Мифы Древней Греции - Николай Альбертович Кун

искупить вину своей матери Кассиопеи, которая прогневала морских нимф, заявив, что всех прекрасней она. Разгневались нимфы и умолили бога морей Посейдона наказать Кефея и Кассиопею. Посейдон послал по просьбе нимф чудовище, подобное исполинской рыбе. Оно всплывало из морской глубины и опустошало владения Кефея. Плачем и стонами наполнилось царство, и пришлось Кефею обратиться к оракулу Зевса Аммону[67], чтобы узнать, как избавиться от этого несчастья. Оракул дал такой ответ:

– Отдай свою дочь Андромеду на растерзание чудовищу, и окончится тогда кара Посейдона.

Народ, узнав ответ оракула, заставил царя приковать Андромеду к скале у моря. Бледная от ужаса, стояла у подножия скалы в тяжёлых оковах Андромеда и с невыразимым страхом смотрела на море, ожидая, что вот-вот появится чудовище и растерзает её. Слёзы катились из её глаз, ужас охватывал её от одной мысли о том, что должна она погибнуть в цвете прекрасной юности, полная сил, не изведав радостей жизни. Её-то и увидал Персей. Он принял бы её за дивную статую из белого паросского мрамора, если бы морской ветер не развевал её волос и не падали из её прекрасных глаз крупные слёзы. С восторгом смотрел на неё юный герой, и могучее чувство любви к Андромеде загорелось в его сердце. Персей быстро спустился к ней и ласково спросил:

– О, скажи мне, прекрасная дева, чья эта страна, и назови своё имя! За что приковали тебя к скале?

Андромеда рассказала, за чью вину приходится ей страдать. Не хотела прекрасная дева, чтобы герой подумал, будто искупает она собственную вину. Ещё не окончила свой рассказ Андромеда, как заклокотала морская пучина, среди бушующих волн показалось чудовище и высоко подняло свою голову с разверстой громадной пастью. Громко вскрикнула от ужаса Андромеда. Обезумев от горя, прибежали на берег Кефей и Кассиопея. Горько плачут они, обнимая дочь. Нет ей спасенья!

Тогда заговорил сын Зевса Персей:

– У вас ещё будет время лить слёзы, а вот для спасения вашей дочери его почти не осталось. Я, сын Зевса Персей, убил горгону Медузу. Отдайте мне в жёны вашу дочь Андромеду, и я спасу её.

Кефей и Кассиопея готовы были сделать всё для спасения дочери, поэтому с радостью согласились. Кефей пообещал даже Персею всё царство, лишь бы помочь Андромеде. Уже совсем рядом чудовище, быстро приближается к скале, широкой грудью рассекая волны подобно кораблю, который несётся по волнам как на крыльях от взмахов вёсел могучих юных гребцов. Не далее полёта стрелы было чудовище, когда Персей взлетел высоко в воздух. Тень его упала в море, и чудовище с яростью ринулось на неё. Персей же смело бросился с высоты на чудовище и глубоко вонзил ему в спину изогнутый меч. Почувствовав тяжёлую рану, высоко поднялось в волнах чудовище и стало биться в море, словно кабан, которого с неистовым лаем окружила стая собак, то погружаясь глубоко в воду, то вновь всплывая. Бешено бьёт по воде чудовище своим рыбьим хвостом, и тысячи брызг взлетают до самых вершин прибрежных скал. Пеной покрылось море. Раскрыв пасть, бросается чудовище на Персея, но с быстротой чайки взлетает он в своих крылатых сандалиях. Удар за ударом наносит он. Кровь и вода хлынули из пасти чудовища, поражённого насмерть. Крылья сандалий Персея намокли и едва держали героя в воздухе. Быстро понёсся могучий сын Данаи к скале, которая выдавалась из моря, обхватил её левой рукой и трижды погрузил свой меч в широкую грудь чудовища.

Окончен ужасный бой. Радостные крики несутся с берега. Все славят могучего героя. Сняты оковы с прекрасной Андромеды, и, торжествуя победу, ведёт Персей невесту во дворец отца её Кефея.

Свадьба Персея

Богатые жертвы принёс Персей отцу своему Зевсу, Афине Палладе и Гермесу. Весёлый свадебный пир начался во дворце Кефея. Гименей и Эрот зажгли свои благоухающие факелы. Весь дворец Кефея был увит зеленью и цветами. Громко раздавались звуки кифар и лир, гремели свадебные хоры. Двери дворца распахнули настежь. В пиршественном зале всё сверкало золотом. Кефей и Кассиопея пируют с новобрачными, пирует и весь народ. Веселье и радость царили кругом. За пиром Персей рассказывал о своих подвигах. Вдруг грозный звон оружия раздался в пиршественном зале. По дворцу разнёсся военный клич, подобный шуму моря, когда оно, вздымаясь, бьётся своими гонимыми бурным ветром волнами о высокий скалистый берег. Это пришёл первый жених Андромеды Финей с большим войском.

Войдя во дворец и потрясая копьём, громко воскликнул Финей:

– Горе тебе, похититель невест! Не спасут тебя ни крылатые сандалии, ни даже сам Зевс-громовержец!

Финей хотел уже поразить копьём Персея, но царь Кефей остановил его:

– Что ты делаешь! Что заставляет тебя так безумствовать? Так хочешь ты вознаградить Персея за подвиг? Это будет твоим свадебным подарком? Разве похитил у тебя Персей невесту? Нет, она была похищена тогда, когда вели её к скале на гибель. Почему же тогда ты не явился к ней на помощь, а теперь хочешь отнять у победителя награду? Что же не явился ты сам за Андромедой, когда она была прикована к скале, почему не отнял её у чудовища?

Ничего не ответил Кефею Финей, гневно смотрел он то на Кефея, то на прекрасного сына Зевса и вдруг, напрягши все силы, бросил копьё в Персея. Мимо пролетело копьё и вонзилось в ложе Персея. Вырвал его могучей рукой юный герой, вскочил, грозно замахнулся и поразил бы Финея насмерть, но тот спрятался за жертвенник, и копьё попало в голову героя Рета. Рухнул тот замертво, и в тот же миг закипел ужасный бой. Быстро принеслась с Олимпа воительница Афина на помощь брату Персею и, прикрыв его своей эгидой, вдохнула в него непобедимое мужество. Ринулся в бой Персей. Как молния блестел у него в руках смертоносный меч, которым он убил Медузу. Одного за другим разил он насмерть героев, пришедших с Финеем, и вот уже гора тел, залитых кровью, громоздится пред Персеем. Схватил он обеими руками огромную бронзовую чашу, в которой смешивали вино для пира, и метнул в голову героя Эвритоя. Как поражённый громом упал герой, и отлетела душа его в царство теней. Один за другим падают герои, но много привёл их с собой Финей. Персей же был чужеземцем в царстве Кефея, не много товарищей нашлось у него в битве, поэтому почти одному пришлось ему бороться со множеством врагов. Многие соратники Персея уже пали в этой неистовой битве. Погиб, сражённый копьём, и певец, который сладкозвучным пением услаждал пирующих, играя на златострунной кифаре. Падая, певец задел струны кифары, и печально, как предсмертный стон, зазвенели струны, но стук мечей