Зелёный - Ася Кравченко

Дюша удивлённо разглядывал Марка.

– Как там было? – Лёха вопросительно смотрел на Марика. – Человек повсюду искал свободу. Дошёл до края земли и прыгнул за край. И пока летел, стал свободным.

Дюша хрюкнул.

– Концептуально.

– Мы сегодня должны доказать всем… – начал Марик.

– Что? – Дюша опять усмехнулся.

Марик застрял. И правда, что?

– Меньше пафоса, – посоветовал Лёха.

Они уже установили электрическое пианино.

Лена оглядывалась на Марика, на Лёху, на Дюшу и смущённо улыбалась.

– А музыка-то будет? – поинтересовался Дюша.

Марик из-за своих барабанов смотрел на худенькую Лену. Она устраивалась перед пианино на каких-то ящиках.

Всё-таки она классная, эта странная Лена.

– А где Дуда?

Дуды, самого талантливого из них всех, не было. Хоть он и обещал быть.

– Он никогда не опаздывает, – сказал Марик и тут же понял, что раз Дуды нет, то он, наверное, уже не придёт.

Кажется, Лёха тоже это понял. Но на то он и Лёха – у него каждый раз что-то новенькое. Похоже, он решил, что играть без солиста даже интереснее.

– Можем начать снимать без него. Потом его вставим. Всё равно звук лучше писать где-нибудь в студии.

«Звук будем писать в студии. Не сегодня!» – Марик выдохнул. Не сегодня! До студии он ещё что-нибудь придумает и освоит.

Дюша и так уже ходил вокруг с телефоном и снимал всё подряд.

Лена пробежалась по клавишам, потом огляделась и спросила:

– Как мы будем без Славы?

– Ты можешь поиграть, пока его нет? – Лёха разглядывал Лену.

– Что поиграть?

– Что-нибудь.

– Можно Шопена?

Дюша удивлённо обернулся.

– Она умеет Шопена?

Лена вытерла руки о штаны, сосредоточенно подняла их и заиграла.

Марик замер.

В её игре было что-то отчаянное. Музыка текла то спокойно, то вздрагивая и взлетая, и прохожие, попавшие в эту волну, двигались, будто рыбы. Извиваясь, доплывали до края и выскальзывали наружу.

Марик подумал: хорошо, что пока нет Дуды, иначе он, Марик, никогда бы этого не услышал.

Когда она закончила, ей захлопали. И тут Марик заметил, что вокруг стоит огромная толпа.

Люди почему-то улыбались.

Кто-то бросил деньги на барабан. И вслед за смятой бумажкой полетели и другие.

Какой-то дядька подошёл к Лене и начал ей что-то тихо говорить.

– Извините, у нас съёмка, – замотала головой Лена.

– Я подожду, – закивал дядька и отступил.

– Что теперь? – спросила Лена.

И тут Марик заметил в толпе Славу. Подскочил и замахал руками.

Дуда в ответ вяло кивнул.

– Иди к нам!

Дуда сделал шаг в сторону, будто пытался стать незаметным, но на него уже оглядывались.

– К нам наконец пришёл наш солист, – объявил Лёха. – Только с гастролей.

Кто-то в толпе свистнул. Кто-то захлопал. Дуда отрицательно мотал головой.

– Он стесняется. – Лёха выразительно поднял бровь.

– Перестань, – отмахнулся Слава.

– Давайте уже играйте! – крикнул кто-то из толпы. – Полчаса уже ждём.

Марика охватила паника: всё-таки играть. Они нормально так ничего и не отрепетировали. Дуда споёт, конечно, что-нибудь. Лена сыграет. А он? Что ему-то делать?

Толпа зашевелилась и расступилась.

– Что тут происходит? – От толпы отделился полицейский.

– Всё нормально, – заверил полицейского Дюша. – Дети поют песни.

– Вы руководитель? – спросил полицейский.

– Я носильщик. – Дюша скромно потупился. – И оператор.

– У вас согласовано?

Лёха вышел вперёд.

– Нам надо снять клип.

Но полицейский был непробиваем:

– Расходимся, молодые люди. Здесь нельзя играть.

