Изумление Судзумии Харухи (Том 1) - Нагару Танигава

Харухи окаменела, а затем в ответ метнула взгляд Медузы-горгоны, будто я был преступником, нечаянно сболтнувшим обличающее меня доказательство:

— …Откуда ты знаешь? Даже число правильно назвал…

Это что же, я настолько пропитался ходом её мыслей? Жуть, никогда бы не подумал, что угадаю с первого раза!

— И где ты собираешься набрать столько хомяков?

— Ну, давай заменим на соревнование по ловле блох у Сямисэна.

Он давно уже домашний кот, и моя сестра часто его купает. Нет у него никаких блох. Нельзя в чём-нибудь другом соревноваться?

— Кулинарный конкурс! А все ингредиенты нужно собрать на школьной территории.

Только чур, судить будешь ты!

— Ну тогда таскать пакет муки мимо полицейского участка. Победит тот, кого первым задержат.

Полиции и так нелегко приходится. Думаю, они розыгрыш не оценят.

Харухи состроила фирменную рожицу: глазки крокодильи, губки утиные:

— Ну а что тогда?

Меня-то зачем спрашивать? И почему ты зациклилась на соревнованиях? Это вступительный экзамен. Не стоит из него устраивать праздничное мероприятие. А если уж так нужно — устрой конкурс по приготовлению такояки. Всё необходимое для него можно купить по дешёвке. Как раз уровень нашей школы.

Моей шутке Харухи уделять внимания не стала:

— Кён, вступительные испытания будут не только в этом году. Это событие станет ежегодным, так что праздничным мероприятием его можно считать.

У нас же не синтоистский ритуал и не фестиваль Обон. Те же Олимпиаду или Кубок мира по футболу, например, не каждый год устраивают — надоест ведь.

— Вспомни, Харухи, — пытался я её отговорить, — ведь Нагато и Асахина-сан экзамена не сдавали. А Коидзуми ты взяла только потому, что он перевёлся из другой школы. В том году же не было ничего такого.

Упоминать, что причина моего зачисления в команду была ещё более смешной, я не стал.

Харухи наигранно надула губы и сказала:

— Ну, ты... тебе вообще нужны новые члены команды или нет?

Честно говоря, не очень. Если она в самом деле найдёт для нас попаданца из другого мира, то это, скорее, будет не новый член команды, а шпион. Но раз такой человек до сих пор не появился, то видимо, на первом курсе их и нет. Кому как не мне знать плачевное положение заурядного школьника, утерявшего право на обыкновенную жизнь, и я не желаю, чтобы оно досталось кому-то ещё. Летописной истории уже больше двух тысяч лет, человечеству пора уже учиться на своих ошибках, и как его ничтожная крупица я намерен этого придерживаться.

Харухи продолжала что-то бормотать, видно, подбирая, чем заполнить пропуск в «соревновании по ______». Оставалось только молиться богу грызунов, что в пропуске этом всё же не окажется сто один хомяк.

Может, Дайкокутэну помолиться?[21]

* * *

После всех уроков у меня тут же начались ставшие за последние несколько дней традиционными занятия с мудрым сэнсэем Судзумией. Само собой разумеется, я не получал от них ни малейшего удовольствия. Хотя если бы вы спросили, почему это само собой разумеется, я бы не знал, что́ ответить.

— Экзамены в форме тестов — это полная ерунда. Как правильно на вопросы ни отвечай, больше ста баллов всё равно не наберёшь. А я страсть как ненавижу жёсткие рамки. Кён, ты сам подумай: если мышление экзаменуемого превосходит те рамки, что обычно предполагает экзаменующий, то чем последнему на это отвечать, не понизив итоговый балл? Ведь ты же не по ошибке другой ответ даёшь. Разве это правильно? По мне, так за блестящий ответ можно и двести баллов дать, и тысячу. Вот почему на самом деле не так?

Листая учебник, Харухи продолжала:

— Для сдачи такого экзамена нужно просто заучить текст. Невыносимое занудство. За такой примитивной работой перестаёшь чувствовать себя человеком. Это же деградация!

Правду она говорит или нет, это никак не поможет мне улучшить оценки по английскому... по крайней мере, до тех пор, пока Харухи не возглавит Японию и не изменит школьную программу.

— Гораздо лучше понять тему, чем вызубрить! — тут же выдвинула она противоположное ранее сделанному заявление, как стоит сдавать экзамен. — Нужно запоминать всё, как будто тебе рассказывают историю. А потом всё в голове сложится, друг с другом свяжется, и ты всё поймёшь. Слушай, Кён, сначала ты должен усвоить базовые факты, а потом разобраться, как думает экзаменатор. Мы не можем знать, как думали люди прошлого, но мышление современников-то понять нетрудно. Не важно, что́ написано в вопросе, важно понять, о чём именно думал тот, кто его писал, и тогда сможешь его перехитрить.

По-моему, организаторы экзамена составляют вопросы так, чтобы на них давали правильные ответы, а не искали в них лазейки. Зачем ты вечно пытаешься идти наперекор?

— Чтобы иметь моральное преимущество. Да, мы здесь учащиеся, но только в силу своего возраста. Наша привилегия — возможность просвещать замшелых учителей, которые с каждым годом становятся просто старее. Юность — это орудие. Где и когда нам его ещё использовать? Наше поле битвы — старшая школа, но нам на нём осталось не так много времени.

Я вроде бы улавливаю смысл её слов, но... а, ладно, у меня и на то, чтобы быть обычным школьником, уходит слишком много сил. Воробью сокола не понять — у них слишком разная ДНК. Моя доля — сидеть на линии электропередач и чирикать, и она меня вполне устраивает. Все излишние амбиции пусть забирают люди вроде Харухи или Жюльена из романа «Красное и Чёрное». А моя главная цель в последнее время — хорошенько выспаться.

— Низковатые же у тебя цели.

Харухи недовольно покачала головой и взглянула на меня, будто на трусливого самурая, который всюду носит меч, а достать боится. Но потом её губы изменились в более благожелательной эмоции.

— Твою позицию на жизнь в целом я не собиралась критиковать, — сказала она на удивление спокойным тоном, а потом добавила с некоторой твёрдостью: — Она вполне сгодится в школе, на уроках, на экзаменах... но не в «Команде SOS». В ней моё слово абсолютно и экстерриториально распространяется на весь мир. Японские законы, общепринятые суждения, социальные нормы в ней ничего не значат. Ты понимаешь, что ни постановления правительства, ни решения верховного суда для команды не имеют силы? Не станешь с этим спорить?

Да, понимаю. Нет, не стану. Незачем говорить то, что мне и так давно известно. Я-то знаю, что с тобой почтительно обходятся даже силы