Брошенная невеста морского дракона.Хозяйка Штормового приюта - Юлий Люцифер

Риан представил приказ капитану следовать по этому пути без права отклонения.

Капитан Восс подтвердил, что рулевой трос был надрезан заранее.

— Эти доказательства показывают подготовленную попытку направить корабль к Кайрну, — сказал магистрат. — Но пока не связывают действие с домом Аркелей.

— Поэтому перехожу к веществам.

Мы представили образцы черной смолы.

Технический мастер Совета подтвердил: составы из северного знака, внутренней панели и грузового ящика «Вестового» имеют одинаковую основу. Полное совпадение требовало лабораторного анализа, но магические примеси и масло морской сосны были одними и теми же.

Селеста подтвердила знак химического двора.

Ордран не отрицал производство.

— Сколько таких партий выпущено за последние пять лет? — спросил магистрат.

— Сотни, — ответил он.

— Точное число?

— Нужно запросить книги.

— Которые еще не переданы.

— Запрос поступил вчера.

— Первый запрос поступил раньше, после отравления воды.

Ордран посмотрел на своего секретаря.

— Очевидно, задержка канцелярии.

Селеста тихо произнесла:

— Книги хранятся в соседнем крыле вашего дома. Для выдачи копии не требуется больше часа.

Отец повернулся к ней.

— Ты не отвечаешь за архивы.

— Но знаю, где они находятся.

— Достаточно, — сказал магистрат.

После смолы мы представили ложный маяк.

Карту маршрутов.

Кодовые диски.

Список кораблей.

Запись о «Серебряном ветре».

Риан говорил без дрожи. Только когда прочитал строку о двух ударах по корме, его голос стал тише.

Эрден подтвердил, что видел столкновение.

Ордран сразу напал на его надежность.

— Этот человек двенадцать лет лгал следствию.

— Да, — сказал Эрден.

— Скрывал личный журнал.

— Да.

— Уничтожил часть страниц.

— Спрятал.

— И вспомнил правду только после того, как нашелся удобный виновник.

— Нет.

— Почему Совет должен верить вам теперь?

Эрден посмотрел на магистрата, не на Ордрана.

— Не должен верить словам без проверки. Поэтому журнал содержит даты, сигналы, выплаты и события, записанные тогда. Поэтому на Роэне найдены коды, совпадающие с моими пометками. Поэтому в расселине возле Кайрна лежала пластина «Серебряного ветра». Я лгал о том, что видел. Но не мог двенадцать лет назад подделать вещи, которые нашли сейчас.

Магистрат кивнул секретарю.

— Зафиксировать.

Ордран больше не задавал ему вопросов.

Затем внесли носилки с Роустом.

Тея шла рядом и сразу объявила:

— Десять минут.

— Я помню, — сказал магистрат.

Инспектор подтвердил проверку списанных карт, нападение на «Вестовом», ложный приказ идти к Кайрну и разговор захватчиков о человеке внутри Штормового приюта.

Ордран спросил:

— Вы видели меня среди похитителей?

— Нет.

— Слышали мое имя?

— Нет.

— Видели приказ с моей подписью?

— Нет.

— Тогда почему ваше похищение связывают с моим домом?

— Потому что в трюме судна находилась незарегистрированная партия смолы с вашего склада, а ложный маяк снабжался маслами вашего двора.

— Продукцию можно украсть.

— Можно.

— Знак подделать.

— Можно.

— Ваши показания не подтверждают моего приказа.

— Не подтверждают.

Ордран повернулся к Совету, будто уже победил.

Роуст добавил:

— Но подтверждают, что кто-то использовал официальные структуры и ресурсы вашего союза много лет. Либо вы не знали о крупной преступной системе внутри собственных компаний, либо знали.

— Это не уголовное доказательство.

— Это причина открыть архивы.

Тея положила руку на край носилок.

— Время.

Роуста унесли.

Следом представили Далена.

Его вывели в браслетах под охраной. Он выглядел спокойнее, чем на складе, но за ночь осунулся.

Он подтвердил связь с Гесом Марром, передачу сведений, ключ для похитителя Савера, восстановление тайного склада и установку зажима в системе.

