Изумление Судзумии Харухи (Том 1) - Нагару Танигава

Уверен — этот очкарик всё ещё заботится о черепашке и не проболтался о ней нашей командирше. Интересно, как он её назвал? Но, думаю, спрашивать у Харухи не стоит. И так об этом как-нибудь услышу.

У меня академическая успеваемость была худшей в команде, и Харухи, которую вдруг охватило чувство ответственности за своих подчинённых, отнеслась к моей учёбе с намного большим энтузиазмом, чем наш классный руководитель Окабэ-сэнсэй, и теперь держала меня крепкой хваткой. Физрук, может, из Окабэ и неплохой, но классное руководство ему даётся из рук вон.

И всё же это ненормально: внеплановый урок всемирной истории во время уборки класса, ещё и возле учительского стола! Пришлось стоять, молча терпеть лектора Харухи, обводившей в учебнике разные названия красной ручкой, и принимать всё сказанное ей как неоспоримый факт.

Оказавшись под ударом со стороны настолько одарённого оппонента, мелочи вроде меня остаётся лишь пойти ко дну, быть проглоченным китом и сидеть у него внутри, пока желудок Харухи его полностью не переварит.

Пока что участвовать в её метаболизме у меня особого желания не было, так что стоило взять себя в руки и ради собственного блага всё-таки набраться знаний по истории.

— Имена и названия в тесте будут обязательно, так что их нужно запоминать. Но даже если имена указывать наугад, всё равно с большой вероятностью попадёшь в точку. Главное — полюбить историю. Впрочем, на тебя я особых надежд не возлагаю. У тебя вообще всё, что связано с учёбой, плохо запоминается. Спроси Юки — она какой-нибудь хороший исторический роман посоветует.

Даже не знаю, есть ли у неё что-нибудь на историческую тему. Кажется, было что-то по мифологии.

— Для начала и мифы пойдут. Найди, что интересно тебе, и изучай. Не важно что, главное, чтоб было о чём сказать: «Я от этого фанатею!» Учти, твои нынешние увлечения определят навыки, которые останутся с тобой навсегда. Это сказал кто-то — не помню, кто. Сейчас определяется вся твоя жизнь. Клетки мозга наиболее активны в подростковом возрасте. Если сейчас не будешь интересоваться разными вещами, потом пожалеешь.

Харухи говорила со мной так, как будто была лет на десять старше и оглядывалась на собственный жизненный опыт. Потом она вернулась к репетиторству по истории, причем в отличие от поставленной на поток школьной программы её больше интересовали всякие мелочи. И что интересно, они действительно оставались в моей голове, доказывая талант Харухи передавать знания полному бездарю.

Она по праву занимает командирскую должность, и это не пустые слова — её способности объединять людей ради общего дела, наверное, позавидует любой прежний премьер-министр. Хотя стоит отметить, её руководство не особо-то и либеральное.

После того, как я отстоял полчаса у учительского стола, Харухи почувствовала, что нужный момент настал, и отложила красную ручку. Дежурные уже закончили свою работу, так что в кабинете мы оставались одни.

— Думаю, хватит, — спрятала учебник в сумку Харухи. — Наверное, первокурсники уже собрались в клубной комнате. Идём, Кён, наш выход. Посмотрим на полные энтузиазма лица тех, кто не из робкого десятка. Интуиция подсказывает — остаться должно человек шесть. Вчерашний тест был довольно простой, так что меньше пяти точно не будет.

Если так, то Коидзуми проиграет пари. Но правда ли всё так и произойдёт? Если шесть это хороший результат, то пять и меньше будет означать, что на первом курсе не так много интересующихся. Вот по-моему, число учащихся, которые явятся к нам на второй день не просто ради любопытства, должно быть около нуля. А если вправду будет ровно ноль, то мне можно перестать беспокоиться и вернуться к привычному распорядку.

Харухи вытащила меня из класса. Когда мы вошли в клубную комнату, я увидел там Нагато, поглощённую чтением, Асахину-сан в костюме горничной, разливающую чай по бумажным стаканчикам, и Коидзуми, убивавшего время за пасьянсом.

А ещё там было шестеро первокурсников, выбивавшихся из обычной картины.

Три парня, три девушки.

Радости от выигрыша пари с Коидзуми я не испытывал. Что, серьёзно? Количество учеников, упрямо желающих вступить в «Команду SOS» сильно осложняло дело.

Как бы то ни было, наша командирша гордо набрала в грудь побольше воздуха и заговорила на такой громкости, что могла бы перекричать репетицию духового оркестра:

— Ну что ж, похоже, я вас недооценила! Я-то думала, что вернётся от силы каждый десятый. Год выдался многообещающий. Ну а теперь... — Харухи кинула мне свою сумку и быстро заняла командирское место. — Официально объявляю о начале второго этапа экзаменов на вступление в «Команду SOS»! — с этими словами она вытащила из ящика стола повязку с надписью «Главный экзаменатор».

— Сначала будет письменный экзамен. Не волнуйтесь, мы просто оценим ваши наклонности. На конечный результат это тестирование напрямую не повлияет. Мне просто нужно от чего-то отталкиваться. Личные данные останутся в сохранности, ни школьному совету, ни преподавательскому составу я ничего разглашать не буду. Как и другим членам команды.

Глаза Харухи кипели как подводный вулкан. Да что там, она была точь-в-точь периодически извергающийся гейзер!

— Так что Кён, Коидзуми-кун, Микуру-тян, пожалуйста, покиньте помещение. Юки, можешь не вставать. А теперь, первый курс, быстро рассаживаемся у стола на равном расстоянии друг от друга. А, стульев же нет. Кён, сходи принеси.

Делать нечего — я пошёл за стульями. Деспот на то и деспот, что не принимает возражений. Вот уже почти год Харухи считает клубную комнату своим вторым домом и делает в ней всё, что хочет. Надеюсь, школьному совету удастся её отсюда выселить хотя бы после того, как она окончит школу.

Мы с Коидзуми и Асахиной-сан вышли в коридор, и каждый в своей манере уставился на дверь клубной комнаты. Нагато, очевидно, осталась потому, что её присутствие помехой ни для кого не считалось. Харухи что, считает её элементом интерьера?

— Я пойду воды наберу...

Асахина-сан осторожно ушла с чайником на лестницу, и потаптывание её школьной обуви стихло. Насмотревшись на то, как она исполняет работу горничной, я, закинув сумку в клубную комнату, собрался делать то же, что и вчера: ходить по соседним кружкам и выпрашивать стулья. Знал бы, не стал бы их вчера возвращать.

Но только главный разнорабочий команды направился в компьютерный кружок, как Коидзуми приподнял руку и сказал:

— О стульях я уже позаботился. Вы с Судзумией-сан задерживались, и у меня было время их собрать.