Толпа осуждающе загудела.

А Марик с облегчением понял, что сегодня опять не будет играть.

– Да мы и не будем, – заторопился Лёха. – Только клип. Не зря же мы всё это сюда тащили.

Он повернулся к Марику и Лене.

– Подъём! Я всё придумал. Мы друг за другом идём по парапету. И кажется, что мы правда идём по краю. Дюша, ты снимаешь отсюда. И потом мы все падаем за край.

– Вполне себе, – кивнул Дюша.

– Расходимся, я сказал! – рявкнул полицейский.

– Нам нужно пять минут. Одна сцена. И всё, – твёрдо сказал Лёха. – Они залезут на парапет и пройдут до края. Снимаем всё одним кадром.

– Вы что, глухие? – всё повышал голос полицейский.

Но Лёха уже лез на парапет. Лена и Марик устремились за ним.

Полицейский топтался внизу.

«Будет смешно, если он начнёт стаскивать нас за штаны», – успел подумать Марик.

– Зачем я волок все эти барабаны? – проворчал Дюша.

Лёха уже выпрямился на парапете и скомандовал сверху.

– Дуда, лезь давай!

Слава потряс головой и чуть отступил:

– Вам же сказали, что здесь нельзя снимать.

– Слезай! – скомандовал полицейский и протянул руку к Лёхиной ноге.

– Руки! – рявкнул Лёха.

У полицейского вдруг забубнила рация, и он чуть отошёл.

– Что делаем? – спросил Дюша как ни в чём не бывало.

– Снимаем! – скомандовал Лёха. – Дуда – солист. Его отдельно потом прицепим.

Марик уже встал во весь рост. И оказался над всей этой толпой.

А Дюша, не обращая внимания на полицейского, крикнул:

– Готовы? – Он навёл телефон. – Поехали.

Народ ждал продолжения.

– Когда мы станем знаменитыми, вы будете давать интервью, товарищ сержант, – крикнул сверху Лёха. – О том, как запрещали музыку.

Первая шла Лена.

Она сосредоточенно ставила одну ногу перед другой, на секунду замирала, потом двигалась снова. Руки в стороны казались крыльями.

Марик смотрел ей в спину и пытался идти и замирать с ней одновременно.

А дальше Лёха – он пританцовывал.

Все смотрели как заворожённые на эту троицу, шагающую по краю.

И даже полицейский застыл сбоку от снимающего Дюши.

В толпе возникло шевеление. Это Дуда вдруг легко подпрыгнул, сел на парапет и улыбнулся.

Дюша навёл на него камеру.

Марик усмехнулся: ну конечно, Дуда никак не мог пропустить возможность побыть в кадре.

Дуда вытянулся, поймал ритм и тоже пошёл. Он то и дело поворачивался в сторону толпы и улыбался.

«Всегда знает, в какую сторону улыбаться», – подумал Марик, старательно подстраиваясь под ритм остальных.

Дюша отошёл и поймал всю шагающую четвёрку.

Такие разные, они шли по краю, покачиваясь. За них было немножко страшно.

Но было и что-то радостное в этом страхе.

– Красавчики, – сказал кто-то в толпе.

И вот уже Лена дошла до края, на секунду задержалась, прыгнула и… полетела.

Нет. Никуда она не полетела. Прыгнула и упала.

У Марика внутри ухнуло вместе с Леной.

Толпа невольно придвинулась к краю.

А Лена, скрючившись, лежала на траве и стонала. И держалась за ногу.

Марик неуклюже сполз с парапета.

Лёха уже был внизу. Он наклонился над Леной и потрогал неестественно вывернутую ногу.

Лена улыбнулась. Улыбка была больше похожа на гримасу.

Лёха потянул её за руку, пытаясь поднять.

Над ними навис полицейский.

– Доигрались?

Дюша вдруг оказался между полицейским и Леной:

– Что радуетесь? Лучше бы отвезли нас в травмопункт.

Полицейский заморгал.

– Я на дежурстве, я не могу покинуть пост.

– Что вы тут охраняете? – поинтересовался Дюша. –