Феи на твоей стороне - Евгения Райнеш

И она рассказала свою историю.

Воздушные подруги, порхающие на поляне, где царило вечное лето, всегда сторонились Ёшки. Чья причудливая фантазия сотворила её такой, с чувством одиночества в толпе себе подобных – Ёшка не знала.

Может, тогда и зародилась мысль: неплохо бы видеть рядом больше родственных душ. То самое желание, которое после воплотилось в появлении шумной ватаги детишек. Но сначала жизнь представлялась чередой нескончаемых дней порхания на поляне среди шепчущихся за твоей спиной подруг. «Это было – нигде», – непонятно пояснила Ёшка Рите.

Жизнь без начала и конца. Так, может, и продолжалось бы по сей день, если бы не один случай.

– Я немного заблудилась тогда, золотце, – глаза Ёшки, кажется, увлажнились, но Рита списала это на игру теней в приближающихся сумерках.

Они не включали свет, только бледный ночник-бабочка у кроватки Семёна сочился мягким жёлтым маслом.

– Словно внезапно проснулась. Открыла глаза и увидела место, совершенно отличное от моей родной поляны. Ни цветов, ни травы, ни деревьев. Вообще-то там ничего не было. И стоял едкий, специфический запах. Мне казалось, что нос разорвёт от чада. Я никогда не видела и не испытывала подобного. Вот представь: разъедающий мозг запах и белая тишина, которую то тут, то там прорывают искры. Как будто негодует целая прорва саламандр, только не огненных, а белоснежных.

Рите сложно было представить белоснежных саламандр (честно говоря, вообще – любых саламандр), но она кивнула. Не хотела вспугнуть хрупкое доверие, установившееся между ними.

– Так вот, я случайно, – Ёшка со значением посмотрела на Риту, – повторяю, совершенно случайно протянула руку к такому вот всполоху. Наверное, хорошо, что тогда я ничего ещё не чувствовала, и боль в том числе. Потому как ладонь опалилась и почернела сразу. Но меня это не остановило…

Рита непроизвольно глянула на руки Ёшки. Кисти красивые: миниатюрные, белые и очень изящные.

– Так зажило уже давным-давно. – Ёшка перехватила взгляд Риты. – Когда я прикоснулась к этому свету, прямо передо мной появился контур круга. Едва заметный, будто впопыхах набросанный карандашом. Сначала плоский, словно нарисованный. А потом у меня в ладони что-то потяжелело. Клянусь, я просто протянула руку, а через мгновение она стала чёрной, её тянуло вниз. И в моей ладони оказался прозрачный шар, внутри которого подмигивал глаз человеков. Он так… хорошо, по-доброму подмигивал. Словно старинный друг. И был такой приятный на ощупь. Ну, я и… взяла его с собой. Спрятала под платьем и полетела, не чувствуя направления. Даже не заметила, как закончилась белая блескучесть и передо мной развернулись незнакомые холмы. Так я оказалась в Закраеке.

Рита быстро сопоставила в голове всё, что только могла знать о глазах внутри шара.

– Ёшка, – выдохнула она. – Ты свинтила важный прибор. И, судя по всему, это часть какой-то камеры наблюдения. Очень странной, конечно, но сейчас их делают такими навороченными, и развивается эта индустрия так быстро, что всё может быть.

– Возможно, – пожала плечами Ёшка. – Этот «глаз» мне помогал потом сильно. Нужно было только зажмуриться, и он начинал показывать, куда идти и что делать. Глаз вынес меня в Закраек из небытия, помог найти зарытый клад и построить Приют. Дела шли хорошо, потому что этот «глаз» всегда предупреждал, с какой стороны ждать неприятностей. А когда ты видишь наперед, нет ничего проще, чем обратить недостатки в достоинства. Даже когда мне постояльцы стали докучать рассказами о своей непростой жизни, глаз в шаре предложил записывать их. Мало того, что истории удалось удачно пристроить и получить выгоду, так я ещё и в самом деле не на шутку увлеклась этим. Даже начала сочинять свои.

– Он у тебя? – спросила Рита. – Сейчас «глаз» у тебя?

Она почему-то очень разволновалась. Соня упоминала шар с глазом внутри. Она называла его Зреть и говорила, что он помогает видеть настоящее, прошлое и будущее.

Ёшка покачала головой:

– У меня стали вылупляться проклятые дети, и я поняла, что это из-за него. За всё, золотце, нужно платить, такой урок я усвоила из жизненного опыта. А когда Зоя выползла из яйца змейкой, это оказалось последней каплей в моих сомнениях. Так что я продала волшебный талисман в антикварной лавке. Больше, золотце, этот «глаз» не видела.

– Ты наверняка сломала какой-то прибор «Золотой рыбки», – предположила Рита. – Компании, которая открыла ваше поле и научилась в него заходить. Может, все неприятности и начались, когда разладилась их система управления.

– Не знаю, – покачала головой Ёшка. – Кажется, человеки стали переходить границу гораздо позже. Приют уже был, когда они впервые появились. Так я думаю. То странное место, откуда я унесла шар, ощущалось совершенно по-иному, не так, как ваш мир. Я уверена, что к нему оно никакого отношения не имеет. И к нашему, кстати, тоже. Закраек как бы разделяет эту реальность, в которой мы сейчас укладывали твоего сынишку спать, и совершенно другую.

– О чем-то таком говорил и…

Рита прикусила язык: не стоит пока упоминать о Страже.

– Мы вряд ли узнаем, как оно есть на самом деле, – покачала головой фея. – Чего забивать голову?

– Может, и эта штуковина, замаскированная под метлу, – предположила Рита, – тоже откуда-то с «той» стороны?

– Ну, – пожала плечами Ёшка, – по крайней мере, я этот троп совсем в другом месте… Нашла.

– Так всё-таки опять ты! – Рита еле удержалась, чтобы не вскрикнуть и не разбудить Семёна. – И где нашла?

Фея отвела глаза.

– Вот слушаю я тебя, Ёшка, – сказала в сердцах Рита, – и думаю: а не попрятать ли мне серебряные ложки? Сначала – «глаз», затем – метла, то есть троп. Да, ещё и платье у Даши… Ты же получаешься не фея, а какая-то… сорока. Тащишь всё, что блестит. Вернее, то, что тебе нравится.

Ёшка, нисколько, впрочем, не смутившись, развела руками:

– Ну вот такая я. Ничего не могу с собой поделать. Наверное, поэтому меня подруги недолюбливали. У них, да, часто что-то пропадало. Но ложки можешь не прятать. Я их видела, и будь уверена – твои ложки мне не нужны.

Рите стало, с одной стороны, обидно за свои ложки, а с другой – немного радостно, что они останутся у неё.

– Милая, у меня одно желание сейчас, – сказала Ёшка. – Мне нужно найти тех людей, что воспитывали моего подменыша. Я знаю широту и долготу, на которой он находится. Помоги мне, а?

– Вот же…

Через час они были на месте.

– Это здесь?

Перед удивлёнными взорами Риты и Ёшки высился громадный торговый центр. Он блестел шикарными витринами-окнами, уходил своей невозможной торжественной красотой прямо в небо, при