— Господин Аркель лично отдавал вам приказ? — спросил магистрат.

— Нет.

— Вы встречались с ним?

— Нет.

— Марр называл его имя?

— Нет прямо.

— Тогда почему считаете, что действовали в интересах дома Аркелей?

— Долг принадлежал «Западным складам». Письма приходили с их знаком. Материалы были из химического двора. Марр говорил, что защищает западный маршрут и решения главы союза.

— Точные слова?

Дален закрыл глаза, вспоминая.

— «Глава не допустит, чтобы человеческая хозяйка разрушила порядок, который создавался двадцать лет».

Ордран усмехнулся.

— Это может быть выдумано сейчас в надежде на смягчение.

— Может, — сказал Дален. — Поэтому письмо в ящике.

Письмо положили перед магистратом.

Подписи Ордрана там не было.

Только знак Марра и указания о перегрузке системы.

— Господин Аркель, признаете Геса Марра своим уполномоченным? — спросил магистрат.

— Он имел право вести долговые переговоры от имени «Западных складов». Не организовывать диверсии.

— Когда вы последний раз получали от него отчет?

— Не помню.

— Ваша канцелярия помнит?

— Вероятно.

— Отчеты будут изъяты.

Ордран сжал губы.

— При наличии законного постановления.

— Его и рассматриваем.

После Далена пришла очередь старых страниц Эрдена.

Инициалы «О. А.».

Северный склад.

Выплаты Олвару.

Кредиты компании сопровождения.

Ордран не отрицал существование торговых переводов.

Но объяснял каждый отдельно.

Северный склад обслуживал обычные морские поставки.

Кредит компании «Морской предел» выдавался на ремонт судна.

Олвар мог получать законную оплату за консультации по портам.

Инициалы «О. А.» не являлись подписью.

К середине слушания стало ясно: у нас достаточно доказательств большой преступной системы.

Недостаточно, чтобы связать ее с Ордраном лично без его архивов.

Он понимал это.

Магистрат тоже.

— Я вижу основания для уголовного расследования в отношении Геса Марра, Керна Олвара, неизвестных служащих портовой палаты и компаний, участвовавших в перевозке материалов, — сказал Ревард Сенн. — Вопрос о личной ответственности господина Аркеля пока остается неподтвержденным.

Ордран едва заметно расслабился.

— Следовательно, ходатайство об ограничении моих прав отклоняется.

— Я еще не закончил.

Магистрат повернулся к Селесте.

— Вы заявили о финансовых документах.

Она поднялась.

Ордран произнес:

— Селеста, сядь.

Она не посмотрела на него.

— Я являюсь стороной договора, к которому приложены эти записи.

— Они касаются брака и гарантий капитала.

— Именно. Вы заверили их как полное и достоверное отражение долгов и обязательств дома.

— Не как отчет о каждой операции.

— Я этого и не утверждаю.

Селеста передала папку магистрату.

Нотариальные печати проверили.

Все оказались подлинными.

Она открыла таблицу Северного счета.

— Этот счет обозначен кодом С-3-ОА. Внутри Торгового союза первые символы означают подразделение. Последние — распорядителя средств.

— Это твоя интерпретация, — сказал Ордран.

— Нет. Расшифровка приложена к договору.

Секретарь нашел нужную страницу.

С-3 — Северное обеспечение.

ОА — Ордран Аркель.

В зале стало тихо.

— Код обозначает владельца счета, а не человека, лично подписавшего каждый перевод, — сказал Ордран.

— Но распоряжаться суммами выше пяти тысяч крон мог только владелец или его доверенный с отдельным указанием, — ответила Селеста. — Здесь доверенные не обозначены.

Она указала на три перевода.

Первый был сделан за месяц до гибели «Серебряного ветра» компании «Морской предел».

Второй — Керну Олвару под видом оплаты консультационных услуг.

Третий — на покупку долей в западных портах через два дня после официального закрытия Восточного пролива.

— Обычные торговые операции, — сказал Ордран.

— Тогда почему они скрыты в брачном приложении под общим обозначением «страховые потери»?

— Потому что