Наши запреты - Лина Мур

— Ты просто ублюдок, — в ужасе выдыхает Ида.

— Да.

— Но тебе нужен Джеймс и уж точно Роб. А ещё тебе захочется узнать, зачем им Мигель.

— Становится интереснее. Продолжай, — киваю я.

— Хорошо. В общем, Мигель нужен не тем, кто хочет его убрать, а тем, кто поддерживал Грега. Тот факт, что Мигель был с Раэлией, им не нравился, поэтому они наняли Роба, то есть Рубена. Это были его идеи преследования, использования фотографий и взрыва больницы. Роб работает на них, а не на Джеймса. Джеймс больше ничего не решает. Я не знаю, что Джеймс им должен, но видела, как он встречался с одним из них. Он думал, что я ещё в постели. Я проследила и подслушала, как он говорил с женщиной. Она пришла к нему с требованием покончить со всеми Лопесами, но оставить тебя им. Поэтому я здесь. Энзо тоже Лопес, и я не могу позволить, чтобы он пострадал. Он не виноват в том, что ты мудак и натворил всё это дерьмо, за которое теперь все расплачиваются. Ты предал Грега, и им это не нравится. Им не нравится, что ты жив, и не только им. Тебя никто не любит, так что отдай мне Энзо, я уеду с ним. Я спрячу его.

— Подожди, — поднимаю руку, останавливая её мольбы. — Мне насрать на то, что сделают с моими детьми. Мне откровенно похуй. Как они заманят меня? Вокруг меня полно вооружённых людей, они сильнее ирландцев и русских. Они просто уничтожат их.

— Джеймс позвонит тебе и попросит помощи, потому что один из его людей сошёл с ума, — с тяжёлым вздохом говорит Ида. — Он будет иметь в виду Роба. Что тот якобы посадил в клетку сначала свою бывшую, а затем твою дочь. Джеймс постарается убедить тебя, что он твой друг, но за помощь что-то попросит. Я не знаю, что именно захочет Джеймс, но он заманит тебя туда, Доминик, можешь не сомневаться. И Роб убьёт твою дочь, затем твоего сына и Энзо, а также Дрона и, вообще, всех остальных. Помимо этого, он убьёт и всю семью Мигеля. Потому что Роб не просто должен доставить тебя этим ублюдкам, но и убедить Мигеля в том, что он должен их возглавить.

— Почему балом руководит Рубен? Он же просто психопат, мясо, которое мы используем.

— Потому что он психопат. Он реально психопат, и я не шучу. Он любит все мерзкие игры с кровью и пьёт её, когда убивает людей. Считает, что так он становится ещё сильнее. Он слизывает её, это мерзко, — Иду передёргивает от отвращения. — Когда я пришла к Джеймсу, Роб уже был там и имел власть. Он идеальный киллер. Всегда находит свою жертву, умело их пытает и чисто убивает. Роб раньше работал на отца Джеймса, но тайно. Он был слишком молодым, да и отец Джеймса не хотел обнародовать то, что обладает таким экземпляром. Но Джеймс узнал, предложил ему более выгодные условия сотрудничества и сделал его частью своей семьи официально. Он убьёт Джеймса, это очевидно. Брат Джеймса является средством шантажа Деклана. Этого парня просто мутузят каждый день. Роб связывает его и бьёт кнутом, пока не появится кровь, шантажируя, что убьёт его отца. А тот едва дышит. Он уже труп. Так что Деклан тебе не поможет больше. Он сам в заднице. Тебе никто не поможет, Доминик, кроме меня. У них твоя дочь и твоя шлюха. Они выложат всё про тебя.

— А какой смысл? Ну, выложат они о моих страданиях, велика потеря, — усмехаюсь я.

— Ты что, не понял? Тебя не собираются убивать, идиот. Над тобой будут издеваться. Тебе душу выпотрошат, но я могу помочь. Я могу. Но сначала приведи сюда Энзо, и я его заберу.

А вот и финал.

— Нет, — легко произношу я.

— Что? — взвизгивает Ида, подскакивая на ноги. — Ты обещал! Я дала тебе информацию! Я рассказала тебе всё, что знаю!

