Дело о жёлтом чемоданчике - Нелли Резник

Избушка закудахтала и насупилась.

– Будет тебе, глупая, и себя чуть не утопила, и других бояться заставила, – пробухтел Леший и погрозил деревянным пальцем.

– Эх, я тебе потом задам за разгром, – пригрозила ведьма своей избе. – Сама не рада будешь!

– Что ж, если это поможет, мы подождем, – сказал Петя, усаживаясь на пенек.

– Леший, ты, наверно, ступай, а я с ребятами подожду и транспортом поработаю, – сказала первая голова Горыныча.

– Чтобы быстрее было. Не в ступе же им лететь, тесно все-таки, – согласилась вторая.

– Да и Кота лет сто как не видел. Проведаю, как он там, – поддержала третья.

Петя благодарно кивнул. Делать еще несколько кругов по Тридевятому царству совсем не хотелось, пусть даже это целый день, насыщенный общением и приключениями.

Яга вернулась с маленьким холщовым мешочком, подробно проинструктировала Петю и Волка и помогла им вскарабкаться на Горыныча.

– Ну, летите, мои хорошие! Еще раз спасибо! И простите, что так вышло. – Яга помахала вслед друзьям и бросила недовольный взгляд на свою избушку.

– Да уж, не завидую я курьим ножкам, – сказал Петя.

– Разозлилась Яга, – согласился Волк.

– А впрочем, избушка сама виновата. Благоразумнее быть надо, когда с ведьмой живешь, – отозвалась первая голова Горыныча.

– Ты не отвлекайся, у нас тут пассажиры, – одернула ее вторая.

– Профессионалы, они и в Триседьмом профессионалы, – сказала третья голова, и Горыныч спикировал к большому раскидистому дубу.

Кот Ученый ходил по цепи и разговаривал сам с собой, не обращая внимания на Горыныча.

– Ученый я или трус? Трус я или кот?

– Привет! – сказал Петя. – Ты сам вылечился?

– В каком таком смысле? Я не болел! – возразил пушистый. – С чего ты это взял?

– Василиса сказала, что тебя с самого утра беспокоит ненадежность твоей цепи, – поспешил объяснить Волк.

– Меня? Смущает? Я ученый. Я долго размышлял, а потом решил проверить научным путем, – возмущенно проговорил Кот.

– Прекрасно! Тогда остался только Иван. – Волк радостно хлопнул лапами.

– Ага, если только вся царская деревня не заболела, – проговорил Петя.

– Это что, нам на каждого порошком сыпать? – возмутился Горыныч.

– Ну зачем же на каждого? Можно сделать все по науке, – подмигнул довольный своей смекалкой Кот Ученый.

Распрощавшись с жителями Тридевятого царства, герои направились к дубу, размышляя каждый о своем. Петя оглянулся на бескрайние просторы героически спасенного сказочного царства, и его бросило в дрожь.

– А ловко этот пушистый придумал, да? – проговорил Волк. – Это ж надо было поручить Горынычу распылить порошок над деревней! Ну и Кот!

– Да, не зря много книжек читает, а вот я… уже ничего прочитать не успею. Да если бы и успел, от усталости точно ничего бы не запомнил. – Петя зевнул.

Глава 26

В Петиной комнате открылась дверь шкафа. Уставшие спасители Тридевятого царства вернулись в Санкт-Петербург. Все, чего хотелось мальчику, это оказаться в кровати. При виде мягкой горизонтальной поверхности, накрытой пушистым одеялом, и воздушной, как облако, подушки, Петя мигом забыл о музее, о школе и о титаническом подвиге во имя спасения обитателей сказочного мира. Даже уберечь избушку Яги и других пернатых существ Тридевятого царства от эпидемии птичьего гриппа казалось не так важно, как поспать. Волк поблагодарил сонного Петю и обещал проведать его в самое ближайшее время.

– Ага, не пропадай, – отозвался мальчик.

– И прости за музей, ладно? – донесся из шкафа шепот Волка. Но Петя его не услышал – слишком целеустремленно двигался в сторону кровати.

– Стоять! – раздался голос папы за спиной.

Петя замер. Уставшие ноги болели, но от волнения сонливость внезапно прошла.

– Где это ты так долго был, молодой человек? Варя! Ставь чайник, твой сын домой пришел. – Виктор Семенков демонстративно громко затопал на кухню.

Петя расправил поникшие плечи и направился за отцом.

На родителей мальчик никогда не жаловался. Он рос в дружной и понимающей семье. Когда все узнали про Волка, жить стало значительно легче. Врать Петя не любил и не был приучен. Но к его учебе родители относились очень серьезно. Петя мысленно готовился рассказывать всю правду и о музее, и о приключениях с Волком. Он надеялся, что, если ему запретят общаться с Волком, его поддержит хотя бы дедушка. Наверное, деду и самому хотелось невероятных приключений.

Петя выключил чайник и сел за стол. На кухню вплыла Варвара Николаевна, плотнее запахивая теплый халат.

– Как твои успехи в школе, сын? – спросил отец.

– Нормально, – только смог выдавить Петя.

Варвара Николаевна поставила кружки и налила свежезаваренный чай.

– Ты ел сегодня? Я к тебе четыре раза заходила, – голос мамы звучал обеспокоенно.

– Опять весь день гулял с Волком? – спросил отец.

Варвара Николаевна взглянула на уставшего сына и достала из холодильника ужин.

– Петя, я не против Волка, но у тебя на носу конец четверти! Ты это понимаешь? Ты обещал исправиться.

– Я помню. – Петя сделал паузу. – И сдержу свое слово.

– Вить, ну ты чего? Петя сказал, значит, сделает, – заступилась за него мама.

Варвара Николаевна разогрела ужин и села за стол.

– Учеба прежде всего! Знания – это залог твоего будущего! Запомни, сын: главного никто не сделает за тебя.

– Я знаю, пап. Спасибо. – Петя положил на тарелку бутерброд. Мысли о походе в школу без домашнего задания не давали ему покоя. Переживания вернулись с новой силой, как будто из Тридевятого царства за ним увязался страх. А что, если он победит и Петя потеряет уверенность в себе? И дальше станет только хуже? Петя тряхнул головой, отгоняя тоску.

– Хватит наседать на ребенка. Он взрослый и ответственный. Покормили, убедились, что жив-здоров, и будет с вас. – На кухне появился главный Петин защитник, Николай Семенович. – Что вы сына мучаете? Не видите, как он устал? Сами давно мир спасали?

– Да мы это… – Витя замолчал и сосредоточился на ужине, только чтобы не спорить с тестем.

– Ну вот и замечательно! Всем спокойной ночи! – сказал Николай Семенович.

Петя допил чай и отправился в свою комнату. Гора упала с плеч, и все благодаря своевременному вмешательству дедушки. Если и придется сообщать родителям о плохой отметке в школе, то это будет только завтра. А к тому времени можно все хорошенько обдумать. Но Петя крепко уснул, едва коснувшись подушки, и ниточки его мыслей оборвались, как паутина.

Глава