Человек из подвала - Джей Ди Уокер

она хотела, чтобы родители или Лен зашли к ней, пока она сидит в углу, скрестив ноги и пропевая странные звуки. Хотя, конечно, они видели и более неприглядные вещи, когда она ходила во сне.

Из-за окна донёсся шум. Шорох на опушке леса. Животное. Лиса, или рыболов, или, может быть, олень. Она постоянно слышала звуки за окном с тех пор, как они поселились здесь, у леса, но они её не особо тревожили, ведь какой бы зверь ни издавал эти звуки, он был двумя этажами ниже. Эти шумы угрожали ей ничуть не больше, чем большие белые акулы в океане.

А вот какой звук мог издавать Сплюснутый человек? Он шагал? Парил? Скользил по листьям, как змея? Звук был скользящим. Громким скользящим шорохом. Как будто там была очень большая змея. Образ Сплюснутого человека, ползущего по стене дома к её открытому окну, разом пришёл ей в голову. По коже пробежал холодок, так непохожий на прохладный ветерок, который она ждала.

Хотя Амберонк на этой стене дома защищал её, Ноэ всё равно встала и закрыла окно. Когда она вернулась в постель, в её мыслях проскочил новый образ, как она во сне спускается по лестнице и выходит в парадную дверь, чтобы столкнуться со Сплюснутым человеком, поднимающимся с земли у её ног.

Она приподняла ноутбук, достала резинку и привязала запястье к столбику кровати.

Лен лежала в кровати, зажмурив глаза и закрыв одеялом бо́льшую часть лица, и ждала, когда Ноэ заглянет к ней, как она делала каждую ночь. Ноэ всегда делала одно и то же. Она возилась с детскими воротцами, а затем заглядывала в комнату Лен. Лен подглядывала за ней, пока сестра была в коридоре, но потом скоренько закрывала глаза, когда Ноэ заглядывала в комнату.

Сегодня она держала Ленюшу. Лен чувствовала его мягкий мех у лица и видела тёмные кружки его глаз и носа в свете лампы-единорога. Выбор Ленюши дался ей непросто. Она думала о Мури, своём муравьеде, или Каппи, капибаре, но вспомнила, что давным-давно не спала с Ленюшей, а ей нужно быть справедливой, хотя Ноэ вечно твердит, что жизнь несправедлива. Лен пока доверяла жизни. Поэтому она выдернула древесное млекопитающее из груды своих друзей-животных в ногах кровати и цепко держала его, притворяясь спящей для Ноэ.

Ноэ странно вела себя с тех пор, как они переехали в новый дом. Но Лен её понимала. Дом тоже был странным. Весь квартал был странным. Сначала она думала, что дело в оборотнях, живущих в подвале. Ноэ явно боялась подвала. Лен тоже. В их старом доме Лен думала, что оборотни повсюду. В её шкафу. Под её кроватью. За окнами. Но в этом доме они точно были в подвале.

Оборотни в подвале. Лен покрепче прижала к себе Ленюшу и мигом заснула.

Кристал лежала в своей кровати в темноте, смотрела в потолок и тихонько плакала. Пускай она в безопасности у себя дома благодаря Амберонкам, окружавших её дом, но Сплюснутый человек где-то рядом блуждал по окрестностям. А виновата была она. Она подвела своих друзей. Хуже того, из-за неё все они были в опасности.

План Ноэ звучал убедительно. Такой план Эрика одобрила бы. Собственно говоря, это и был план Эрики. Но Кристал не справилась со своей задачей.

Она не смогла стоять там, в своём подвале, в своём школьном классе, не смогла выстоять перед ним, вынуждая его до последней возможной секунды лезть из стены. Вместо этого после того первого раза, когда она еле-еле продержалась достаточно долго, чтобы он смог высунуть голову из стены, она вообще не спускалась вниз. Она оставалась наверху и посылала поддельные текстовые сообщения. А значит, она давала Сплюснутому человеку передышку на протяжении всей ночи. Она не просто погубила план Ноэ. Она саботировала его.

И теперь Сплюснутый человек был на свободе.

Все остальные Тупики без проблем сыграли свою роль в их общем плане. Ноэ, совсем новичок в ужасах Тоттер-Корта, сделала что нужно. Рейдия сделала что нужно. Даже Рути справилась, хотя Рейдия была рядом. Вот только, судя по рассказам Рейдии, Рути оказалась храбрее её в ту ночь. И уж точно храбрее Кристал.

Пока всё было неплохо, но не могли же они вечно прятаться от Сплюснутого человека. Кристал плакала, пока не заснула.

Сплюснутый человек бесшумно выскользнул из-за холодильника, где его плоское тело стояло вертикально и прижималось к стене, как гобелен. Он проследовал вдоль стены за угол, не отслаиваясь от неё, пока не добрался до лестницы. У подножия лестницы он наклонился головой вперёд, образовав дугу, и опустил голову и руки на ступеньки. Он заскользил вверх по лестнице, как плоская змея, причём весьма быстрая. На верхней площадке лестницы он поднялся в полный рост и зашагал, держась ровно середины коридора, так же медленно и неуверенно, как трёхмерный человек под водой.

Его походка была не шагом, а скорее шатанием, ноги его и туловище колебались, сотрясаясь при каждом падении плоских ступней на ковёр. Он вытянул руки перед собой, подрагивая в воздухе, – кошмар, шагающий согласно физике, лишённой смысла. Но это был не кошмар. Это был реальный коридор реального дома в реальном мире.

Серые тряпки обвивали руки и ноги Сплюснутого человека, психопатический восторг на его лице оставался неизменным. Он продолжал идти по неосвещённому коридору, пока не дошёл до закрытой двери. Он остановился и заколебался из стороны в сторону, как будто пытался обнаружить что-то по ту сторону двери. Он снова согнулся дугой, как гусеница-землемер, чтобы просунуть верхнюю часть своего тела в щель под дверью и проскользнуть внутрь.

По другую сторону двери он встал. Его двухмерная голова провернулась на двухмерной шее, пока он осматривал тёмную комнату. Наконец он снова шагнул к стене, скользнул по ней и скрылся за комодом. Держась у стены, он заскользил снова, пока не оказался за изголовьем кровати. Оттуда Сплюснутый человек скользнул ногами вперёд под кровать, пока не достиг другого конца. Он медленно распростёрся.

Среди одеял и подушек лежала девочка.

Он проплыл верхней частью своего туловища над девочкой, пока его жуткое лицо не оказалось в нескольких дюймах над её лицом. Она открыла глаза. Она не закричала, не шевельнулась.

Сплюснутый человек опустился на неё сверху в темноте.

Двадцать три

Ноэ проснулась с онемевшей рукой и болью в спине. Как и каждое утро. Не открывая глаз, она подняла рабочую руку и отвязала чёрную резинку, приковывающую её к столбику кровати. Рука упала вдоль