Театр Харухи Судзумии - Нагару Танигава

становится ясной сущность двух аспектов, с которыми мы провзаимодействовали. Пока одна часть «нас» остаётся в реальном мире, данные «мы» очутились в вымышленном. Частицы содержали в себе аспекты реальности и виртуальности с равной вероятностью заполучить любой из них.

Но ведь виртуальность — это лишь восприятие. Как что-то могло физически распасться на реальность и виртуальность?

— Квантизация концепций, — пробормотала Нагато. — Концептуальные кванты не являются невозможными.

— И поэтому те «мы», которым достался аспект реальности, остаются в настоящем мире, а вот нам достался аспект виртуальности, так что мы и стали персонажами художественных произведений, и потому очутились здесь.

Коидзуми соединил две половинки яблока и положил обратно на блюдо. Да съешь ты его.

— Мы и наши реальные версии находятся в состоянии квантовой суперпозиции, то есть ещё не полностью отрезаны от реальности, скорее, тесно связаны.

Его улыбка стала чуть заметнее.

— И я полагаю, что в этом-то и заключается наш шанс на побег.

Предположим, ты прав, и что? Кто бы этот мир ни создал, он явно постарался, чтобы виртуальные «мы» в нём и остались.

— Похоже, что так оно и есть.

— И всё же, — сказал я, глядя на свою ладонь, — по моему телу не скажешь, что оно виртуальное.

— Это не простая виртуальность, а такая, которой была придана материальная форма. Проще говоря, атомы, из которых состоят наши тела, сами по себе являются квантами, так что правомерно заявить, что мы и раньше состояли из квантов.

Пожалуй, это перебор.

— Чисто с точки зрения теории вероятности, если мы вчера были в реальном пространстве, то вероятность того, что мы останемся в нём и сегодня, чрезвычайно высока. Но есть вероятность очутиться в виртуальном пространстве — мельчайшая, но ненулевая.

Ну что за ерунда.

— Вероятности, бесконечно близкие к нулю, ему всё же не тождественны, а потому шанс их реализации, пусть и ничтожно малый, остаётся. Пусть даже в естественных условиях он будет один к миллиарду.

Шансы, бесконечно близкие к нулю, следует считать за ноль. Иначе мы никуда не продвинемся. И где вообще такое виртуальное пространство может находиться? Для него ведь нужен сверхвысокотехнологичный ультраквантовый компьютерный сервер...

И всё-таки мы как-то в нём находились.

— Интерфейс неизвестен, — повторила Нагато сказанное ранее.

Ладно, у меня есть ещё вопрос:

— Разве они не могли просто скопировать наши личности и поместить их в виртуальное пространство? По-моему, так было бы проще.

— Быть может, копировать один лишь разум не имело смысла, — сказал Коидзуми, снимая ножом яблока кожуру. — Возможно, человеческое сознание неотделимо от тела, и наш ум зависит от чего-то помимо мозга.

Он искоса взглянул на Нагато, но миниатюрная староста литературного кружка, будто белочка, грызла оливку.

— Что если простых ментальных копий недостаточно для воссоздания нашего мышления в виртуальном пространстве, и необходимы также физические данные...

И что, только поэтому?

— Наше здесь присутствие является ответом на этот вопрос.

Последовав примеру Нагато, я положил в рот оливку, о чём тут же пожалел. Ну и кислятина.

— В настоящее время мы находимся в виртуальном пространстве вместе со своими физическими телами, что может казаться противоречивым, но видимо, это возможно, если наша плоть также была квантована. Обычно под виртуальным пространством имеется в виду электронная или компьютерная среда — но в данном случае мы имеем дело с пространством другого рода.

Чтобы избавиться от послевкусия, я взял у Коидзуми ломтик очищенного яблока и откусил. Сладкое как сахар.

— Стоящая за этим сила обладает квантовыми технологиями, далеко превосходящими возможности человечества, и может осуществлять определённый контроль над самими квантами.

Коидзуми разорвал сушёный финик.

— Расщепление проходит вполне произвольно. Мы можем считывать кванты лишь статистически, а у них есть технологии, чтобы всё это осуществлять.

Ну, в целом, я понял, как они действуют.

— Так на кой чёрт они нас здесь заточили и заставляют разыгрывать третьесортные пьесы?

— Понятия не имею. Но думаю, что это может быть своего рода эксперимент: они хотят посмотреть, как «Команда SOS» будет себя вести в различных ситуациях... Нагато-сан, а ты как думаешь?

— Мотив неизвестен, — чётко произнесла она, бесшумно отпивая из чашки. — Мы находимся под наблюдением — это я чувствую.

И откуда ты это знаешь?

— Я всегда этим занимаюсь. Я ощущаю присутствие.

Я огляделся в поисках невидимой видеокамеры.

— Может быть, их цель — стереть наше изначальное сознание, полностью погрузив в роли, которые мы играем. И разнообразие ситуаций нужно для того, чтобы найти сюжет, который вызовет наше наибольшее вовлечение.

Так они будут держать нас здесь, пока мы не превратимся в кого-нибудь другого и навсегда останемся в одном из подготовленных для нас сюжетов?

Играя роль человека, ты им становишься. Путешествуя из мира в мир, мы в конце концов можем найти такую роль, которая нам идеально подходит.

И тогда мы уже не сможем вернуться к реальности. Так что нельзя здесь торчать и дальше. Я не собираюсь играть по правилам здешних хозяев, тем более, если окончания игры и не планируется.

— Тогда нужно скорее действовать. Но с чего начинать? Нагато? Коидзуми?

Мои слова заставили Нагато поставить чашку, а Коидзуми улыбнуться.

— Надо всё упорядочить. Вот, что мы знаем о нашей ситуации:

1. Пятеро членов «Команды SOS» взаимодействуют с двумя аспектами: Реальностью и Виртуальностью.

2. Появилось две сущности: Команда SOS × Реальность и Команда SOS × Виртуальность.

3. Между ними существует квантовая запутанность/суперпозиция.

4. Команда SOS × (Реальность + Виртуальность) = Команда SOS (Реальность) + Команда SOS (Виртуальность).

— Если теория Нагато верна, то между реальными «нами» и здешними сохраняется некая связь.

Это и есть концептуальные кванты реальности-тире-виртуальности?

— Повторять «реальность» и «виртуальность» избыточно, так что давайте обозначим их буквами «r» и «v».

Коидзуми сдвинул блюдо с едой в сторону.

— Мне бы пригодились письменные принадлежности. Обращусь к богине мудрости. Нагато-сан, не хочешь что-нибудь почитать?

— Хочу, — ответила она.

— Тебе достаточно это пожелать.

Раздался несерьёзный «шлёп», и на колени Нагато плюхнулась глиняная табличка формата A3, покрытая странными письменами.

— Это... Линейное письмо Б?

— А[41], — однозвучно ответила Нагато.

— Надо же. Недешифрованное? А ты можешь его прочитать?

— Требуется анализ.

— И сколько это займёт времени?

Увидев, что Нагато задумалась, я покачал головой.

Сейчас это не имеет значения.

— В самом деле. Стоит ослабить внимание, как начинаешь отвлекаться.

Коидзуми