Театр Харухи Судзумии - Нагару Танигава

Я чувствовал, что здесь что-то не то, но не мог сформулировать возражение словами.

— То же самое получилось бы, если бы электрон Б находился не в Бразилии, а на другом конце Галактики. То есть вне зависимости от расстояния между этими двумя электронами, они остаются парой, как будто друг с другом связаны, и эту связь невозможно разорвать. Вот что мы называем квантовой запутанностью.

Нагато упоминала её тогда на корабле.

— Поэтому остаётся предположить, что передача информации между этими двумя электронами происходит быстрее скорости света. Если один наблюдается, то, какое бы между ними расстояние ни было, спин другого электрона определяется в тот же самый момент. Это противоречит теории относительности, и неприятие данного явления доктором Эйнштейном является важным фактом в истории физики.

Кстати, я и теорию относительности толком не понимаю.

— Связанные друг с другом подобным образом электроны называют ЭПР-парой. Эти буквы взяты от имён трёх учёных, которые выдвинули возражения против квантовой теории того времени. «Э», конечно, значит «Эйнштейн».

Такое название им назло придумали?

— Итак, пока что тебе понятно, о чём я говорю? Суперпозиция и запутанность являются важнейшими понятиями, и их желательно усвоить.

А нельзя привести аналогию понагляднее?

— Полагаю... когда кто-то просто жонглирует идеями у себя в голове, это одно, но когда две стороны начинают ими перебрасываться, отношения становятся запутанными.

— Эта метафора неприменима, — впервые подала голос Нагато.

Коидзуми пожал плечами.

— Думаю, на этом объяснение можно закончить. Я бы мог ещё рассказать о принципе неопределённости, временно́й симметризации или том знаменитом коте[39], процитировать Фейнмана, но всё это не имеет прямого отношения к нашей текущей ситуации, так что пока оставим.

И что, эта лекция как-то поможет понять, с чем мы имеем дело?

— Да. Я прав, Нагато-сан?

— В значительной мере.

— Итак, используя в качестве отправной точки то, о чём я рассказал, давай рассмотрим, что сейчас представляем собой «мы». Перейдём к прикладному применению теории.

Лекция профессора Коидзуми на семинаре Нагато, похоже, далека от завершения.

Когда я взглянул на сцену, то увидел приёмный зал в царском дворце Спарты, где Менелай и его жена Елена тепло встречали Париса с отрядом троянцев.

Тут я удивился, впервые увидев лица Менелая, которому предстояло познать NTR[40], и Елены, которой полагалось быть несравненной красавицей. Впрочем, всё оказалось предсказуемо.

— Вот оно как…

Раньше они были принцем и принцессой, похищенными Владыкой демонов; в другой раз они были из какой-то там галактической империи, и их похитили пираты; потом они содержали ранчо на Диком Западе, и их взяли в заложники бандиты — одни и те же парень с девушкой, которых постоянно похищали.

Внешность обоих заурядная, но в этом спектакле их выдавали за красавца и красивейшую женщину на свете.

Менелай безучастно стоял рядышком, пока «симпатяга» Парис и Елена, которая благодаря вмешательству богини влюбилась в него с первого взгляда, смотрели друг другу в глаза. Величественная музыка добавляла драматизма этой судьбоносной встрече. Во время слушания невидимого оркестра, я бросил взгляд на три трона и обнаружил, что Харухи с Асахиной-сан вкушают бесконечный поток блюд, успевая уделять утончённое внимание пьесе.

Почувствовав ещё чей-то взгляд, я оглянулся.

— ...........

Нагато тоже смотрела на них. Точнее, конкретно на Харухи.

Взгляд её был бесстрастен, но по ней чувствовалось, что дело нельзя затягивать. Будто заметив моё внимание, она отвернулась.

Почему же Нагато сейчас смотрела на Харухи?

* * *

— Итак, — произнёс Коидзуми тоном старомодного детектива, собравшего в одном месте всех фигурантов дела. — Почему мы здесь? Что это за мир? Что нам делать? Давайте порассуждаем над этими вопросами.

Он говорил так, будто все ответы у него уже были.

Коидзуми украдкой посмотрел на Нагато и, похоже, не особо расстроился, когда она не удостоила его взглядом.

— На борту пиратского корабля Нагато-сан предположила, что мы находимся в виртуальном пространстве и представляем собой одну из половин квантованной сущности. С тех пор я продолжал над этим размышлять.

Кстати, Коидзуми, а когда ты впервые осознал, что мы не в настоящей, а в виртуальной реальности? Поражаюсь, что тебе удавалось об этом не забывать.

— Ну, тот первый фэнтезийный мир был совсем уж неестественным, так что подозрения у меня возникли с самого начала. И я заметил, что если сосредотачиваться на одной теме, то по крайней мере в отношении неё искажения памяти не происходит. Хотя она иногда ускользала из моей головы, но потом возвращалась.

Взяв на себя роль ведущего, он взмахнул рукой.

— Для начала хотелось бы услышать несколько слов от Нагато-сан.

Та спокойно произнесла:

— По всей видимости, в некий момент времени в реальном мире мы столкнулись с виртуальными частицами в квантовом состоянии.

…… Коидзуми, давай переводи.

Он взял в одну руку яблоко с фруктового блюда, а в другую — серебряный нож.

— Вероятно, двухаспектная виртуальная частица столкнулась с пятью членами «Команды SOS». Провзаимодействовав с этой частицей, мы были квантованы и расщепились надвое. — Он рассёк яблоко пополам. — И теперь наши реальные и здешние версии находятся в состоянии суперпозиции и ЭПР-спаренности — вот что пытается сказать Нагато.

Голова Нагато слегка качнулась, видимо кивнув.

— Ухм, — простонал я. — И нечто настолько безумное могли устроить...

— Если не Интегральное мыслетело, то некая другая космическая сила. Космос ведь бескраен.

Всё же мне не хотелось представлять себе Галактику, кишащую невидимыми богоподобными сущностями. Мне по жизни и так головной боли хватает.

— Ну и что там ещё за двухаспектность такая? — спросил я.

Коидзуми вдруг поднял глаза и огляделся:

— Вспомни, в каких ситуациях мы оказывались. Фэнтезийная RPG, космический патруль, Дикий Запад, гангстерское кино, схватка с акулами-людоедами, пиратство в эпоху географических открытий, а теперь и мифическая Троянская война.

Всё это я привык видеть по телевизору или в манге.

— Вот и ответ на твой вопрос, — сказал Коидзуми, играя с половинками яблока. — Все они вымышленные. Мы находимся внутри художественного произведения.

* * *

Звучит вполне логично. Если инопланетяне создали мир по образцу человеческого вымысла, то вполне естественно, что они допустили неточности и перекосы. Я вздохнул и высказал, что у меня было на сердце:

— Я вот бы предпочёл оказаться в своей любимой манге.

Коидзуми взял одну половинку яблока.

— И теперь