Просто возьми меня за руку - Екатерина Борисовна Тимашпольская

Катя подняла руку:

– Простите, пожалуйста, можно выйти?

Стрельцов кивнул.

– Африканские страусы послушны и отличаются ускоренным развитием. Как вы думаете, сколько куриных яиц заменяет одно страусиное?

– Десять? – Макс приподнялся в кресле.

– Не угадали, молодой человек! В одном страусином яйце – примерно двадцать куриных. Омлет из таких яиц получается размером с большую пиццу. Им можно накормить человек восемь-десять. Страусиные яйца – самые крупные в мире!

– Супер! – Макс записал что-то в блокнот. – А сколько стоит одно страусиное яйцо?

– Около трех тысяч, кажется. – Стрельцов быстро набрал вопрос в поисковике. – Да, точно, но это выгодно, к тому же содержание холестерина и жира в страусиных яйцах намного ниже, чем в куриных.

Макс одобрительно кивнул и снова что-то записал.

Катя тем временем незаметно выскользнула из лектория.

В зоопарке было пустынно. Сумерки начали поглощать территорию. Катя решительно забросила рюкзак на плечо и, следуя по указателям с изображением страуса, направилась к вольерам.

* * *

Страус по кличке Цезарь совершал вечерний моцион: он вальяжно прохаживался по вольеру, поворачивал голову, чистил перья, подбирал с пола зерна и пил воду из большой поилки.

Внезапно Цезарь выпрямился и насторожился: его внимание привлек звук шагов. Это точно был не Степан. Степана страус узнавал, еще когда молодой человек только подходил к вольеру с ведром, наполненным ароматным ячменем, овсом и кукурузой.

Цезарь отошел к входу во внутреннее помещение и замер.

Катя торопилась. Ее с детства пугала темнота, а сумерки сгущались очень быстро, и в зоопарке, наполненном странными голосами зверей и птиц, ей было неуютно.

Лекторий и вольеры с домашними птицами остались позади. Катя остановилась перед табличкой «Страусы африканские».

– Наверное, это здесь, – сказала она и подошла ближе к прутьям высокой решетки. – Где же страусы? И смотрителя не видно.

Она толкнула дверцу. Та легко поддалась.

– Посмотрим, что внутри. – Катя говорила вслух. – Ну и какой ты, африканский страус? Где спрятался?

Она медленно продвигалась вглубь вольера к дверце, у которой притаился Цезарь.

В кармане куртки голосом Люси Чеботиной запел телефон: «Зачем мне солнце Монако, когда тебя рядом нет». На экране появилась улыбающаяся Таня в смешной красной шапочке с помпоном. Катя занесла палец, чтобы ответить, но странный звук, похожий на смех, раздался совсем рядом.

Катя подняла голову и увидела в двух шагах от себя огромного черного страуса. Он переминался с ноги на ногу и пристально смотрел на нее.

– Мама! – вырвалось у Кати.

Телефон упал на землю.

«Ты и я – отдельный мир от всей вселенной», – продолжала петь Чеботина, а Таня улыбаться.

Цезарь резко опустил голову, стукнул клювом по экрану мобильника, потом подхватил с земли зерна, проглотил и сделал несколько шагов вперед. Телефон больше не звонил, экран погас. Катя попятилась и споткнулась о ведро с овощами. Ведро с грохотом упало и покатилось. Свекла, кукуруза и морковь рассыпались. Цезарь недовольно зашипел.

– Хороший страусик, маленький, красивый такой! – неожиданно для себя засюсюкала Катя, медленно опустилась на корточки и нащупала рукой кукурузу. – На, поешь. Ты, наверное, голодный?

Цезарь изогнул длинную шею и резким движением выхватил початок из Катиных рук.

– Я невкусная, – прошептала Катя. – Лучше ешь кукурузу. А вот еще что у меня есть. – Она достала из кармана пакетик с яблоками и морковью, раскрыла его.

Шея страуса выгнулась вопросительным знаком. И он закричал так, как плачет маленький ребенок. Початок снова упал, и страус начал клевать ярко-желтые кукурузные зерна, потом посмотрел на Катю и засвистел.

