Двенадцать дверей - Анастасия Александровна Логинова

– Но как же так получилось? – растерянно спросила я. Я не планировала занимать чьё-то место в спектакле. Особенно место человека, одно имя которого способно обратить в бегство целую толпу народа.

– Рассказывай, – велел Влюблённый Рыцарь.

Девушка затараторила:

– К ней сегодня не приехала гримёрша. Она её всегда гримирует перед выходом из дома. Что-то с ней случилось. То ли ногу сломала, то ли заболела, то ли уволиться решила… Сами знаете, работать с ней не подарок… И вот она обнаружила, что гримёрши не будет… А времени, чтобы найти другую, уже совсем не осталось! И она поехала в театр без косметики! В первый раз лет за двадцать. И её не пустили! – большие глаза девушки ещё сильнее округлились. – Они её не узнали! Не узнали без макияжа! Сказали ей идти в кассу и купить билет! Они приняли её за любительницу посмотреть спектакль даром!

При этих словах девушка закрыла лицо руками, как будто только что ей пришлось сказать какое-то богохульство.

– Дальше! – потребовал Влюблённый Рыцарь.

Девушка вздохнула и продолжила:

– Она не стала поднимать шум. Как будто боялась, что не только билетёры могут её не узнать.

– Или, наоборот, узнать, – мрачно добавил Влюблённый Рыцарь.

– Она решила проникнуть в театр через чёрную дверь. Хотела добраться до своей гримёрной, но заблудилась в лабиринтах под театром. И она вышла на кухню. А там ей рассказали, что спектакль состоялся! И он прошёл с большим успехом! И что в нём была… новая… Прекрасная Дама… – эти слова она смогла только прошептать сдавленным от ужаса голосом. – Представляете себе её ярость?

И девушка, всплеснув руками, выбежала из зала. Паника охватила меня. Меня ждёт расправа!

– Снимай парик и юбки! – скомандовал мне Тим.

– Зачем?

– Ты не сможешь в них спрятаться или убежать!

Точно! Это, наверное, самая неудобная одежда на свете! Едва я избавилась от юбок и парика, как раздались приближающиеся звуки шагов, перемежаемые истеричными возгласами.

Мы с Тимом нырнули за тяжёлую портьеру. За ней было окно с широким подоконником. Туда мы и забрались.

В комнату ворвалась Примадонна. Осторожно выглянув из-за портьеры, я смогла разглядеть её.

Когда-то она была невыносимо прекрасна. Она и сейчас была хороша. Короткие седые волосы, подстриженные, чтобы носить парик, торчали во все стороны, придавая ей небрежный и шаловливый вид. Большие серые глаза метали молнии. Её просторное платье сложного кроя от бега и суматохи сползло на одно плечо. Но её лицо было испещрено морщинками, а в состоянии ярости оно было так перекошено, что всякий намёк на миловидность исчезал. Увидев одинокого Влюблённого Рыцаря посреди остатков праздничного ужина, она заверещала:

– Предатель! Как ты мог! Ты меня променял! Предпочёл мне! Я тебя ненавижу!

Примадонна бросилась на него с кулаками. Он пытался обнять её, клялся в преданности, уверял, что лучше неё нет никого, что она его Прекрасная Дама…

– Ну скажи, скажи мне, что она была ужасна… – начала выпрашивать Примадонна у Рыцаря, немного успокоившись. – Что она не умеет играть, как это делаю я…

– Дорогая, все хотели видеть тебя, все спрашивали, где же наша Прима, – тихонько гладя её по волосам и прижимая к груди, успокаивал её Влюблённый Рыцарь.

– Они все меня любят?

– Обожают.

– А зачем тогда взяли другую? Всё в цветах, они несли ей цветы?

– Нет, дорогая, это тебе. Они узнали, что ты болеешь, эти букеты для тебя.

– Ах, всё ты врёшь, я не верю, – Примадонна упала на ближайший стул и начала плакать. – Я столько лет была дивой… Годы идут… Но мой талант, я же талантлива?..

Влюблённый Рыцарь сидел рядом с ней и как мог утешал бедную Примадонну.

Мне надо было срочно поговорить о том, что я увидела. В кармане панталон, которые были под моими юбками, я нащупала «Помогательную книгу». Я рискнула осторожно достать её. Примадонна с Рыцарем так погрузились в свои переживания, что вряд ли услышат шорох страниц за портьерой.

– Привет, Молли, – прошептала я. – Расскажи мне, неужели вот эта истеричная женщина – это тоже Любовник? Представитель того архетипа, который создаёт всё красивое и прекрасное?

На первой странице «Помогательной книги» начали появляться слова:

Здравствуйте, Рири, Тим. Конечно, это тоже Любовник. Только в теневом проявлении.

На улице уже было темно, но напротив окна стоял уличный фонарь. Его свет освещал наше укрытие, так что можно было легко прочесть то, что написала книга.

– А что за теневое проявление?

Такое случается, когда ты не реализуешь свой архетип гармонично.

– Это почему так бывает?

По разным причинам. Иногда это бывает при попытке нарядиться не в свой архетип. Или сделать вид, что ты не тот, кем являешься. Тогда архетип проявляется как бы криво. Те же черты, но в неприятном варианте.

– Риклис говорил нам про теневых Славных Малых, помнишь, Тим?

Да, любой архетип может быть проявлен как теневой. За шторкой у вас сейчас теневой Любовник. А сможете описать, как себя ведёт теневой Славный Малый?

Я задумалась. Тим склонился над Молли и прошептал:

– Славные Малые могут навязывать остальным то, что считают правильным.

«Помогательная книга» с готовностью ответила:

Да-да, всё так. Фамильярность, бестактность, назойливость. Если он назначил тебя «своим», то будет заставлять тебя поступать так, как считает лучше для тебя. Даже если ты против.

– Это когда все сбегают с уроков и требуют, чтобы и я сбежала с ними? – прошептала я, сама удивляясь этому примеру. Неужели я сбегала с уроков в реальной жизни? Как интересно!

– Или когда друзья требуют, чтобы ты шёл с ними на рок-концерт, – мрачновато добавил Тим. – И тебе приходится идти, хотя ты терпеть не можешь рок.

Точно. А как вы представляете себе теневую сторону Простодушного?

Я вспомнила, как мне пришлось собирать всех на спасение малыша Пипа:

– Простодушные бывают какими-то беспомощными.

Книга согласилась:

Даже во взрослом возрасте они могут вести себя инфантильно. Некоторым и до старости надо, чтобы за ними был присмотр.

Я ещё раз выглянула из-за шторки. Примадонна всё всхлипывала. Влюблённый Рыцарь уверял её в любви и преданности её поклонников. Конечно, мне хотелось остаться здесь навсегда, купаться в успехе и наслаждении. Но если со временем мне придётся превратиться в престарелую Примадонну… Нет, такой ценой получать удовольствие я была не готова!

– Осталось пять минут! – беззвучно прошептал мне Тим, показав на свои часы. – Пойдём, нам пора!

Я поспешно запихала «Помогательную книгу» в карман. Провести здесь ещё пять часов не было никакого желания.