Между строк - Ирина Фуллер

— Ты не сняла оборудование, — сообщил Кинг почти без эмоций.

Ее прошиб холодный пот. То есть всю эту сцену на лестнице слушали коллеги вместе с Ильей, а запись этого чудесного диалога попадет в Архивы…

Она выдернула маленькие наушники-капельки из ушей, кинула их в сумочку.

— Вот поэтому, — прошипела она. — Вот поэтому лучше быть одной. Когда я одна, у меня все под контролем.

— Это не совсем так — протянул Кинг. — У тебя может быть такая иллюзия…

— Это очень хорошая иллюзия — как настоящая.

Констанция, наконец, высвободилась из его рук и пошла прочь.

— Желтая машина, два-три-девять, — бросил ей вслед Артур.

Эпизод 8. Глава 7

В такси Констанция размышляла о своих чувствах, мысленно повторяя события дня. Да, порой она поступала, скажем, слегка безрассудно, но у нее всегда был план, который часто срабатывал! И в итоге ее смелость и решительность привели к тому, что был раскрыт заговор Нелидова, шпионаж Леночки и Валеры, была обнаружена Квартира Калиостро, установлено наблюдение за двумя его подельниками.

И что делали Илья и Кинг? Вели себя так, будто она отбившийся от рук подросток. Они постоянно ее контролировали! И если с Ильей Констанция к этому привыкла — в конце концов, именно по этой причине она решила прекратить с ним романтические отношения — то от Артура ждала другого. Впрочем, он и контролировал иначе: исподволь, хитро, почти незаметно. Всего лишь не говорил всю правду, сочтя, что она может как-то не так отреагировать. Всего лишь обращался с ней как со стажером, тогда как она была опытной книжницей, поймавшей тонну персонажей и побывавшей в самых разных ситуациях. Да, в последнее время он нередко выручал ее. Но это и раздражало! Он как будто демонстрировал: ты все еще та же Констанция, какой была четыре года назад. За тобой все еще нужно приглядывать. Она хотела другого. Она хотела забыть все, что было в прошлом, и почувствовать себя равноправным партнером. Кинг и Илья, возможно, думали, что проявляют заботу, но ей требовалось их признание. Простого «отличная работа, Констанция» для начала было бы достаточно.

Машина несла ее через центр города, они пересекли Неву, поток автомобилей втянул их на Литейный проспект. Весь день погода сменялась едва ли не ежеминутно: то облачно, то солнечно. То, глядишь, вот-вот пойдет дождь, то солнце пригреет почти по-летнему. Между началом Литейного и его концом сменилось три климатических зоны.

Констанция вернулась мыслями к признанию Кинга. Сердце предательски затрепетало, но разум осадил его: Артуру придется постараться, чтобы Констанция позволила и себе поддаться чувствам. Захочет ли он делать это? Хватит ли силы его влюбленности на то, чтобы доказать: доверять ему — безопасно?

Внутри нее был голос, который твердил, что держать Кинга на расстоянии было глупо, что следовало насладиться взаимным притяжением, что стоило отпустить себя и позволить то, к чему стремилась душа. Но она уже слушала этот голос прежде. Например, когда писала чертово письмо с признанием, после которого ее сердце разбилось на тысячу осколков. Или когда согласилась выпить с Ильей кофе в одной из московских кофеен, что закончилось их романом и, как оказалось, болезненной привязанностью с его стороны. Или когда согласилась вернуться в Питер ради одного только мгновения: встречи с Кингом. Как она хотела, чтобы он испытал восхищение!

«И вот мы здесь»

Констанция печально посмотрела на мелькающие фасады Садовой улицы. Ни разу этот голос не посоветовал ничего, что действительно сделало бы ее счастливой. Она не собиралась вновь совершать ошибку. Нет, она решила, что поступит разумно: скажет Артуру, что он может, если хочет, попробовать завоевать ее сердце.

«Как-то глупо и напыщенно», — подумала Констанция и попыталась подобрать другие слова.

— Ты можешь доказать, что влюблен, — скажет она.

— Делать мне больше нечего, — ответит он и уйдет.

Тихонько простонав, Констанция попыталась продумать иной сценарий, но в нем они с Кингом быстро перешли к поцелуям в ее кабинете. Пока фантазии не зашли слишком далеко, она оборвала сцену и начала заново.

Что если ничего не делать и ничего не говорить? Если он действительно влюблен, пускай проявит инициативу.

«Но разве всего двадцать минут назад мы не говорили о том, что не хотим доминирования со стороны мужчины?» — уточнил противный голосок в голове Констанции.

«Это другое», — был ответ, но мысли не заглушишь одной лаконичной фразой, поэтому на фоне долго звучало язвительное «да-а, совсе-ем друго-ое, совсе-ем».

«Я точно не буду проявлять инициативу», — твердо решила Констанция.

«Вообще, мне понравился вариант с поцелуями на столе», — заметило сознание.

«Что за проблема у нас со столами? Почему нужно все время на них сидеть?» — съехидничал один из голосов.

«Это артуровская привычка. Я взяла это у него».

«Все верно: я взяла у него привычку сидеть на столе — пускай Артур возьмет на столе меня. Справедливо?»

Констанция мотнула головой, прогоняя ненужные мысли. Не сработало, и сознание еще пару минут рисовало соблазнительные картины.

Такси выехало на Московский проспект. До Библиотеки оставалось не более десяти минут. Доходные дома за окном сменились сталинками, дорога стала шире. Робкое солнце играло с зеркалами машин и окнами витрин.

«Уже давно прошло время обеда, а у меня с утра, кроме вафли, во рту ничего не было».

«Если бы ты была попроще, там мог бы побывать язык Артура»

«Заткнись,» — Констанция прижала ладонь ко лбу.

«Вот он мог бы, раз такой заботливый, еды принести!» — заметил голос, прозвучавший удивительно похоже на Милин.

«Ну, он тоже вообще-то не на прогулке был. И тоже наверняка не ел с самого утра».

Судя по всему, ей срочно требовалось дело, чтобы заглушить эти голоса в голове.

Оказавшись в Библиотеке, Констанция сперва отправилась в столовую. Во время позднего обеда она решила, что пока не готова ехать на охоту, поэтому придумала себе другое занятие. Разумеется, томик «Джейн Эйр», который она взяла на встречу с Валерой, не был тем самым, в котором был заперт Егор. Они не стали бы так рисковать. Отправляясь на Крестовский остров, Констанция зашла в Абонемент и взяла там другое издание. Свое же оставила в кабинете.

Поэтому теперь она собиралась пойти к себе и почитать.

— Я соскучился, где ты была? — встретил ее радостный возглас Аврелия, стоило Констанции войти в отдел.

За секунду до ее появления он о чем-то мило беседовал с Марусей