– Приглашаешь попробовать?

Цезарь надул шею, вытянул тело и громко протрубил «ууууу».

– Я не хочу это есть, но если ты настаиваешь. – Катя потянулась за кукурузой, пытаясь выиграть время.

– Ууууууу! – трубил страус.

– Аааааааа! – закричала Катя.

* * *

Стрельцов перешел к финальной части рассказа об африканских страусах и способах содержания их на фермах.

– Есть вопросы, друзья? – поинтересовался он.

– Спасибо большое, Степан Романович! – Макс похлопал по блокноту. – Масса полезной информации. Думаю, репортаж получится, да и для себя я много нового узнал.

– Особенно про цены на страусиные яйца, – ввернул Матвей. – Макс у нас будущий ресторатор. Переживает за клиентов, что им придется дорого платить за соус для цезаря.

– Вот адрес моей электронной почты. – Стрельцов передал Максу визитку. – Будут вопросы, напишите мне.

– Макс, Андрей! – Таня повернулась к мальчикам. – Катя ушла минут пятнадцать назад и не позвонила. Я набираю, она не отвечает. Что будем делать?

– Хоть ты меня и не спросила, – надулся Матвей, – я все-таки скажу. Бежим спасать Катю!

Таня вздрогнула.

– Выходим по одному, чтобы не мешать. Еще вопросы люди задают!

Ребята вышли из лектория. Животные переговаривались между собой: выли, лаяли, клекотали.

– Слышите? – Матвей поднял указательный палец. – Вдруг Катю уже съели?

Андрей усмехнулся:

– Кто? Страусы?

– А если она перепутала вольеры и пошла к тиграм, например?

– Хватит! – попросила Таня. Она не оставляла попыток дозвониться Кате. – Нет, не отвечает, гудки идут, а телефон не берет.

– Я же говорю, ее съели, – начал снова Матвей и осекся. – Вот, этот звук, услышали?

Они побежали в ту сторону, откуда доносились крики то ли птицы, то ли плачущего ребенка.

– Скорее, скорее! – торопила друзей Аля. – По указателю тут направо надо.

– Вот, это здесь, кажется! – Макс схватился за решетку вольера, пытаясь отдышаться.

На прутьях висела табличка: «Страус африканский. Кличка Цезарь».

– Что? – пробормотал Макс. – Цезарь?

– Что ты там застрял? Пойдем! Открыто! – удивился Андрей. – Может, страус уже съел Катю!

– Не, они не питаются людьми, – неуверенно произнес Матвей. – Кажется.

– Тсс! – Таня прислушалась. – Тут точно кто-то есть. Катя?

В ответ как будто засмеялись.

Матвей вынул камеру из чехла и стал крутить реле с настройками.

– Катя! – позвал Андрей и сделал несколько шагов вперед.

– Я с тобой! – Матвей настроил камеру. – Чувствую, фотки получатся что надо.

– Пойдемте, – позвала Таня. – Только медленно.

В дальнем углу вольера на корточках сидела Катя и кормила морковью и яблоками огромного страуса. Тот тихо посвистывал, проглатывая кусочки лакомства.

Матвей защелкал камерой.

Цезарь среагировал на звук, повернул голову и зашипел.

– Кажется, нам пора уходить, – прошептал Макс. – И очень быстро.

Друзья попятилась к выходу. Страус громко протрубил «ууууу».

– Бегите! – Катя вскочила на ноги.

– Люди! Я вас нашел! Ура!

Федя несся к вольеру. Он размахивал руками и потрясал телефоном.

– Я узнал про Софию! – кричал он. – Я не голосовал за Малютину!

– Стой! – закричали ему, но было поздно. Федя на скорости влетел в вольер, поскользнулся на зернах кукурузы и нелепо, как в ситкомах, пролетел рыбкой и шлепнулся лицом вниз под ноги Цезарю.

Страус с испугом посмотрел на неожиданно оказавшегося рядом