Твои решения - Лина Мур

мы собирались утилизировать. Это ты виноват. Ты её любишь и поэтому ни черта не видишь. Но это не любовь, Мигель. Любовь взаимна. Рэй тебя ни во что не ставит. Она даже не ходит на психотерапию. Она продолжает принимать свои чёртовы таблетки. Разве я вру, пап? Разве ты сам не видел, что в её комнате полно их, и все упаковки открыты? Разве ты не нашёл их в её одежде, спрятанные по углам?

Бросаю взгляд на Доминика, ожидая его ответа.

— Это правда. Мы перевернули комнату Раэлии, там всё было, действительно, так. Это сильное психотропное вещество. Оно пока экспериментальное, и ей не выписывали его. Я обратился в клинику, в которой она находилась, говорил с врачами, они не выписывали ей его.

— У неё был рецепт, — шепчу я.

— Она его сделала сама. Она умна и легко может даже диплом тебе нарисовать так, что никто не подкопается. Это её работа. Она всегда этим занималась.

Чёрт. Выходит, она меня обманывала.

— Видишь, Мигель? Я говорил тебе… я же говорил тебе об этом. Но ты мне не верил. Ты никому не верил. Ты верил ей, и ты… ты дал ей право так с нами поступать. Ты дал ей право убивать и швыряться людскими сердцами. В тебе она увидела защитника, который всегда найдёт ей оправдания. Ну а что будет дальше? Скажи ему, папа, скажи ему, где была Рэй, — требует Роко.

— Где она была? — спрашивая, на автомате протираю и обрабатываю раны.

— Это уже не важно…

— Где. Она. Была, — резко повторяю я.

— Ладно, — с тяжёлым вздохом Доминик решается сказать, — мои люди следят за домом твоих родителей. Она была там. Она смотрела на них через окно, а затем обошла периметр.

— Она планировала их убить? — уточняю я. — Это вы решили?

— Да. Мы решили, что Раэлия посчитала препятствием твоих родителей и нас. Мы слышали кое-что, пока она была в своей комнате. Она разговаривала с кем-то. Это слышала Ида, и поэтому она опасалась находиться здесь. Она до последнего молчала, пока не узнала, что Раэлия привезла тебе чьё-то сердце, а затем не вернулась домой вся в крови и устроила травлю. Откровенную травлю, выгнала всех нас, грозилась убить твоими руками всех, кто ей мешает. И тогда Ида рассказала о том, что Раэлия договаривалась с кем-то убить Алекса, затем Роко и меня, а также Иду. Иду ты должен убить сам.

— Насколько ты веришь Иде, Доминик? — спрашиваю я, вскидывая голову и глядя ему в глаза.

— У меня нет причин не верить ей, — замечает он. — Она ни разу не сделала ничего плохого ни мне, ни Роко, ни Раэлии. Она поехала в больницу с Дроном, чтобы находиться там и передавать нам новости. Я ей верю.

— А ты знаешь, что она может быть не твоей дочерью?

— Мигель, только не ты. Раэлия…

— Грег спал с ней, мне сказал отец. Грег спал с матерью Иды. Он рассказал об этом моему отцу.

— Что? — Доминик бледнеет.

— Да, это так. Судя по тому, что я уже слышал, Грег любил хвалиться своими успехами. Так что проверь, Доминик, Ида может быть его дочерью, а не твоей.

Доминик сглатывает и опускается в кресло.

— Ты всегда так делаешь, — шепчет Роко, и я поворачиваю к нему голову.

— Как так?

— Избегаешь разговора о том, что ты ошибся, Мигель. Ты всегда ловко переключаешь внимание на что-то важное для другого человека, чтобы он забыл о теме, которую обсуждали раньше. Это твой приём. Ты умеешь видеть страхи других, но свои прячешь. А я хочу поговорить о них.

— Роко, да просто заткнись уже. Ты и без этого натворил дел, — издаёт усталый стон Доминик.

