Наши запреты - Лина Мур

Боль проскальзывает в глазах Деклана вместе с яростным бессилием. Он идёт в мою сторону и садится на колени. Он просто обхватывает мою грудь руками, а Рубен свистит.

— Пусть она кричит. Скажи ей. Она должна кричать, показать ему эмоции. Ему нужна власть. Слабость. Он успокоится. Пусть делает, как я, — быстро, едва слышно шепчу Деклану.

Он замирает, и я начинаю орать, визжать и выгибаться.

— Отвали, блять, от меня! Рубен, мать твою, не смей! — ору я.

Вот оно что.

— Рубен!

— Продолжай, Деклан! Ещё!

Но руки Деклана не особо-то и двигаются. Он даже практически не прикасается ко мне.

— Сожми, — выдыхаю я.

Деклан так и делает. Я снова визжу, дёргаю ногами, скулю и заставляю себя рыдать. Именно рыдать, умолять, устраиваю шоу. Рубен любит шоу. И я это делаю.

— Всё, всё достаточно. Хватит, — Рубен хватает Деклана и отталкивает его в сторону.

Смотрю на Рубена затуманенными глазами.

— Ты чудовище… как ты можешь? Ты же любил меня! — скулю я.

— Я люблю тебя, Лейк. Я люблю тебя больше всех. Ну что ты, — Рубен прижимает меня к себе и качает.

— Деклан, развлекайся с другой. И я хочу слышать её. Ясно? — рявкает Рубен.

— Ты меня порезал… у меня кровь, — толкаю его лбом, Рубен сильнее сжимает меня в своих руках, но наблюдает за тем, как Деклан походит к камере Раэлии. Она рычит на него, пытается брыкаться. Чёрт, Раэлия, не делай этого! Не сейчас!

— Я знаю, милая. Знаю. Прости меня. Я заглажу свою вину. Я не хотел причинить тебе боль, — шепчет Рубен, гладя меня по волосам.

Деклан отрывает изоленту ото рта Раэлии, и она начинает покрывать Деклана всеми возможными оскорблениями.

— Заставь её заткнуться! — рявкает Рубен. — Разорви её.

Деклан хватает Раэлию за волосы и дёргает назад.

— Ты, блять, труп! Только, блять, посмей меня тронуть, Дек, я тебя выебу! Я тебя…

— Я могу её целовать? — спрашивает Деклан, снова дёрнув Раэлию за волосы.

Чёрт, ты должна заткнуться, Раэлия! Просто заткнуться сейчас!

— О-о-о, ты у нас нежный парень, да? Давай, — отвечает Рубен, и его рука проскальзывает под чашечку моего бюстгальтера и сжимает мою грудь.

Меня сейчас вырвет, но я слишком напряжённо наблюдаю за тем, что делает Деклан. Он впивается в шею Раэлии и, видимо, кусает, потому что она вся выгибается. Деклан зажимает ей рот ладонью, немного поворачивает её и, видимо, говорит ей моё послание на ухо, потому что она замирает на секунду.

Давай… давай…

— Она затихла. Ей нравятся поцелуи? — Рубен переключает своё внимание на Раэлию, отшвыривая меня от себя. Он встаёт на ноги, пока Деклан дёргает кофту Раэлии вниз, разрывая ворот, и запускает руку под ткань. Ох, это нехорошо.

— Отвали… не трогай меня… пожалуйста, — воет Раэлия. — Дек… это же я.

— Да вы посмотрите, что творит этот ублюдок. Он заставил плакать эту суку, — смеётся Рубен, наклоняясь и хватая Раэлию за подбородок.

Больше. Больше. Дай ему больше эмоций.

— Не трогай меня… лучше убей. Лучше…

— Чёрт, это слишком возбуждает. Я думаю, что нужно бы, действительно, снять напряжение, — Рубен кладёт ладонь на свой пах и сжимает свой член. — Деклан продолжай, а я трахну этот рот. Зубы прячь, а то я тебя их лишу и всё равно трахну.

О, боже мой. Боже мой… почему я сразу об этом не подумала? Рубен бы никогда не остановился. Я для него демонстративный экземпляр, Раэлия его жертва. И он будет изводить жертву.

— Ты решил её рассмешить? — выкрикиваю я.

Рубен замирает и, удивляясь, поворачивает голову в мою сторону. Его джинсы уже расстёгнуты. Грёбаный извращенец.

