Дом отравы и крови - Алексис Л. Менард

– Мне нужно перейти через мост.

Один из них приподнял брови и подтянул ремень, поправляя брюки на внушительном животе.

– Очень жаль, но мост перекрыт. Все, у кого есть След, остаются в Роу, а местные – в своих Округах.

– Надолго? – спросил я.

– Пока инспектор лично не решит, что несущие След могут находиться среди нас и будут безопасны.

Я грубо расхохотался, заставив его вздрогнуть.

– Ага, ведь опаснее нас никого нет.

Именно этого он и хотел с самого начала. Огромная пропасть между теми, у кого есть След, и теми, у кого его нет, образовавшаяся много поколений назад еще на Континенте, теперь постепенно росла и здесь. Я собственноручно провел ее первые границы и теперь был вынужден наблюдать, как они распространяются на весь город.

– В таком случае, – сказал я, подойдя к нему вплотную и глядя сверху вниз, – катитесь к хренам из моего Роу.

Он судорожно сглотнул, но с места не сдвинулся.

– Вы же Аттано, я так понимаю?

– Как же вы догадались? – Мою улыбку нельзя было назвать ободряющей. – А теперь, офицер, если не возражаете и хотите дальше торчать, словно тролль, на этом мосту – дайте пройти, у меня дело к вашему начальству.

Я прошел мимо, отшвырнув его в сторону направленным порывом ветра.

Он выкрикнул предупреждение, которое я пропустил мимо ушей, как и остальные мои родные, чьи шаги я услышал чуть позади. Баррикады были наспех сооружены из мусора, сломанной мебели, обломков экипажей, камней и всего остального, что местные могли перетащить, чтобы расставить эти стены в шахматном порядке от одного конца моста до другого.

Я прошел почти половину пути, пока не разглядел скрытые в тумане фигуры. Инспектор стоял посередине, а Лотар, связанный и с кляпом во рту, – на коленях перед ним. В руке Гавриэль держал револьвер, еще один прятал в кармане.

– Николаи, – бодро поприветствовал он меня.

– Инспектор.

Из-за его спины шагнули вперед еще несколько стражников, образовав три линии охраны.

– Я все думал, придешь ли ты, учитывая, что у меня есть свидетели, которые видели тебя прошлой ночью на месте убийства Верховного Наблюдателя.

– Тогда почему вы держите моего брата у своих ног? – спросил я.

И если у него есть доказательства, почему я все еще на свободе?

– Потому что у меня есть для тебя последний заказ.

На всем мосту воцарилась тишина. Ни одна половина города позади нас не издавала ни звука.

– Я больше ничего для вас не сделаю, Гавриэль Клемонте. Все кончено.

Его зубы сверкнули, когда он коварно улыбнулся.

– Удивительно, как много времени тебе понадобилось, чтобы это выяснить.

Он обошел кругом Лотара, которого без пальто колотило крупной дрожью – то ли от холода, то ли его запугали до полусмерти, напомнив о тюремных условиях.

– Вы приложили множество усилий, чтобы мир забыл вашу настоящую фамилию.

Он вытащил из ножен на поясе кинжал, длиной с его предплечье и с темно-красным клинком. Я тут же вспомнил слова Валентино, когда все детали встали на свои места.

– Когда Аттано отобрали у нас компанию, мы обратились за помощью к Девяти Коронам. Они отказались поддержать нас, сказав, что лучше пусть падет одна семья, чем начнется противостояние между местными и несущими След. Они боялись использовать силу и последователей, которых собрали за последние полвека, с тех пор как потомки Отмеченных Следом перебрались на Остров. Когда мы с братом взяли дело в свои руки и захотели отомстить, они изгнали нас за то, что мы сделали.

– Вы заслужили худшей участи, убив ребенка вместе с матерью, – злобно ответил я. – Они вам ничего не сделали…

Лицо Гавриэля перекосило от бешенства, и он заговорил, брызгая слюной:

– Ах, ничего? По-твоему, ничего – это наблюдать, как распадается и теряет все, что имела твоя семья. И почему? Потому что люди со способностями, которых они не заработали и не заслужили их упорным трудом, пришли и украли наши средства к существованию. Множество поколений моей семьи упорно трудились, чтобы создать эту сталелитейную компанию. Каждое из них жертвовало своей кровью, потом и слезами, чтобы обеспечить успех мне и моему брату. И ради чего? Чтобы Аттано могли потянуть за какие-то ниточки и вырвать это все из наших рук? Брат так и спился с концами, а я был вынужден снова начинать с самых низов, чтобы снова сделать себе имя.

Я посмотрел на сигариллу в своей руке и подумал, не сделать ли затяжку.

– Итак, вы отомстили и продвинулись по служебной лестнице во Внутреннем Судебном Ордене. Что теперь, инспектор? К чему все это приведет?

Он улыбнулся.

– Знаешь, зачем был создан Хайтауэр?

– Чтобы держать там таких, как я?

Он отрицательно покачал головой.

Его построил первый Святой – Дающий и Отнимающий. Этот камень сделан из самой Пустоты и обработан магией. Только те, кто владеет определенными способностями, могут им управлять. Отмеченные Следом и их потомки – не единственные в этом мире, кто получил силу.

Гавриэль начал расхаживать по всей ширине моста, и с каждым его ленивым шагом мое сердце колотилось все чаще.

– Когда меня вышвырнули из общества и изгнали из города, я попытался уехать на Континент, но вместо этого высадился на острове. Я быстро понял, что это не ничейная земля, как я сперва подумал. Это была тюрьма, еще задолго до того, как Внутренний Судебный Орден выделил мне средства, чтобы сделать из нее нынешний Хайтауэр. Это место было предназначено для того, чтобы сдерживать божественных сущностей.

– А зачем нужно держать в тюрьме божественную сущность? – спросил я, начиная проявлять любопытство.

Его ухмылка стала шире.

– В священных текстах говорится, что, когда Хаос пришла и разрушила мировой порядок, она была отправлена за Порог Забвения, а ее демоны уничтожены. Но сначала ее попытались заключить в тюрьму, отрезав от ее армий, и лишить способности создавать новых монстров. Однако Дающий и Отнимающий потерял контроль, порядок был утрачен, и с тех пор человечество искажено. Нарушилось равновесие, и несущих След стало слишком много, они угрожали стабильности жизни на Континенте, а теперь и на Острове. Моя семья – не единственные, кто пострадал от этого неравенства.

Я расправил плечи и начал прохаживаться по всей ширине моста, разогревая мышцы.

– И поэтому Фиренце предоставляли средства вашему новому Обществу? Еще одни жертвы мифической угрозы местным?

Он пожал плечами.

– У Фиренце схожие идеалы. Видишь ли, Нико, я всего лишь коллекционер редкого и необычного, а собираю я тех, кто владеет Следом и его разновидностями.