Водители фрегатов - Николай Корнеевич Чуковский

Таити. Цель союза – благоденствие обоих великих народов.

Оберея хохотала над каждым словом капитана. Но скоро она догадалась, что Кук говорит о чём-то важном. Тогда она, путаясь в своих четырнадцати юбках, выбежала из дворца на двор и закричала:

– Тупия! Тупия!

Тупия был таитянским вельможей. Он пришёл, седой, торжественный, и важно приветствовал гостей. Куку понравились его умные, честные глаза, и он изложил ему своё дело. Тупия слушал внимательно и серьёзно. Он неодобрительно поглядывал на королеву, которая продолжала смеяться.

Когда Кук кончил, Тупия задумался.

– Мы согласны, – наконец вымолвил он. – Таитяне всегда будут друзьями англичан, если англичане не станут убивать таитян гремучими молниями со своих крылатых островов.

Кук смутился. Он сказал, что Уоллес просто разбойник, что английское правительство не одобряет его действий, хотя понимал, что правительство скорее одобрило бы Уоллеса, чем его самого.

Наконец союз был заключён. Кук подарил Тупии и Оберее несколько топоров и кучу разноцветных бус.

Приближалось 3 июня – день, когда планета Венера должна была пройти через солнечный диск. Астроном Грин с помощью матросов стал строить на берегу маленькую обсерваторию.

Когда обсерватория была уже почти готова, произошёл случай, который чуть было не рассорил путешественников с таитянами.

Грин работал на берегу только до обеда и на остальное время для охраны обсерватории оставлял вооружённый отряд из тридцати человек под начальством лейтенанта Пикерсджила. Отряд этот скоро привык к миролюбию туземцев, и матросы, вместо того чтобы сторожить, бегали с таитянами наперегонки, играли в чехарду, хором распевали песни. Ружья только мешали им, и они спокойно ставили их у стенки.

Как-то раз молодой таитянин подошёл к ружьям и стал с любопытством их разглядывать. Они ему очень понравились, и он взял одно ружьё в руки, чтобы лучше его рассмотреть.

– Положи! – крикнул ему лейтенант Пикерсджил.

Но таитянин не то не понял, не то просто не хотел слушаться и продолжал держать ружьё в руках. Тогда лейтенант для острастки выстрелил в воздух.

Таитянин подпрыгнул и кинулся стремглав в лес, унося с собой ружьё. Пикерсджил выстрелил ему вдогонку и убил его наповал.

Тотчас же собралась толпа. Убитого обступили со всех сторон. Мать причитала над ним. Отец требовал мести. И когда Кук, услыхавший выстрел, прибыл на берег, почти все таитяне были вооружены копьями и готовились к бою.

К счастью для англичан, на берегу оказался Тупия. Этот вельможа привязался к морякам, удивлялся их мудрости и неотступно ходил за ними. Теперь он влез на камень и произнёс речь.

Он долго и рассудительно говорил о том, как выгодно для таитян торговать с англичанами. Он искренне считал драгоценностями те стеклянные бусы, которые англичане давали таитянам в обмен на их товары.

– Этот убитый мальчик сам виноват, – говорил он. – Он совершил воровство и наказан по заслугам.

Толпа внимательно слушала Тупию и в конце концов согласилась с ним. Мирные отношения были восстановлены. Один только Кук остался при особом мнении. Он считал убийство молодого таитянина бессмысленным, жестоким поступком и посадил лейтенанта Пикерсджила в карцер.

3 июня Грин и Кук заперлись в обсерватории на целый день. Там было очень душно. Весь день чередовались они у стёклышка телескопа и записывали все свои наблюдения.

