Мой опасный магнат - Татьяна Гончарова

для Кайса. Бывший маршал, а теперь уже президент Конфедерации иногда подкидывал нам подобные задания по старой дружбе, так сказать. Да, он шагнул дальше отца по карьерной лестнице и теперь активно наводил такой же образцовый порядок у себя в аппарате и администрации.

Давно пора было.

Наши девочки спали на диване, окружённые своими мягкими игрушками. Два рыжих трогательных комочка с золотистыми хвостиками, крепко сплетенными между собой, которые синхронно подрагивали кончиками, будто они видели один и тот же сон.

— Как они? — раздался тихий голос Дрейка над моей головой.

Он привычно подошел совсем неслышно. А ведь я вот только что слышала обрывки его чеканных, властных фраз из-за неплотно прикрытой двери его кабинета. Сейчас он смотрел на спящих дочерей, и в его взгляде не было и следа той жёсткости.

Они в нем видели только нежного и любящего отца. Другие свои маски при них он не надевал. И наши девочки буквально веревки вили из своего папы.

— Спят, наши лисички, но это ненадолго, — улыбнувшись ответила я, чувствуя, как усталость отступает при виде него. — Я почти закончила с отчётом.

Горячие мужские губы ласково поцеловали мою макушку. Гибкий хвост привычно обвил мою ногу. Я закрыла глаза на секунду и вдохнула его запах, такой родной и успокаивающий.

— Я тут подумал, — сказал он негромко, подпуская в голос мои любимые соблазнительные низкие нотки. — Может сегодня уложим девочек спать пораньше. А у нас с тобой будет... время на себя. Ммм..?

По спине мгновенно побежали возбужденные мурашки. Я повернула голову, встречаясь с его тёмным, многообещающим взглядом. Внутри что-то сладко сжалось.

— Тогда, — я закрыла терминал и поднялась, чувствуя, как кровь быстрее бежит по венам, — мне нужно быстрее доделать отчет. А ты побудь с девочками. Ты ведь закончил уже?

Дрейк бросил быстрый внимательный взгляд на наших малышек. Это пока они спали, они выглядели безобидно и трогательно. Но мы оба с ним знали, что случится, когда эти сонные невинные глазки откроются.

Ниира и Дея были еще совсем маленькими, но жару уже давали нам обоим. Малышки очень рано научились вскрывать любые замки, потому никаким няням мы не могли их доверить.

Спасались бабушками, когда выпадало свободное время, и мы навещали наших родных. Там мы могли немного выдохнуть и ослабить бдительность.

Но в этом наверно и было мое счастье. Вот такое шумное, беспокойное, ни на чье не похожее. И я бы не променяла его ни на какое другое.

Дрейк сделал притворно задумчивый вид. Но я давно научилась распознавать его маски на раз. Потом он легко усмехнулся.

— Конечно, любовь моя, — ласково коснулся муж губами моей шеи. — Иди работай, а я займу наши сокровища.

Я благодарно чмокнула его в щеку и направилась к выходу, тихо смеясь.

Улыбаясь, я вспомнила тот далёкий день, когда Хард с Дианой оставили близнецов на нас двоих. Дрейк тогда выглядел так, будто его отправили на верную смерть.

Через два часа, закончив отчёт, я тихонько подкралась к двери гостиной, чтобы посмотреть, чем там занимаются мои девочки с папой. Они уже давно должны были проснуться, но в доме все еще было подозрительно тихо.

И замерла, прижав ладонь ко рту, чтобы не рассмеяться вслух.

Прямо на ковре посреди комнаты сидел Дрейк Зартон — владелец корпорации, гроза контрагентов, кошмар наёмников, легендарный рихт и прочее, и прочее. Вот только сейчас никто бы не опознал в нем ту самую грозную легенду.

Дрейк был очень занят. Его длинный опасный рихтовский хвост… украшали бантиками две необычайно сосредоточенные рыжие малышки. Их маленькие ручки уже повязали на папу множество бантиков — розовых, голубых, жёлтых, с блёстками.

Кажется, они вытащили все свои сокровища из коробки, чтобы его украсить. Банты были завязаны через каждые несколько сантиметров, превращая его мощное оружие в нечто невероятно нарядное и совершенно нелепое.

Но это было ещё не всё.

На его белой пряди, которая всегда падала на лоб, красовался огромный розовый бант. Любимый бант Деи. Он топорщился в разные стороны и создавал резкий контраст с суровым, хищным лицом мужа, сейчас выглядевшим невероятно серьёзным, будто он заключает сделку всей своей жизни.

— Не смейся, — предупредил он низким голосом.

Но я не удержалась и рассмеялась от души, так, что даже слёзы потекли по щекам.

— Папа, не дёлгайся! — строго сказала Ниира. — Ты нам мешаешь!

— Мы тебя класивым делаем! — поддержала сестру Дея, сосредоточенно завязывая очередной бантик на кончике его хвоста.

Причем свои непоседливые золотистые хвостики они ничем подобным не обременили пока. Всё на любимого папу потратили.

Дрейк улыбнулся со смесью обречённости и бесконечной нежности во взгляде.

— А я что, не красивый? — спросил он с притворной обидой в голосе.

Дочки замерли. Удивленно посмотрели на отца. Потом синхронно переглянулись между собой, как это делают близнецы.

— Ты самый класивый! — с детской непосредственностью объявила Ниира.

— Самый-самый! — охотно подтвердила Дея.

— И надо, чтобы всем-всем это было видно! — закончили они хором.

Я снова захихикала. Затейницы мои…

Дрейк прикрыл глаза на секунду. На его губах заиграла загадочная улыбка. Кажется, он задумал месть.

— А давайте украсим маму, — предложил он вдруг, — Иди-ка сюда, любовь моя, — азартно похлопал он по ковру рядом с собой.

Все еще смеясь, я шагнула в гостиную, и маленькие рыжие вихри тут же переключились на меня.

— Мама! — Ниира нетерпеливо потянула меня за руку. — Садись сколей!

— Мы тебе тоже бантик сделаем! — Дея уже копалась в коробке.

— Много-много бантиков, — радостно оглядывая новое поле для своей украшательной деятельности, пропела ее сестричка.

Я опустилась на ковер рядом с Дрейком, и он обнял меня свободной рукой. Его хвост, украшенный всеми цветами радуги, нашёл мою ногу и привычно обвил щиколотку.

— Терпи, — шепнул он мне на ухо. — Мне сказали, я самый красивый. И теперь мне нужна такая же красивая самочка.

— А ты сомневался? — я шутливо пихнула его в бок.

Потом положила голову ему на плечо, наблюдая, как наши дочери сосредоточенно творят свои «шедевры».

Их рыжие хвостики при этом возбужденно подрагивали. Маленькие пальчики путались в завязках, но упорно продолжали свою украшательскую деятельность. Иногда они ссорились из-за цвета, но очень быстро мирились. Близнецовая связь, должно быть. У моих братьев тоже так было всегда, насколько я помню.

— Четыре, — сказала я