолько сухо, что его голос едва не царапал.

Но что она могла ему сказать?

Как утешить?

Джей всегда будет занимать особое место в её сердце.

Именно он подарил ей первую радость и счастье, наплевав на весь мир. Выбрав в Пару замарашку, отработанную. Был нежен, терпелив. С рабыней. Убогой. Жалкой. Не смотря ни на что.

Все остальные пришли в её жизнь лишь позже.

Уже на улучшенную версию. На Истинную правителя мира.

И именно Джею нужен ребёнок. Именно «нужен!», но он сделал свой выбор, обрекая себя на его отсутствие. Ради неё. Обрекая себя. И свой вид. Своё царство. Весь мир. Ради неё!

А она?

А она обзавелась двумя мужьями, пока он отсутствовал, ещё и успела забеременеть от одного из них.

Ктара закрыла глаза и уперлась лбом в зеркало.

Никогда она не чувствовала себя гаже.

Как она всё Ему объяснит?

— Я сам объясню, — резко сказал великий фараон.

— Рам, — отчаянно и с сожалением произнесла Ктара, поднимая глаза, полные раскаяния. — Прости меня.

— Прими душ, — холодно бросил он. — Слуги принесут тебе одежду и сопроводят к обеду. После сразу вылетим на твои земли.

Властитель ночи развернулся и вышел.

«Да, гаже я себя точно ещё никогда не чувствовала», — подумала царица двуликих и вампиров, королева гиен, бывшая рабыня, отработанная. Та, от которой ранее избавлялись как от обузы. Та, что ранее не стоила ровным счётом ничего. Ни для кого.

Сколь круто изменилась её жизнь всего за каких-то несколько месяцев.

И сколь совершенно не легче она стала.

«Нет, улучшения всё-таки были», — посмотрела на себя в зеркало Ктара.

Свобода.

Она дорогого стоит.

Самой решать всё в своей жизни.

Выбор.

Всё, абсолютно всё в её собственных руках.

И лишь она одна творец своей судьбы и жизни.

Она.

Не Джей, не Рам, ни кто-либо ещё.

Она!

И принимая или соглашаясь с чьей-либо волей, подчиняясь чужим правилам теперь только она несёт за это ответственность.

Ибо она позволила! Она согласилась! Она была слишком слаба, чтобы отказать, настоять или оспорить.

Выбор есть всегда.

Даже когда она была рабыней, он был.

Тогда лишь были слишком велики ставки. И более вероятен конечный исход — смерть.

Или ей это лишь казалось?

Может, это она просто была столь запуганна и чувствовала себя столь жалкой, что не видела других вариантов?

Выбор есть всегда.

И у решения любой проблемы миллион вариантов.

Способен ли ты их увидеть, вот в чём вопрос.

Это зависит от уровня твоей Свободы мышления. И Духа.

Насколько ты сам чувствуешь себя жалким.

Или насколько великим. Большим.

Если бы у тебя не было тела, сколь много ты бы смогла обнять, заполнить?

Комнату?

Свой дом?

Район?

Город?

Планету?

Или Вселенную?

Все существующие миры?

Ктара разогнулась, прекратив опираться об умывальник и расправила плечи.

Твёрдо посмотрела в невероятно яркие насыщенные зелёные глаза своего отражения.

«Насколько ты жалкая?».

Она развернулась и вышла следом за фараоном.

В комнате его уже не оказалось.

На постели лежало белоснежное длинное платье на брительках, усыпанных алмазной крошкой.

Переливаясь всеми цветами радуги сиял алмазный корсет.

Платье, несмотря на количество бриллиантов оказалось невероятно лёгким и воздушным. Наверняка зачаровано.

Ктара провела ладонью по камням. Не покидало ощущение, что это не случайно и вовсе не для украшения или роскоши.

Она ошибается?

— Нет, — услышала она от двери холодный голос великого Рамзеса II. — Люди слишком хрупкие. Это платье было создано специально для тебя. Чтобы максимально защитить.

— Я не человек, — машинально отозвалась Ктара, думая о том, что для её полной безопасности тогда уж надо было мастерить скорее скафандр какой-нибудь.

— Не практично, — отозвался фараон. — И это всё же платье. С подстраховкой. На всякий случай, которого более не должно произойти. Я более не выпущу тебя из внимания. Никогда, — жёстче произнёс он, бросив на Ктару суровый взгляд, словно предупреждая «и не надейся. Твоё желание и мнение на этот счёт не учитывается».

Царица двуликих и вампиров безразлично дёрнула плечом.

Она была не против, в принципе.

И даже «за».

Обед прошёл в полном молчании.

Властитель вампиров даже не смотрел на неё. Ни разу не взглянул. Как и на всём пути до аэропорта. И в самолёте.

Ктара смотрела на совершенный профиль и не могла поверить в то, что он теперь её муж.

Великий фараон Рамзес II, правитель, полководец, победитель, древнейшее и сильнейшее существо на планете. Самое холодное и жестокое.

Он способен вообще на нежность? Заботу?

Не властную, а ту,