Театр Харухи Судзумии - Нагару Танигава

— Думаю, он не столько ленится, сколько попросту не обладает должным пониманием. Полагаю, у него есть вычислительные мощности, чтобы наделить всех персонажей полноценной биографией, и, возьмись он, то так бы и сделал, но он не совсем понимает, как с этим обходиться.

Я понял, что́ имел в виду Коидзуми. Судя по странности миров, которые мы посещали, менталитет их создателя был крайне далёк от человеческого.

Я не имел представления о том, какие у него были планы относительно этого мира. Я не испытывал особой привязанности к второстепенным неигровым персонажам, но всё же мы провели с ними немало времени. Даже если бы это была всего лишь видеоигра, и они повторяли одни и те же заданные реплики, мы всё равно были бы склонны видеть в них человечность.

— Любого автора порадовало бы такое отношение к их созданиям, — вставил Коидзуми.

Другими словами, грустно было осознавать, что они могли исчезнуть вместе с этим миром. Поэтому я всё же надеялся, что этот мир продолжит жить дальше и без нас.

В самом деле, создатель, может, и не являлся нашим врагом. Не знаю, каким образом он нас защищает, как утверждает старик, но уж точно я не ощущал, что этот мир был создан, чтобы нам навредить.

Даже тот первый мир японской RPG был тёплым и уютным. Мы в нём как будто отмокали на горячих источниках. Иногда было даже интересно смотреть на эти сменяющие друг друга миры.

Однако я выбрал иной путь. Члены «Команды SOS» не такие заурядные типы, которые готовы довольствоваться кем-то для них созданным суррогатным раем. Даже если бы из моей памяти стерли всё, что я пережил, я бы предпочёл иметь дело с естественным открытым миром, а не утопией в клетке. Впрочем, ладно, не рассуждаю я так высокопарно. Просто меня раздражало, что кто-то запер нас здесь и наблюдал за нами, как за лабораторными крысами. Мне не хотелось играть по их правилам.

— …………

Из раздумий меня вырвала выразительная тишина.

Шорох царапанья по табличке стих.

Нагато просматривала свои записи, перепроверяя их, но вскоре она издала долгий едва слышный выдох. Возможно, она перегрелась.

— Теоретическое построение готово, — изрекла она.

Табличка почти целиком была покрыта загадочными символами, но даже я мог разобрать последние два из них:

= 1

* * *

— Я могу осуществить план побега. Однако, — добавила слегка раскрасневшаяся Нагато, — мои расчёты показывают, что нам не хватает энергии, необходимой для его активации. Мы не сможем привести план в действие.

Даже если к силам Афины добавить силы Геры и Афродиты?

— Мне необходима внутренняя сила.

То есть мощности стартёра не хватает, чтобы запустить двигатель?

Мы втроём посмотрели на одного человека.

На его морщинистом лице появилась улыбка.

— Тогда позвольте мне помочь. Я дам вам силу ещё одного бога.

Не думал, что ты можешь.

— Я всемогущий Зевс — бог богов. Для меня это пустяк.

Он взмахнул скипетром, и с небес его осветил луч света.

Очень театральный эффект — но, похоже, таким он и задумывался, поскольку сражающиеся на сцене греческие и троянские солдаты распростёрлись перед ним.

Голос из ниоткуда продекламировал: «Зевс потребовал поединка между лучшими воинами из каждого войска».

Нападающие выбрали Аякса, а защитники — Гектора. Оба мужчины вышли в центр сцены.

Поглядывая на происходящее, старик держал свой скипетр над головой Нагато.

Ветер, что мчится в степи и листву пригибает,

Силу природы хранит, танца, охоты уменье,

Свистом стрелы над пустынной землёю несётся,

Вечной чести и света луны снизойди, о богиня.

Сияние вокруг Нагато стало ярче.

— …………

Как будто при двойной экспозиции на Нагато наложились две фигуры.

Одна — богиня войны в блестящих латах. Другая — богиня целомудренная, с изящной улыбкой держащая лук.

Краем глаза я уловил движение и, обернувшись, увидел, как по трону Нагато распространяется новый узор — ромашки — и символ, который было невозможно не узнать: луна.

Помимо силы Афины, Нагато теперь также олицетворяла Артемиду и источала такую божественность, что немалое мужество требовалось, просто чтобы на неё смотреть.

— Этого достаточно? — горделиво спросил старик.

Нагато смотрела на свои светящиеся ладони, сжимая и разжимая их.

— Благодарю, — произнесла она.

— И всё же, не могли бы вы взять меня с собой? Ну, если это вообще возможно. Я понимаю, что многого прошу.

— Я произведу расчёты.

Над головой Нагато вспыхнул луч света. На сцене изображающая Афину актриса благословляла представителя греков — Аякса. Эффектная постановка.

Юки «Афина-Артемида» Нагато на секунду задумалась.

— С учётом величины энергии данных это осуществимо. Я предлагаю вам исполнить роль посланника. Я дам вам командный код, который следует выполнить механическим способом. Неизвестно, где будет сохранено ваше сознание после завершения перемещения.

Мы с Коидзуми уставились на Нагато, столь редко такую инициативную и разговорчивую.

Старик, не обращая на нас внимания, кивнул:

— Понятно. Я сделаю всё, что ты скажешь. Можешь мною распоряжаться.

Коидзуми пришёл в себя раньше меня и осторожно спросил:

— А вы не могли бы во мне, скажем, Аполлона воплотить?

Старик бросил на него такой колючий взгляд, что его хотелось сопроводить звуковым эффектом.

— В тебе и правда есть что-то от него, но я бы сказал, что тебе больше подходит Гермес.

— Это меня вполне устроит, отец Зевс, — театрально ответил Коидзуми.

— Не нужно, — отвергла эту идею Нагато.

Поединок на сцене закончился вничью, но вместо того, чтобы вернуться к патовой ситуации, троянское войско перешло в яростную контратаку. Возглавляемый Гектором натиск был столь ошеломляющим, что грекам пришлось отступить с побережья на свои корабли. Пришлось обороняться даже их предводителю Агамемнону, который в результате был ранен, а затем загорелись и корабли. Но и в такой критической ситуации Ахиллес отказывался и пальцем пошевелить ради Агамемнона. Лучший друг Ахиллеса, Патрокл, пошёл вместо него и в разгаре яростной битвы был убит Гектором. Разгорячённый Ахиллес пронёсся сквозь вражеский строй, вернул тело своего друга и, наконец, помирился с Агамемноном. Так перед троянцами в качестве их величайшего врага встал герой-полубог... Тут Нагато тоже встала.

Миниатюрная богиня с коротко стриженными волосами подошла к нам сзади и положила руки на мои с Коидзуми плечи. Её ровный голос прошептал нам