Жестокое наследие - Мила Кейн

Я упала на пол и осталась лежать. Массимо протиснулся между нами и прижал Серхио к стулу.

— Мы так не договаривались, Серхио. Я здесь не для того, чтобы смотреть, как ты размазываешь слюни по безвольной женщине.

— Верно, не для этого. Ты здесь для того, чтобы убить Сантори. То, что я сделаю с этой сукой, чтобы передать сообщение ее отцу, тебя не касается, — выплюнул Серхио, держась за губу. Он свирепо посмотрел на меня. — Ты заплатишь за это. Думаю, сначала я отрежу палец... или, может быть, гребаное ухо.

Страх пронзил меня, и мои легкие сжались. После двух доз успокоительного и приступа рвоты, паника – последнее, что мне было нужно. Я не представляла, как переживу ее.

Но, как оказалось, мне не о чем было беспокоиться.

В ту же секунду свет погас, и весь дом погрузился в темноту.

Массимо усмехнулся.

— Миссис Сантори, за Вами пришел муж.

40.Элио

— Есть, начинаем, — раздался голос Джады в наушнике.

Я ждал у задней стены дома, пока она дистанционно отключит электричество. Все уличные фонари в квартале погасли.

— Очень точная работа, — пробормотал я, взбираясь на стену и спускаясь с другой стороны.

— Эй, я обесточила всего один район. Это сложно. Я в другой стране, не забывай. Если хочешь отключить дом, иди ищи щиток.

— Ладно, ладно, беру свои слова обратно. Отличная работа.

— Благодарю. Итак, судя по тепловому следу, впереди человек.

— Понял. — Я надел тепловизионные очки. К счастью, они были спрятаны в машине, когда взорвалась конспиративная квартира.

Как и ожидалось, впереди, спотыкаясь в темноте, шел мужчина. Я подошел достаточно близко, чтобы услышать, как он ругается, а затем свернул ему шею. Он упал на землю.

— Один убит, осталось еще тридцать, — сообщила Джада.

— Понял.

Я двигался по периметру, устраняя внешнюю охрану.

Настоящая угроза находилась ближе к Серхио, а затем – сам Массимо. Омбра.

Я как раз заканчивал с внешней охраной, когда Джада заговорила.

— Хорошо, я вижу Джорджию… по крайней мере, думаю, что вижу. Если судить по комплекции, она единственная женщина внутри. Ее ведут на кухню.

Кухня выходила на задний двор и конюшню, и находилась прямо под ее старой спальней.

— Кто-то идет в твою сторону. Кто-то крупный.

Массимо.

— Мне нужно место, где я мог бы сразиться с ним без помех.

— Конюшня. Там ничего нет, кроме нескольких лошадей.

— Хорошая идея.

Я уже был недалеко от конюшни, поскольку обходил территорию по периметру. Теперь я пробрался внутрь, оставаясь в тени. Запах сена и лошадей сразу напомнил мне о прошлом.

Спрятавшись в стойле, я достал пистолет и стал ждать.

— Он приближается, — сказала Джада.

Я кивнул, вглядываясь в темноту.

Массимо был настоящей угрозой. Все остальные – лишь помехи. Они не стали бы убивать Джорджию сразу. Им нужно было запугать ее отца. Еще было время вытащить Равелли-старшего из тюрьмы и снять с него уголовные обвинения, если прокурор откажется от своих показаний.

Лишь этот факт мог удержать Серхио. Он хотел моей смерти, мести за то, что я оставил его гнить в тюрьме… но он знал, что не справится сам, поэтому нанял Массимо.

Главный вопрос заключался в том, почему Омбра согласился на подобную миссию.

Это было совсем на него не похоже.

Вдруг наступила тишина, которая ощущалась гораздо глубже, чем прежде. Эта тишина была многослойной, и я понял, что он здесь.

— Аполлон, ты на связи, прием? — до меня донесся насмешливый оклик Омбры.

Аполлон. Бог солнца. Мой старый позывной. В воздухе витал запах сена и пота, а единственным звуком между нами было низкое фырканье лошадей. Лунный свет проникал сквозь щели в деревянных стенах, отбрасывая ломаные тени на лицо Массимо. Он поравнялся со мной. Его стойка была широкой, контролируемой – именно так, как я его учил.

Он вытащил из-за пояса пистолет и поднял его.

— Я безоружен...

Я не сдержался и фыркнул. Массимо никогда не был безоружен.

Его голова повернулась в мою сторону, а затем он перемахнул через дверь стойла.

Он приземлился прямо передо мной, как раз, когда я встал и нацелился кулаком ему в голову. Я бы не стал стрелять в него. Когда-то он был в моей команде. Было невозможно видеть в нем врага, несмотря на реальность ситуации.

Удар отскочил от его виска, когда он резко развернулся и встал ко мне лицом.

— Давно не виделись, босс. — Массимо ухмыльнулся.

Он всегда умел смеяться в лицо смерти; убийства и хаос его не пугали. На самом деле, все было с точностью до наоборот.

Он сделал выпад первым, его ботинки захрустели по соломе. Я изогнулся, едва увернувшись от удара, нацеленного мне в горло. Спина впечаталась в дверь стойла, и лошадь внутри беспокойно зашевелилась. Массимо снова атаковал, на этот раз быстрее, с жестоким хуком, направленным в мои ребра. Я поймал его запястье, вывернул его и двинул локтем ему в челюсть. Он пригнулся и нанес ответный удар коленом мне в живот. Мы дрались не в первый раз. Когда-то мы превращали это в игру. На секунду мне показалось, что все так же, но боль быстро вернула меня в реальность.

Она взорвалась внутри меня, и я подавил стон, используя инерцию, чтобы развернуться и врезаться плечом ему в грудь. Мы рухнули на пол, катаясь по грязи и сену, кулаки сталкивались с плотью. Он оказался сверху, сдавливая мне горло предплечьем. Зрение затуманилось. Я нанес удар вслепую – один, два, три удара по его ребрам, – а затем обхватил его ногами и перевернул нас. Я вытащил нож из ножен на предплечье и приставил