А тем временем Бэнкс бродил по острову и приглядывался к жизни таитян. Однажды он встретил несколько пьяных и заинтересовался, что за напиток опьянил их. Вскоре ему удалось это выяснить. На лугу сидело человек пятнадцать мужчин, и все они молчаливо жевали стебли какого-то растения. Когда стебель насквозь пропитывался слюной, они выжимали её в одну общую глиняную чашку и потом с жадностью пили эту жижу, которую они называли кавой. Напившись, они начинали петь и танцевать.

Таитянские весельчаки встретили Бэнкса очень приветливо. Они поднесли ему чашку с кавой и были очень удивлены, когда он отказался отведать этот напиток. Бэнкс сел в сторонке и стал прислушиваться к песням.

Они пели:

К нам из-за моря приплыли крылатые острова.На крылатых островах живут белые люди.У белых людей много драгоценных диковинок.Есть у них красные ткани,краснее крови и прекраснее зари.Есть у них светлые шарики, светлее солнца и неба,их надевают на шею.Есть у них крепкие острые камни,которые превращают деревья в щепки.Хорошо быть другом белого человека —он даст тебе много сокровищ.Плохо быть врагом белого человека —он убьёт тебя летучей огненной молнией.

Прислушиваясь к этим длинным, однообразным звукам, Бэнкс понял, что у таитян не было определённой, заранее придуманной песни. Они пели всё, что им тут же приходило в голову. Сейчас они думали о белых людях – и белые люди появились в их песне.

Но больше всего на Таити наших путешественников поразили кладбища. Таитяне не зарывали своих мертвецов в землю. Они строили где-нибудь в дремучем лесу высокий деревянный помост и клали на него покойника, положив ему в одну руку каменный топор, а в другую – копьё. Над ним сооружали бамбуковый навес, который предохранял труп от дождя. Хищные птицы в несколько дней съедали всё мясо мертвеца и оставляли только скелет.

Англичане, бродя по острову, не раз натыкались на эти гробницы. Жители Таити боялись своих покойников и, чтобы умилостивить их, клали им в ноги кокосовые орехи и бананы.

Астрономические наблюдения были закончены. Кук решил покинуть Таити и отправиться дальше на запад, в неизвестные места, чтобы выяснить, существует ли Южный материк, и исследовать восточные берега Австралии.

Когда таитяне узнали, что их гости уезжают, они собрались большой толпой на берегу и громко рыдали. Но конечно, эти рыдания вовсе не были вызваны искренним горем. Просто по таитянским законам вежливости гостей полагалось провожать плачем. Искренне горевал один только Тупия, крепко подружившийся с Куком.

– Послушай, Тупия, – сказал ему Кук, – поедем с нами. Ты объедешь весь мир, познакомишься с такими чудесами, какие тебе даже не снились. Я стану обращаться с тобой как с братом, ты будешь жить в довольстве и в богатстве. А через несколько лет мы привезём тебя обратно. Соглашайся, Тупия, едем!

Тупия горько вздохнул.

– Я бы поехал с радостью, – сказал он, – но у меня есть племянник Тайето, двенадцатилетний мальчик, круглый сирота. На кого я его оставлю? Он умрёт здесь без меня с голоду.

– Бери с собой своего племянника, – предложил Кук Тупии. – Я отдам его в Англии в школу, и он станет образованным человеком.

И Тупия согласился. Вместе со своим кудрявым племянником он поселился в отдельной каюте, расположенной между каютами Кука и Бэнкса.

13 июля «Усердие» снялось с якоря и вышло в море.

Новая Зеландия

7 октября мореплаватели увидели зубчатую горную цепь, тянувшуюся от одного края горизонта до другого.

– Ура! – закричал Бэнкс. – Южный материк!

– Это Новая Зеландия, открытая голландским путешественником Тасманом, – сказал Кук.

– Новая Зеландия – часть Южного материка. Я в этом совершенно уверен.

– Посмотрим, – сказал Кук. – Я не уеду отсюда, пока не занесу на карту все берега и не узнаю, материк это или остров.

Новую Зеландию открыл в 1642 году голландец Абель Тасман.