Я буду лучше! - Наталья Адарченко

а ты с голой шеей ходишь!» Этим шарфом он меня покорил окончательно. И вот перед новогодними каникулами я подарила ему маленький подарок, а туда вложила открыточку с одной-единственной фразой: «Тихонов, ты мне нравишься». На следующий день у меня на подоконнике дома (а живу я на первом этаже) лежал маленький букетик хризантем и записка: «Ну наконец-то ты это поняла!» Вот так и начали мы дружить. Руслан говорит, что долго ждал, пока я пойму, что главное в отношениях – это забота и любовь, а не признания и громкие слова.

– Как интересно! – Я с восторгом смотрела на Настю. – А окружающие, получается, заметили только твой подарок и посчитали, что ты призналась первой?

– Видимо, так, – развела руками Настя. – На самом деле, очень часто всё бывает не таким, каким нам кажется. Ну всё, тебе пора. А то Руслану придётся за тебя письмо читать. Наизусть, думаю, он его уже выучил на репетиции.

Этот разговор надолго сохранился у меня в памяти. Во-первых, я уяснила, что люди склонны преувеличивать и привирать. Во-вторых, я всё ещё придерживалась мнения о том, что девушка не должна первая рассказывать о своих чувствах, кто бы что ни говорил.

Выступление прошло замечательно. Я скользила взглядом по публике, но не заметила ни одного человека, который бы разговаривал или не слушал меня, а потом Руслана. Я понимала, что здесь практически нет случайных людей, и это очень вдохновляло. Значит, есть ещё те, кто увлекается поэзией, не считая наше выступление просто «чтением стишков».

Мы ещё больше сблизились с Настей. Я искренне наслаждалась тем, что имею столько хороших друзей, но лучшей подругой по-прежнему оставалась Алина. Ей я могла доверить самое сокровенное – свои чувства к Артёму, кроме неё о них никто не знал. Разве что Катя догадывалась. И Кира.

Мы всё чаще стали прогуливаться мимо дома Полежаева, благо зима выдалась довольно тёплой, без сильных морозов. Иногда даже встречали его и болтали обо всём на свете. Правда, болтала, как всегда, больше Алина. А я чаще поддакивала и сверлила его влюблённым взглядом.

А однажды мы играли в игру, которую сами придумали. Вернее, придумали её мальчишки, а мы им помогали, разделившись на две команды. И надо же было такому случиться, но я оказалась в команде соседа Артёма. Нужно было слепить снеговика, причём самого настоящего – с носом, глазами, головным убором и всякими прочими атрибутами. Домой бежать было запрещено, использовать нужно было только то, что находилось в пределах двора. Проигравший угощал всех остальных мороженым.

Пока парни, собственно, лепили, мы с Алиной бродили по углам в поисках «одежды» для снеговика, при этом стараясь держаться друг от друга подальше: дух соперничества разошёлся не на шутку.

Я даже не успела заметить, в какой момент возле меня оказался Тёма, но это случилось именно тогда, когда я подняла со скамейки за углом кем-то забытую вязаную кукольную шапочку.

– Дай мне, – послышалось где-то настолько рядом, что я, кажется, уловила его дыхание.

Я тут же обернулась, спрятав руки за спину вместе с шапочкой:

– Не дам.

– Да ладно, ты же их совсем не знаешь, – рассмеялся Артём, имея в виду своих друзей. – А меня знаешь.

– Это игра, – весело взглянула я на него снизу вверх. Он был слишком близко и в какой-то момент попытался отобрать шапку силой, но я сделала несколько шагов назад, пока не почувствовала спиной стену дома.

– Ну что ты хочешь взамен? – то ли всерьёз, то ли в шутку спросил Артём.

– Поцелуй, – вдруг услышала я как будто издалека свой голос и тут же сама испугалась сказанному.

В тот же момент я почувствовала его горячее дыхание. Не говоря ни слова, он коснулся жаркими губами моих губ. Его правая рука скользнула по моей спине и выхватила шапку из рук. Сделав шаг назад, Артём подмигнул мне и тут же исчез за углом, как будто его и не было. Я почувствовала, как щёки наливаются жаром. Не верилось, что я вообще смогла такое произнести. И ещё больше не верилось, что он это сделал. Выходить к ребятам было страшно. Страшно подумать о том, чтобы посмотреть ему в глаза. Но сидеть тут, за углом, было бы вообще глупо. Я начала нервно бродить по двору, пытаясь найти хоть что-то для нашего снеговика. Треснутый цветочный горшок из пластмассы, обнаруженный у контейнера с мусором, помог с достоинством выйти из ситуации. С чувством победителя я принесла его Мише, соседу Артёма, стараясь всячески избегать последнего. А тот, наоборот, подкалывал меня по мелочам и бросал хитрые взгляды, что не могло пройти мимо внимательной Алины.

– Что у тебя с Полежаевым? – спросила она, когда мы всей компанией шли за мороженым, которое всё же решили купить каждый себе, потому что лучшего снеговика определить было проблематично.

Про поцелуй говорить было страшно. Вернее, даже стыдно, ведь я сама его выпросила. Я смутилась, не зная, как объяснить такую перемену в его поведении.

– Ты ему призналась? – продолжила настаивать Алина.

– Нет, ты что! – искренне испугавшись, что кто-то так может подумать, ответила я.

– Интересно, – задумалась Алина. – А может, сейчас самое время признаться, явно же он к тебе неравнодушен…

Я даже не ответила. Моего красноречивого взгляда хватило, чтобы подруга поняла, что это исключено.

– А может, и правильно, – подумала она вслух. – Может, когда признаешься, он потеряет интерес. Лучше пусть всё само идёт.

Именно так я и решила. Пусть лучше всё идёт так, как само идёт. Несмотря на то что мне пришлось обменять шапку на поцелуй. В конце концов, счастливому случаю нужно помогать, если уж удаётся его организовать. Я рассмеялась собственным мыслям.

В тот день Тёма постоянно крутился возле меня, хотя упорно делал вид, что ничего не произошло. Он всячески избегал встречаться со мной взглядом, но зато старался задеть меня то рукой, то щекой (мы оказались совсем рядом за столиком), будто случайно. А меня от каждого его прикосновения бросало в жар, так что мороженое – это как раз то, что было нужно.

Только прощаясь, Тёма бросил на меня быстрый взгляд, который, кажется, пробил насквозь, коснувшись самого сердца. Он длился всего секунду, но вспоминала я его потом долгими часами, представляя новые встречи. У меня в воображении всё давно сложилось.

Глава 7

Я уже и не вспомню, в какой именно момент решила изучить все предпочтения Полежаева. Все его аккаунты в соцсетях были пересмотрены до дыр. Я обращала внимание на каждую девочку, с которой он