Ты за все ответишь - Эльвира Владимировна Смелик

Ну действительно, какое им дело до всего остального? Абсолютно никакого. Наверное, потому Арс и не заметил, запросто прошёл бы мимо, не обратив внимания. Если бы не Кира.

– Смотри! – внезапно воскликнула она. – Это же твоя мама?

Арс послушно посмотрел, почти на сто процентов убеждённый, что Кира обозналась. Но получилось, что ничуть. И пришлось кивнуть, подтверждая. Правда, мама. Ещё и не одна. Она стояла недалеко от края тротуара, напротив выхода из кофейни, посматривала на дорогу. Скорее всего, дожидалась, когда подъедет машина.

– Не будешь к ней подходить? – опять спросила Кира.

– Не, не буду, – мотнул головой Арс, хотя на самом деле возникло желание приблизиться, поинтересоваться, что у неё там происходит. Наверное, он именно так бы и поступил, если бы сейчас рядом не было Киры. Она не мешала, просто ситуация могла оказаться слишком неоднозначной. Ну чувствовал Арс опять, действительно чувствовал, подозревал, не нравилось ему.

– Мы же уже дома виделись, – пояснил он, стараясь выглядеть по-обычному невозмутимым, даже хмыкнул иронично. – Она знает, где я. Точнее, с кем.

А вот с кем была мама, Арс понятия не имел. И почему она сейчас здесь, а не дома.

Он развернул Киру лицом к себе, приобнял, а сам украдкой продолжал наблюдать за мамой. Зачем? Затем, что по-прежнему не находил происходящему объяснений, по крайней мере таких, которые отогнали бы не слишком приятные мысли и полностью устроили.

Возле мамы стоял мужчина – нет, не папа, – Арсу совершенно незнакомый. И кто же тогда это был? Для рабочих встреч поздновато, да и мама сейчас в отпуске. Но это был не просто знакомый… Теперь Арс убедился окончательно, что не зря с первого взгляда заподозрил неладное.

С просто знакомым не держатся за руку, словно какие-нибудь влюблённые малолетки, и не смеются, наклонившись друг к другу и едва не соприкасаясь щеками. И уж точно не целуются торопливо перед тем, как одному сесть в подъехавшее такси, одновременно опасаясь, что кто-то увидит, и не имея сил отказаться, особенно перед вынужденным расставанием.

Только вот не возникло ни радости, ни удовлетворения, оттого что Арс оказался прав. Уж лучше бы он действительно ошибся, лучше бы надумал несуществующее, как ревнивый придурок. В тысячу раз лучше.

– Арс! – окликнула Кира и, похоже, уже не в первый раз.

– А? Что? – он с трудом выбрался из бурного водоворота мыслей и чувств, будто вынырнул из стремительной горной реки, которая неумолимо несла его к обрыву.

– Ты меня слышишь?

– Конечно, – произнёс как можно убедительней, кивнул.

Кира не поверила и, кажется, догадалась, что он что-то высматривает у неё за спиной, хотела оглянуться, но Арс помешал, ещё теснее прижал к себе, прошептал:

– Может, уже пойдём отсюда? – но внезапно подумав, что это способно как-то его выдать, пусть и непонятно как, предложил: – Или хочешь зайти?

– Куда? – озадачилась Кира.

Такси уехало, а мужчина зашагал по тротуару в противоположную от них сторону, и Арс наконец-то перестал держать её слишком крепко, позволил обернуться.

– Ну вот же, кофейня. Там наверняка пироженки вкусные есть. И лимонад.

– Пироженки, – задумчиво повторила Кира. – А ты хочешь?

Если честно, не хотел. Совсем. Но пока ешь и пьёшь, не обязательно разговаривать. А Арсу сейчас определённо было не до весёлых разговоров: мысли заняты только одним, и даже присутствие Киры не могло их ни отогнать, ни перебить.

И бродить по улицам тоже больше не хотелось. Так и тянуло домой, успеть до маминого возвращения, встретить на пороге и спросить, где она была и с кем. Или нет, для начала достаточно просто – где, и услышать, что она ответит.

Глава 8

Конечно, раньше мамы прийти домой Арс не успел. Не бросаться же сразу вдогонку. Да и то вряд ли бы получилось: она ведь уже ехала, а ему ещё пришлось бы вызывать и дожидаться такси. И как бы он это всё объяснил Кире?

Поэтому они действительно пошли в кофейню, и он, почти не ощущая вкуса, заталкивал в себя какое-то пирожное, пил кофе и больше молчал.

– Арс, с тобой всё в порядке?

– М-м. Да.

Кира смотрела какое-то время, как он старательно ей улыбался, но дальше расспрашивать не стала, и Арс хоть тут выдохнул с облегчением. И потом сам украдкой наблюдал за ней, внимательно изучал выражение лица и глаз, пытаясь соотнести с недавно увиденным. Но у него даже представить не получалось, что она так же могла за его спиной встречаться с кем-то другим. Нет, на самом деле Арс просто не желал об этом думать, даже подпускать близко подобную мысль. От неё моментально сводило скулы, в районе диафрагмы закручивался тугой узел, а пальцы невольно сжимались в кулаки.

– А вы там, в Лазаревском, что делали?

– Ну как? Купались, загорали, на экскурсии много ездили. В ущелья, на водопады. Потом ещё на рыбалку, – легко перечислила Кира. – Это же почти Сочи. Там столько всего.

– А по вечерам?

– Гуляли, в кафе сидели. И купались тоже. Ночью круто купаться, совсем по-другому, не так, как днём, – она внезапно вздохнула, надула губы. – Но жалко, конечно, что тебя не было.

– Ничего, – успокоил её Арс, – следующим летом съездим. Нам же уже по восемнадцать исполнится, можно и одним.

Кира наклонила к плечу голову, приподняла брови, пристально глянула на него:

– Следующим летом? Ещё же целый год впереди.

– И что?

Его подобное ничуть не смущало. А Кира? Неужели сомневалась, что они по-прежнему будут вместе? Ну нет же, нет. Просто она обрадовалась, что он тоже в этом уверен, что готов оставаться рядом – даже не год, а всю жизнь.

Ну подумаешь, они ещё школьники, ещё слишком молоды, чтобы рассчитывать на такой большой срок. Ведь всё может сильно измениться – как все любят говорить, – включая их самих. Ведь жизнь непредсказуема, не даёт гарантий, особенно на чувства. Но Арсу и не нужны чужие гарантии там, где всё зависит от них самих.

Он на какое-то время даже забыл о случившемся, но тут же вспомнил, стоило подумать: «Вот ведь родители сколько лет уже вместе». И сразу в груди тревожно кольнуло от предположения, что это может разрушиться – правда может разрушиться! – внезапно оказавшись не настолько абсолютным и стабильным, как Арс всегда полагал. И эта нелепая возникшая внутри него червоточина действительно разъела всю радость от долгожданной встречи с Кирой.

Ему не терпелось вернуться домой, и Арс опять с облегчением выдохнул, когда она призналась, что устала. Они же вылетели