— Что?

Облизываю губы и улыбаюсь.

— Я говорю, ты решил посмешить её своим размером корнишона? Ох, не унижай себя так, Рубен. Раэлия видела и больше. У неё же был Мигель, а насколько я знаю, у него отличный размер, — ухмыляюсь я.

— Что ты сказала? — шипит он, отпуская Раэлию, и направляется ко мне.

— Ты слышал. Знаешь, почему я с радостью трахалась с другими? Потому что у них члены как члены, а не твой жалкий корнишон. Боже, он сколько сантиметров, когда ты возбуждён? Пять? Вот у Доминика член. Он шикарен. Ты бы видел его, — произношу я и улавливаю шокированные взгляды Раэлии и Деклана. Последний слабо качает головой, приказывая мне заткнуться. Ни черта. Так я перевела его внимание на себя, и он не тронет Раэлию. Пусть я получу, но Рубен не прикоснётся к ней. Он не изнасилует её. Нет. Только через мой труп. Я знаю, что с ней случилось. И это сломает её. Добьёт её.

— Ах ты, шлюха, — Рубен с размаху пинает меня в живот. Это выбивает весь кислород их моих лёгких. Я кашляю и заваливаюсь набок.

— Я не права? Я права, вот ты и бесишься. Ты бы не смешил народ, Рубен. Ты же ничтожество. Думаешь, если у тебя будут деньги, то кто-то полюбит тебя? Не-а, — сипло тяну я, бросив взгляд на него.

Его челюсть сжата, кулаки напряжены. Он замахивается и снова бьёт меня в живот. Я кашляю и стону от боли, прокатывающейся по всему телу.

— И даже если она… родит, то я убью твоего ребёнка. Я убью. Ты не имеешь права плодиться, Рубен. Ты же урод. Ты генетический урод. Зачем ты хочешь обречь своего сына на такую участь с маленьким писюном?

— Заткнись! — Он хватает меня за волосы и с силой бьёт головой об стену.

Я прикусываю язык от боли.

— Это ты так обо мне думаешь? Так? Я убью тебя! Заставлю тебя страдать! Я…

— Ой, я так боюсь. Так боюсь, что сейчас описаюсь, — хриплю я, сплёвывая кровь изо рта, а затем улыбаюсь. — Так боюсь. Ты что, не понимаешь, что никому не нужен? Ты, вообще, дерьмо этого мира. Посмотри вокруг, Рубен, тебя считают просто психом, даже не человеком. Ты…

— Роб! Гости приехали! — Ида быстро спускается по лестнице.

Ярость исчезает из глаз Рубена, и их наполняет предвкушение.

Доминик. Он здесь.

— Итак, узнаем, из чего состоит твой любовник, а, Лейк? Знаешь, что я с ним сделаю? Я заставлю его смотреть, как тебя трахают все. Затем я буду его резать и толкать в твой рот его плоть. Повеселимся, любовь моя, — смеясь, Рубен хлопает меня по щеке.

Перевожу взгляд на Раэлию, и она качает головой, говоря мне, что я дура. Может быть, я не скрываю этого.

— Деклан, вперёд. Ида, подготовь их. Пришло время для вечеринки, — бросает Рубен.

Ида поворачивается к нам и улыбается.

— Доминик здесь. Думаю, ты уже догадалась, что он приехал сам. Представляешь? Он согласился на все условия Джеймса, это было так легко. Но мало того, здесь ещё и Роко. Как думаешь, кого Доминик разрешит убить первой, а? — спрашивая, она медленно подходит ко мне и, хватая за волосы, сажает.

— Тебя, — выплёвываю я.

Ида наклоняется ко мне и шепчет мне на ухо:

— Ты такая жалкая, Лейк. Он же всё равно доберётся до Раэлии. Он сделает это с ней и оставит её себе, чтобы отомстить тебе. Я считала тебя умнее, но нет, ты дура. Ты просто законченная дура.

Я прикрываю глаза и уже устала от всех этих угроз. На меня они не действуют. Но зато действует то, что скоро всё закончится. Я долго ждала этого момента. Порой я представляла, как убью Рубена. И я это сделаю. Сделаю, чего бы мне это ни стоило.

Глава 25

Доминик

Никогда не стоит следовать одному плану. Всегда должно быть как минимум три или четыре варианта развития событий. Особенно внимательно стоит относиться к самым безумным. Обычно так и случается.