Человек из подвала - Джей Ди Уокер

Вскоре фиолетовая змея, плывущая к ней, начала подёргиваться в жарком тёмном пространстве. Подёргивания сменились более протяжными движениями, змея скрутилась в кольцо, её голова коснулась хвоста, образуя две петли Элберекса. Фиолетовый Элберекс затвердевал прямо у Ноэ на глазах. Других слов она не могла подобрать. Теперь Элберекс больше походил на неодушевлённый предмет, чем на змею, но он, как и змея, медленно плыл к ней в пространстве. По мере приближения сигила жар усиливался. Она уже решила, что сигил болезненно опалит ей лицо, когда вдруг снова вернулась обратно за свои собственные веки. Она снова сидела в углу. В белом доме. Она слышала, как щёлкает метроном.

– Я заснула, – сказала она, вытянув вверх руки и выгнув спину.

– Нет, не заснула, – отозвалась Ферн. Она, казалось, была где-то далеко.

– Что же произошло?

– Я бы сказала, что у тебя природный талант черпать клеточное знание, – сказала Ферн. – Логично предположить, что лунатику это даётся легче.

– Сколько времени прошло?

– Два часа, – сказала Ферн.

Ноэ поспешно поднялась на ноги, опрокинув стоявший на полу небольшой металлический ящик, внутри которого раскачивалась из стороны в сторону металлическая палочка, напоминавшая перевёрнутый маятник. Это, должно быть, и был метроном.

– Не может быть. – Она вытащила из кармана телефон и посмотрела на время. Прошло два часа.

Ферн сидела в складном кресле. Она сменила свой красный халат на джинсы и зеленовато-голубую блузку с узором пейсли[20]. В одной руке она держала сэндвич (зеленый салат и красные помидоры выглядывали из-под ломтя ржаного хлеба), а другой листала дневник Эрики. Ноэ не понравилось, что Ферн взяла дневник, тем более читает его. Хотя то, что писала Эрика, не было таким уж личным. Хотя в дневнике была важная информация, которую Ферн было необходимо увидеть.

– Что сказали тебе твои клетки? – спросила Ферн.

– Я не знаю, но мне опять приснился тот же кошмар – фиолетовая змея. Только на этот раз кошмар длился дольше. Больше всего произошло. Змея превратилась в Элберекс, как и сказала Эрика. Но она была сделана не из тёмной краски. Она была фиолетовой. И твёрдой, как металл или камень.

– Твёрдой? Что-то ещё изменилось?

Ноэ попыталась перенестись мысленно в то тёмное пространство.

– Прямо перед тем как змея превратилась в Элберекс, всё стало горячим. Очень горячим. Я подумала, что Элберекс обожжёт меня.

Внезапно Ферн выронила свой сэндвич на ближайшую стопку книг, а заодно и дневник Эрики. Она поднялась с помощью костыля и принялась рыться в куче одежды вокруг себя:

– Где моя дорожная сумка? Ты её не видишь? Она чёрная с красными лямками… ага, вот она.

– Зачем вам дорожная сумка?

– Чтобы собрать вещи для поездки. А ты что делаешь со своей дорожной сумкой?

– Куда вы поедете? А как же медитация? А как же Сплюснутый человек?

Ферн, уперев костыль, нагнулась и принялась бросать вещи в чёрную спортивную сумку. Одежду, книги, флаконы. Чайник в форме слона. Сэндвич с салатом и помидорами.

– Кажется, я знаю, как мне поскорее вернуться в Галф-Шорс. А может, даже продвинуть науку о заторах на полшага вперёд. Но мне нужно подключить к этому Соседей. И немедленно.

– А где они?

– Не здесь.

– Когда вы вернётесь?

– Не знаю. Через несколько дней, недель, месяцев? – Ферн ринулась на кухню. Ноэ в замешательстве потащилась за ней. Ферн открыла дверь, ведущую в гараж. Там стоял древний «Фольксваген-жук». Машина была ярко-оранжевого цвета и выглядела как игрушка.

– Что нам делать со Сплюснутым человеком? – спросила Ноэ.

– Я не знаю. Держаться поближе к взрослым? Ты, наверное, знаешь лучше меня. – Она скользнула в машину, бросив сумку и костыль на пассажирское сиденье. Она повернула ключ зажигания, и машина забурчала, как будто вот-вот разлетится на части. Затем Ферн нацелила на Ноэ палец, словно читая ей мораль прямо из машины. Ноэ огляделась и увидела выключатель на стене рядом с собой. Она нажала на него. Дверь гаража открылась с металлическим визгом. Ферн спиной выскочила из гаража.

Не успев доехать до конца подъездной дорожки, она поехала обратно так же быстро, как и выскочила вон. Она перегнулась черезпереднее сиденье и с усилием опустила окно.

– Вот, – сказала она, протягивая маленький металлический ключ. Ноэ взяла его. – От этого дома. Не прибирай за мной. – Она села обратно на водительское сиденье. – Ночь – самое опасное время для вас. Сплюснутый человек будет по-прежнему активен в эти часы.

И с этим она уехала.

Ноэ не заметила на машине Нонатука, и ей подумалось: вдруг кто-то видел, как эта забавная машинка соткалась из воздуха в дальнем конце тупика? Впрочем, эта мысль быстро вылетела у неё из головы, когда она окончательно осознала случившееся. Сплюснутый человек был заперт в их квартале, и противопоставить ему было нечего, и во всём была виновата она одна. Ферн была её последней надеждой, а теперь она уехала неизвестно куда и неизвестно на сколько. Ферн не помогла ей сегодня, Ферн использовала её. Использовала ради… её клеточного знания. Если оно вообще существовало. Ноэ в этом сомневалась.

Она села прямо посреди грязной кухни Ферн и расплакалась. Выплакавшись досуха минут примерно за десять, она пошарила по кухне в поисках салфеток или бумажных полотенец. Но вместо этого нашла нечто, что дало ей надежду, что Тупики всё же смогут защитить себя.

Двадцать один

Эта встреча Тупиков была не у Рунного камня. Они собрались в спальне Ноэ. В её дворце парасомнии, отправной точке её хождений во сне и штаб-квартире её кошмаров. Так странно, что все они были здесь: Рейдия, копавшаяся в своём телефоне на кровати Ноэ; Кристал, разглядывавшая постеры с собаками на стенах; Рути, игравшая с плюшевым Комодским драконом, по-видимому, оставленным Лен. Но и приятно. Ноэ только что закончила рассказывать девочкам о разговоре с Ферн и своём сеансе медитации.

– Значит, опять от неё никакой помощи, – сказала Рейдия. Было неловко видеть Рейдию после их последней стычки, хотя она, похоже, немного остыла. Должно быть, успела с тех пор поговорить с Кристал. Или, может, дело было в угрозе, исходившей от Сплюснутого человека. Их всех повязал ужас.

– Да, она невозможна. Хотя чуть-чуть она всё же помогла, – сказала Ноэ. – Даже если не собиралась.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Кристал так тихо, что её было еле слышно. Это был первый раз, когда она произнесла что-то с момента прибытия. Она пялилась на сбивающий с толку плакат венгерской овчарки, похожей на живую швабру. Кристал была непривычно молчалива, переступив порог дома Ноэ, и до сих пор проявляла интерес