— Ты ошибаешься. Я не соглашался на обмен. Ты сама всё выложила мне, Ида. Я как сидел на одном месте, так и сижу. Я просто позволил тебе поболтать со мной, чтобы использовать тебя. Тебе не привыкать, поэтому нет. Энзо останется со мной.

— Его убьют!

— Это тебя не касается. Можешь идти, мне стало скучно, — встаю на ноги и допиваю виски.

— Энзо! Энзо! — Ида начинает визжать и орать на весь дом.

Она вылетает в коридор, а я за ней. Но я прислоняюсь к косяку, когда она бежит к лестнице, и ей навстречу идут мои люди. Её хватают подмышки и тащат обратно, а она орёт во всю глотку.

— Энзо! Они убьют тебя! Энзо!

Иду швыряют на пол, но она подскакивает как раз в тот момент, когда в дверях появляется Роко. Ох, это будет ещё более интересно, чем я ожидал.

— Какого хрена ты, сука, забыла в нашем доме! — орёт он, хватая Иду за волосы и швыряя в сторону двери. — Пошла на хуй отсюда! Я тебя прирежу, тварь! Я тебя убью!

Когда мой сын хочет, он может быть очень устрашающим. Именно это и происходит. Ида с писком выскакивает за дверь, а Роко за ней. Закатив глаза, возвращаюсь в гостиную и наливаю себе ещё одну порцию виски. Дети. Мило, когда они резвятся.

— Какого хрена ты позволил ей прийти сюда? — Роко залетает в гостиную и испепеляет меня злым взглядом.

Делаю глоток виски.

— Твоя сестра и Лейк у психопата.

— Что? — шокировано шепчет Роко. — И ты допустил это?

— Это было их решением.

— Их? Ты должен был защищать их! Ты должен был…

— Дать им право выбора, — перебиваю его. — Теперь у нас двое свидетелей. Он забрал мою невесту и мою дочь.

— Чего?

— Роко, я знаю, что ты злишься на меня, но давай набьём морды друг другу в иной раз? Сейчас мы должны взять себя в руки и разнести ирландцев, понял? Уничтожить их, а особенно Рубена. Его оставь мне. Придётся немного помочь им и придвинуть их конец. Ты со мной или как?

— Я с тобой, но потом я с тобой снова не разговариваю, — бубнит он.

Широко улыбаюсь и киваю ему. Мне нравится такое соглашение, потому что я точно знаю, что потом Роко будет со мной разговаривать, если всё получится, и мы выиграем. А если нет… то какая разница?

Глава 24

Лейк

Стать жертвой довольно легко. Это делают с собой люди каждый день, даже ещё не успев встать в постели. Но многие, большинство, просто попадают в спираль жертвенности. Ими начинает управлять обычная лень, ведь если использовать своё положение правильно, то можно получить кучу выгоды. Состояние жертвы может быть психологическим и физическим. Начинается всё с физического состояния, а затем легко обращается в психологическое. И тогда люди просто опускают руки. Это всё лень. Лень и безразличие к своей жизни. Я находилась в обоих состояниях и скажу, что даже в позиции жертвы можно управлять происходящим. Нужно просто не позволять себе бояться собственных мыслей, а они ужасны. Появляются чувства вины, стыда и отвращения к себе. Но, чёрт возьми, когда к твоему горлу приставляют нож, а твои руки и ноги связаны, и ты осознаёшь, что или берёшь себя в руки, или тебе конец, то тогда ни о каком стыде, страхе или же вине ты не вспомнишь.

Мы с Раэлией, запертые в клетках друг рядом с другом, провели уже достаточно времени. Не знаю, сколько прошло, но явно, что время исчисляется не минутами, а днями. Два или три дня. Рубен нас кормит. Сам. Из ложечки, отпуская язвительные и мерзкие комментарии по поводу нашего «светлого» будущего. Говорить запрещено. Во-первых, рот Раэлии заклеен изолентой. Во-вторых, это небезопасно, так как здесь стоят камеры. В-третьих, мне просто не хочется. Чем меньше я говорю и контактирую с ней,