— Ладно. Что ты хочешь услышать? Что ты прав? — усмехаюсь я и качаю головой. — Хорошо, Роко, ты прав. Я избаловал Раэлию. Я дал ей повод считать, что приму всё, что она выкинет. Ты прав. Я позволил ей считать, что я жалкий дебил, который будет бегать за ней и прощать всё. Ты прав. Я виноват во всём этом. Если бы я потребовал лечения или же не поддался своим чувствам к ней, то сейчас все мы могли бы быть в других местах. Ты прав. Но я её люблю. Я буду любить её и завтра, и послезавтра, и через месяц. Я уверен в этом, но ты прав, что так больше не может продолжаться. Я не хочу её терять, но она больше не та женщина, которую я любил. И в этом помогли мне и вы. Вместо поддержки, вы накачали её наркотиками, заменили Идой и Энзо, вышвырнули из дома и бросили в мои руки, предоставив все проблемы решать мне. А я не должен был. Так что, Роко, если уж на то пошло, то все мы виноваты. Все. Но это был выбор каждого из нас. Так что закрой рот и не заставляй меня унижаться сейчас перед тобой, чтобы тебе стало легче. Чтобы ты нашёл оправдания для себя за то, что сделал с Дроном. За то, что ты решил его убить. Не я, а ты. У каждого из нас свои грехи, свои ошибки и свои промахи. Мы можем ругаться, а можем помогать друг другу. Это тоже выбор каждого из нас.

Встаю и бросаю марлю на столик.

— Мне нужно помыть руки. Доминик, где я могу это сделать? — сухо спрашиваю его.

— Я провожу тебя, — ответив, он свистит, и в гостиную сразу же входят несколько мужчин. — Присмотрите за Роко. Ему вкололи успокоительное. Он больше не опасен. Пойдём, Мигель.

Доминик ведёт меня на верхний этаж и открывает одну из комнат. Это кабинет. Кабинет Доминика. Он ведёт меня дальше, и я оказываюсь в небольшой ванной комнате. Включив воду, быстро мою руки и умываюсь, чтобы не дать своей боли прорваться сейчас. Не время. Я потом буду страдать. Один. Не сейчас.

— Ты думаешь, что Кармен соврала? — подавленно спрашивает меня Доминик.

— Не знаю, я лишь сказал то, что передал мне отец, — пожимаю плечами и сажусь в кресло напротив Доминика.

— Но она бы знала.

— Если бы не хотела лучшей жизни для своих детей, чем она была. Давай смотреть на вещи трезво, Доминик. Ты даже не проверил их. Я не против, что ты помогаешь Энзо и Иде, но так слепо верить не стоит. Посмотри на меня, я слепо верил Раэлии, а она мне врала. И мне казалось, что я могу точно определить, когда она врёт или же нет. Я ошибся, и ты тоже можешь ошибиться. Это нормально ошибаться, но надо исправлять ошибки. Я собираюсь свою исправить.

Опускаю взгляд на свои руки и крепко сжимаю их в замок.

— И ещё кое-что, проверь Роко на наркотики. Пусть сдаст анализы. У него такие же симптомы, как у Раэлии. Она тоже хотела всех убить. Постоянно думала об этом, и голова у неё тоже болела. И у меня. Но моя головная боль могла быть просто совпадением, а вот у Роко и Раэлии это вовсе не совпадение.

— Ты считаешь, что они оба находятся под воздействием наркотиков?

— Раэлия точно да, а вот Роко… это на него не похоже. Роко не из тех, кто швыряет людей, чтобы убить их. Я всё могу понять, и его боль тоже. Но Роко не такой. Он вспыльчив, но умеет остывать. Он хотел жениться на Дроне. Он хотел семью. Хотел детей и дом. У него были планы. И я не увидел того самого Роко, которого знаю, так же как и Раэлию. Это просто безумные люди.

— Хорошо, я проверю Роко. Хорошо.

— Где сейчас Раэлия?

— С Декланом, они в клубе. Я их туда послал. По крайней мере, там более или менее безопасно. Я заберу её позже. Господи, что за чертовщина происходит? — Доминик запускает пальцы в волосы, глядя на меня. — Мне очень жаль, что мы втянули тебя во всё