Ты за все ответишь - Эльвира Владимировна Смелик

Но, с другой стороны, и Ромашку трудно понять. Вот чего ей надо? Ей же не замуж выходить – один раз и на всю жизнь. Санёк – классный парень. Почему бы не начать с ним встречаться, проводить весело время, обжиматься? Неужели настолько приятней ломаться и самой безответно сохнуть?

Ну да, Арс в курсе, пусть и прикидывался, что ничего не понимал. Он же не слепой и не тупой, чтобы совершенно не замечать Сонины заинтересованные взгляды и подкаты. Может, кто-то и действительно не способен разобраться, но Арс считывал такое довольно легко. Обычно оно само откликалось, даже если девушка не вызывала никаких эмоций, даже если откровенно не нравилась. Реально ощущалось – то ли на уровне химии, то ли на уровне подсознания. Или дело всё-таки в опыте? Ну или, конечно, в том, что Арс уж точно не дурак – у него и с умом всё в полном порядке, и с интуицией, и с логикой.

Кстати, некоторое время он даже подумывал, что Соня в общем-то неплохой вариант. Так почему бы не повстречаться с ней? Они давно знакомы и в целом ясно, что от неё ожидать. К тому же выглядела Ромашка вполне достойно, да и привлекательно. Но Арс не стал переходить дорогу приятелю – это не в его принципах. Мужская дружба всё-таки значимей и дороже, чем отношения с девушкой, до которой тебе нет особого дела. Даже если у Санька по-прежнему ни единого шанса, всё рано – да ну… Оно того точно не стоило.

И ведь многие живут как-то без всех этих надуманных сложностей и сопливой романтики. Например, родители. И они вместе уже семнадцать лет. Наверняка именно благодаря тому, что не впадали в крайности. Всё у них как надо. Если и ссорились иногда, то не критично, без громких скандалов, без истерик, без угроз уйти и забыть дорогу назад, без банальных фраз «Я тебя больше не люблю» и «Мне от тебя уже ничего не нужно». Просто потому что они взрослые разумные люди, а не потому что у них совсем всё тухло, обыденно и без чувств.

Папа обязательно приносил огромные букеты на Восьмое марта, мамин день рождения, годовщину свадьбы и дарил не какую-нибудь бесполезную ерунду, а что-то дорогое и значимое. А летом, и не только, они ездили на отдых всей семьёй. По крайней мере, пока Арс был маленьким и требовал повышенного внимания.

Лишь когда он подрос, папа стал чаще оставаться дома – потому что и работы, и ответственности у него прибавилось – и они отдыхали вдвоём с мамой или в компании с маминой сестрой, её мужем и сыном, живущими в подмосковном Зеленограде.

Но ведь это абсолютно нормально – заниматься чем-то не только в паре, но и по отдельности. Есть же в жизни и другие интересы, помимо семейной жизни, и другие люди тоже. И нет смысла зацикливаться только друг на друге, особенно если вы уже много лет прожили вместе. Это вообще выглядело бы нелепо и смешно – любовные страсти и переживания в родительском возрасте. Хотя, если честно, они Арсу и сейчас не очень-то нужны. Не обязательно иметь отношения и при этом сходить с ума или вон страдать, как Санёк. И кстати, давно пора познакомить его с кем-нибудь, выбрав такую, которая точно перебила бы его мечты о недоступной и непоколебимой Ромашке. Вдохновившись благородной идеей, Арс, не откладывая, принялся перебирать знакомых девчонок, выискивая самую подходящую. Ещё и друга подключил, с которым в данный момент сидел на спинке одной из скамеек, выстроившихся вдоль аллеи подсвеченного фонарями вечернего бульвара.

– Гора, у тебя нет никого на примете?

– Ну, не знаю, – Горохов пожал плечами, потом послушно задумался на какое-то время и наконец неуверенно предположил:

– Может, Кира.

– Кира? – озадаченно переспросил Арс, сосредоточенно поморщился, копаясь в памяти, но нужного так и не нашёл. – А кто такая? Я её знаю?

– Наверняка, – кивнул Гора. – По крайней мере должен был в школе видеть, – и пояснил: – Она в «В» училась. А теперь в «Б» будет.

– Не, не помню, – честно признался Арс и сразу решил, что, скорее всего, эта Кира определённо не самый лучший вариант, раз до сих пор осталась им незамеченной.

– Ну ничего, скоро увидишь, – успокоил его Гора. – До школы всего два дня осталось, – и, тяжело вздохнув, вывел: – Наверное, зря я в колледж не пошёл. Хотя… – друг ещё раз вздохнул, – всё равно, и там пришлось бы учиться. – И вдруг вскинулся. – Арс! Всего два дня! – повторил многозначительно и патетично. – Так, может, оторвёмся по полной, пока жизнь не закончилась? А то чего мы тут с тобой просто так сидим?

Но как бы ни ныл и ни пытался скрасить последние беззаботные летние деньки Гора, первое сентября всё равно неминуемо его настигло. Как и всех остальных, включая Арса. И школа тоже. И ещё та самая Кира.

Она, словно подслушав их недавний разговор на бульваре, неожиданно нарисовалась рядом – сначала в нескольких шагах, а потом и того ближе – и разве что не воскликнула «А вот и я! Ты же хотел посмотреть? Смотри». Но зато, задрав кверху свой и без того вздёрнутый маленький носик, обсыпанный едва различимыми забавными веснушками, не просто попросила, а потребовала с чуть пренебрежительным вызовом:

– Может, всё-таки сдвинешься с места? – И нахально уставилась прямо в глаза.

Арс, может, и сдвинулся бы даже сразу, если бы его внезапно не вышибло из реальности.

Глава 6

Именно так Арс и ощутил – хотя в любое другое время подумал бы, что это лютейший бред – будто всё остальное перестало существовать, стёрлось, исчезло, потеряло значение. Осталась только часть школьного двора, точнее, асфальтовый пятачок, вместивший их двоих, его и Киру, неотрывно смотревших друг на друга. Но он не казался крошечным, мелкой пылинкой в потоке происходящего. Наоборот, он заполнил собой всю безграничность пространства и времени.

Реальность вибрировала в унисон с ударами сердца, электрические импульсы проносились по нервам, ускоряя кровообращение. И Арс прекрасно знал, даже ни на секунду не сомневался, что Кира испытывала сейчас абсолютно то же самое. Иначе бы и с ним ничего не случилось.

Расскажи кто-то другой о подобном, Арс просто рассмеялся бы в глаза. Он и тут попытался прикрыться смехом, неимоверным усилием воли стряхнув оцепенение, но получилось только снисходительно ухмыльнуться. Потом он действительно отодвинулся, желая показать, что ему совершенно по фигу и что какая-то заносчивая рыжая стервочка, слишком много о себе возомнившая, не стоит того, чтобы тратить на