Все как ты хотел, или Только мой дракон! - Франциска Вудворт

– С ума сойти! Что с ней такое?! Ее опоили? Почему она настолько спокойна? – набросился герцог с вопросами на лаэра Дагара.

Я ответила за него:

– Я целительница, а нас учат не терять головы и в любой ситуации сохранять спокойствие.

– Ты унаследовала мой дар? – оживилась принцесса.

– Наверное. Я сейчас учусь в академии на целителя.

– Сколько у тебя потоков?

– Стабильных двадцать один.

– У меня шестнадцать. У твоей сестры Шарлотты семь, а у Фрэнсис четыре, но она еще мала. Самая младшая у нас Доротея – ей три года.

Я ответила вежливой улыбкой.

– Все равно я в недоумении, – не выдержал уязвленный герцог. – Нам столько раз пытались подсунуть самозванок, бросающихся к нам на шею и со слезами убеждающих, что они наша потерянная дочь, а когда мы нашли настоящую, она держится с нами холоднее льда!

– Если бы мы встретились, когда я была еще в приюте, думаю, были бы и слезы, и радость, но сейчас моя жизнь протекает в устраивающем меня русле, и ваше появление внесло в нее смятение и настороженность. Я не знаю, чего от вас ожидать.

– Чего могут хотеть родители, обретшие дочь? Вернуть ее в семью и дать ей все то, чего она была лишена, – ответил герцог.

– И сразу нет! – ощетинилась я, ведь сбывались мои худшие опасения. – Вы забываете, что я учусь в академии.

– Ничего страшного, в Валории тоже есть академии. Хотя лучше пригласим учителей к нам в дом. Мы слишком долго не виделись, чтобы опять расставаться.

– Если продолжите вот так распоряжаться моей жизнью без моего согласия, то вообще больше меня не увидите! – заявила я.

– Катрина, не будь столь категорична, – попытался образумить меня лаэр Дагар.

– Послушайте, я говорила вам и повторю им: я подданная империи, у меня контракт на обучение с академией. Забрать меня против воли никто по закону не может, а я куда-либо ехать отказываюсь. Может, вы и готовы признать во мне свою дочь, но я при таком отношении от вашего имени и родства отказываюсь!

– Элизабет! – ахнула, схватившись за сердце, принцесса, и села обратно в кресло, словно ее перестали держать ноги.

– Катрина, – холодно поправила я ее. – И если хотите, чтобы наше общение продолжилось, то не стоит забывать об этом.

– Хорошо же вы ее настроили! – Герцог с гневом посмотрел на лаэра Дагара. – Насколько я понимаю, ее отношение изменится, как только Валория подпишет с империей мирный договор?

– Немедленно извинитесь! – Я вытянулась в струнку. – Лаэр Дагар сделал для меня добра больше, чем все остальные, вместе взятые, в этом мире. И он ни словом не настраивал меня против вас, это с успехом сделали вы сами. Я далека от политики и могу дать слово, что мое отношение не изменится, заключи вы с империей хоть сотню договоров! А если в интересах империи будет вернуть меня на так называемую родину, то клянусь, я сбегу при первой же возможности и сделаю все, чтобы вы меня уже никогда не нашли!

– Маттео, прошу тебя, больше ни слова! – умоляюще попросила принцесса. – Ты не видишь, как вы похожи по характеру? Не нужно сгоряча говорить то, что окончательно испортит наши отношения.

– Давайте я распоряжусь насчет чая, а в это время мы все возьмем паузу и немного успокоимся, – произнес лаэр Дагар и вышел из комнаты.

Мне кажется, этот мужчина-кремень растрогался от моего заступничества.

Герцог изучающе смотрел на меня, словно заново оценивая.

– Поверить не могу. Неужели быть безродной сиротой в империи лучше, чем дочерью принцессы и герцога в Валории?!

– Да! – уверенно заявила я. – Что меня ждет у вас? Званые обеды и балы, где вы будете демонстрировать всем обретенную дочь, как призовую кобылу на выданье. Нудные чаепития с обсуждением погоды, фасонов платья и местных сплетен. А еще льстивые речи кавалеров, желающих породниться с вашей семьей. Потом вы, конечно же, устроите мой брак и пристроите в надежные руки очень достойному претенденту. Здесь же я свободна. Буду учиться, общаться с друзьями. Получив диплом, открою свою практику и заживу полноценной жизнью, ни от кого не завися. Супруга тоже выберу сама по сердцу, и будьте уверены, аристократов, которым я буду нужна лишь из-за сильного дара, даже рассматривать не стану. Претендентов буду оценивать, исходя из того, насколько совпадают наши взгляды, насколько они слышат меня и считаются с моим мнением. А лучше все важное пропишу в брачном контракте. Титул же для меня не предел мечтаний… Я и сама его со временем получу. Сильные целители в империи ценятся.

– В Валории не меньше, и больных там тоже хватает.

– Да, только там в нагрузку идет светская жизнь, налагаемая титулом, и ваша безоговорочная власть надо мной, как отца. Знаете, я так долго обретала свободу, что больше никому не позволю решать за меня, как жить. Посмотрите на себя. Вы же, едва успев познакомиться со мной, уже решили, что я должна бросить все и поехать с вами, даже не подумав поинтересоваться, чего я сама хочу.

– Право отцов беспокоиться о благополучии своих детей!

– Только я уже не ребенок. И знаете, как отец, вы себя уже сильно дискредитировали, оказавшись неспособным защитить меня. Надеюсь, о других своих детях вы позаботились лучше, – ударила я по живому. А то глядите, о праве отца он вспомнил! – Я выросла и выжила без вашего участия, и требовать от меня подчинения вашей воле уже бесполезно. Я ничего вам не должна! Я не видела ни вашей любви, ни заботы, вы не вкладывали силы в мое образование и благополучие, поэтому семейные узы с вами для меня призрачны. Слишком много времени уже прошло и упущено.

– Ты жестока.

– Жизнь в приюте легкой не была, но она меня закалила и сделала самостоятельной. Возможно, излишне самостоятельной, на ваш взгляд. – Задумавшись на миг, я добавила: – Думаю, что каждый родитель желает, чтобы его ребенок был жив, здоров и счастлив. Как видите, я жива, здорова и довольна своей жизнью. Пусть ваше сердце больше не болит за меня, у меня все хорошо. Мы можем сейчас лишь попытаться узнать друг друга лучше, чтобы понять, хотим ли и дальше продолжать общение или у нас слишком мало точек соприкосновения и мы, по сути, чужие люди.

Этот момент выбрал лаэр Дагар, чтобы вернуться. Думаю, хотел дать возможность мне поговорить без его присутствия, чтобы они убедились, что я не его марионетка, а говорю от себя.

Принцесса промокала платочком увлажнившиеся глаза, но при