Руководство по соблазнению сестры лучшего друга - Ви Киланд

Холден: Привет. Мы только что дали согласие отыграть концерт в субботу вечером. В Филадельфии. Я так рад, что съезжу домой, а еще больше рад, что увижу тебя. Мы выступаем первыми, так что начнем в девять и закончим в десять или в половине одиннадцатого. Приходи на концерт, а уедем с него вместе.

Я даже не успел отложить телефон, как она уже ответила.

Лала: О, круто! Постараюсь быть.

Постараюсь?

Я словно слушал музыкальную тему из «Рокки», готовый взбежать по лестнице и схватить на самом верху свою девушку, как вдруг иголка со скрежетом остановилась. Я напечатал ответ.

Холден: У тебя уже есть планы?

Я наблюдал, как точки прыгают по кругу, останавливаются, а потом крутятся снова.

Лала: Есть кое-какая работа, нужно наверстать.

В субботу, в девять часов вечера? Учитывая, что до того дня еще четверо суток? Я предупредил ее заранее, а она не была уверена, что сумеет выкроить пару часов? Какой бы оптимизм я ни испытывал, он свинцом надавил на мои внутренности.

Вот и все. Это начало конца.

С таким же успехом она могла бы сказать мне, что ей нужно вымыть голову. Я боялся ей это написать, опасаясь, что она положит всему конец. Если все к этому шло, мне нужно было хотя бы увидеть ее в последний раз. Так что я смирился.

Холден: Ладно. Хорошего дня.

Ее ответом был смайлик. Чертов эмодзи.

Следующие несколько дней я потратил безумное количество часов в размышлениях о том, как поступить. Я метался между желанием признаться ей в вечной любви и желанием облегчить ей жизнь, самому официально разорвав отношения и тем самым дав ей свободу. Моя чертова голова была готова взорваться. Я одно знал наверняка: я хотел поступить с Лалой правильно, а не усложнять ей жизнь.

В конце концов, я понял, что мне нужно увидеть ее лично, чтобы принять верное решение. Поэтому я, не предупредив ее, приехал на день раньше. Я надеялся, что застигну ее врасплох, и это поможет мне принять решение. Я хотел посмотреть, как она отреагирует, когда откроет дверь после того, как мы не виделись целых три недели.

В пятницу вечером я подъехал к ее квартире. Мое сердце бешено колотилось. Когда я шел по тропинке, на лбу и верхней губе выступил пот, хотя на улице было ни капельки не тепло. Перед ее дверью я вытер ладони о штаны и глубоко вздохнул.

Тук. Тук. Тук.

Но открыла не Лала.

А ее мать.

Я попытался скрыть разочарование и вести себя вежливо.

– О! Здравствуйте, миссис Э.

– Холден? Лейни не говорила, что ты приедешь.

Я засунул руки в карманы джинсов.

– Потому что она не знает. Я хотел сделать ей сюрприз.

– О… Только вот ее нет дома. Я жду доставку, которая должна была приехать сегодня днем, но у транспортной компании спустило колесо, и они сказали, что опоздают на несколько часов.

– Лала все еще на работе? – в недоумении спросил я.

Миссис Э. покачала головой.

– У нее был прием у врача, а потом еще кое-какие дела.

– А. Ясно. – Я выдавил улыбку. – Вот тебе и сюрприз. Но я рад, что увидел вас, миссис Э. Выглядите великолепно.

– Не мог бы ты… зайти на чашечку чая? Лейни вернется только через несколько часов, но мы могли бы немного поболтать?

– Конечно. С удовольствием.

В детстве я практически жил в доме Эллисонов. И все же вдруг почувствовал себя неловко. Возможно, это было как-то связано с уверенностью, что миссис Э. пригласила меня зайти, чтобы предупредить, чтобы я держался подальше от ее дочери.

Мы болтали о пустяках, пока она наполняла чайник и накрывала на стол, а я изо всех сил старался, чтобы под мышками у меня не образовались потные круги.

– Ну вот… – Миссис Э. поставила на кухонный стол две кружки и села напротив меня. Она тепло улыбнулась. – Мой муж сказал, что зайдет составить мне компанию. Так что мы недолго пробудем вдвоем. Надеюсь, ты не возражаешь, если я буду говорить откровенно и не стану бродить вокруг да около.

Черт. Начинается.

Я сглотнул и кивнул.

– Конечно. Мы давно знакомы, миссис Э. Говорите все, что у вас на уме.

– Спасибо, Холден. – Она откашлялась. – Обычно я не лезу не в свое дело. Но я знаю, что у тебя есть чувства к моей дочери. И знаю, насколько ты был близок с моим сыном.

Я пристыженно опустил глаза.

– Мне жаль, миссис Э. Я знаю, Райан бы меня убил, если бы был здесь. И я знаю, что я не идеальный вариант с вашей точки зрения как родителей. – Я покачал головой. – Я не хотел, чтобы так произошло. Клянусь, я не хотел.

Миссис Э. потянулась через стол и похлопала меня по руке.

– Я хочу рассказать тебе одну историю. Не знаю, помнишь ты это или нет, но примерно за неделю до смерти Райан начал спать на диване внизу. Он был слишком слаб и не мог подниматься в свою комнату.

Я кивнул. На сердце стало тяжело.

– Помню.

– В один прекрасный день ты был у нас в гостях, а Райан заснул на диване. Лейни сгребала листья на лужайке перед домом, и ты вышел ей помочь. По крайней мере, ты сказал, что собираешься ей помочь. – Миссис Э. нежно улыбнулась. – Но когда ты вышел на улицу, ты набрал большую охапку листьев и бросил их в Лейни. Вы вдвоем стали драться листьями на лужайке. Вы почти час гонялись друг за другом и хохотали, как два дошколенка.

– Я помню тот день, – улыбнулся я.

– Но ты не знаешь, что Райан в разгар вашего сражения проснулся и пошел на кухню. Ему хотелось пить. Я складывала белье в другой комнате и, войдя в кухню, обнаружила, что он наблюдает за тобой и Лейни через окно. – Она повернулась, посмотрела в окно кухни Лейни и приложила ладонь к сердцу. – Он улыбался так же широко, как и вы. И знаешь, что он сказал?

– Что?

Она повернулась и посмотрела на меня.

– Он сказал, что вы уже много лет