Сегодня я расскажу вам об анаконде - Биби Дюмон Так

пираньи или ягуары – и конец анаконде. Правда, эти змеи вполне могут прожить лет двадцать. Но если я сейчас не закончу, мы тоже просидим здесь лет двадцать, а столько времени у меня нету. На парочку годиков нас, дождевых червей, хватает, это да, но не на два десятка. Так что на вопросы времени уже нет. Благодарю, моё выступление подошло к концу.

11

– Привет! Я шлемоносный казуар, и мой сегодняшний доклад посвящён колибри

О колибри мне известно только понаслышке. Эти птицы водятся на другой стороне земного шара. Далеко-далеко, в Америке. А я живу в Австралии. Поначалу я думал, что колибри – это какие-то сказочные существа. Они такие яркие, как бабочки. И такие маленькие. И умеют так здорово летать! Мне вот летать не дано. Ещё бы – я ведь принадлежу к бегающим, или бескилевым, птицам.

Видов колибри великое множество. В моём семействе нас всего трое: я, шлемоносный казуар, казуар-мурук и оранжевошейный казуар. А вот семейство колибри состоит из бессчётного количества видов. К примеру, в него входят:

черноухий колибри,

изумрудная абейлия,

пурпурноспинный солнечный луч,

рубиновогорлый колибри,

черноголовый архилохус,

гиацинтовый колибри-капуцин,

бледнохвостый венценосный колибри,

огненногорлый саблеклюв,

охристый колибри,

фиолетовоголовый клаис,

белогорлый колибри,

ленточный колибри,

шилохохлый колибри,

пятнистый леуциппус,

бенджаминов колибри…

– Казуар, спасибо, мы поняли. Можно кое-что спросить? Расскажи, например, какого размера самый маленький и самый большой колибри.

– Так и быть, галстучник, расскажу. Самый маленький – чуть больше пяти сантиметров, а самый большой – около двадцати. Но я бы хотел закончить свой список.

Ещё в семейство колибри входят:

пилоклювый рамфодон,

орлиноклювый колибри,

колибри-мечеклюв,

колибри-шилонос,

зеленошапочный бриллиант…

– Казуар, ты бы лучше рассказал, что они едят.

– Всему своё время, беломордый дельфин.

– Но…

– Ладно. Если коротко, они питаются цветочным нектаром.

– Только нектаром?

– Да, только нектаром. И поскольку на то, чтобы летать, уходит много энергии, есть они вынуждены постоянно. Полетал – поел, полетал – поел.

На чём я остановился? Ах да:

вымпелохвостый колибри,

горный колибри,

трёхцветный селасфорус,

дориха,

колибри-ракетохвост,

колибри-пчёлка,

сверкающий люцифер,

исполинский колибри…

– Казуар, минуточку. Ты сказал, что колибри здорово умеют летать. Что конкретно ты имеешь в виду? Они могут подниматься на большую высоту, или летать очень быстро, или долго не приземляться?

– Отвечу тебе, полосатый листолаз. Они умеют взмывать вертикально вверх и отвесно падать вниз, летать не только вперёд, но и задним ходом. Они даже способны зависать в воздухе, как мухи-журчалки: журчалка цветочная, журчалка разноцветная, журчалка мармеладная…

– Да-да, мы поняли, но зачем колибри застывать на одном месте?

– Я бы хотел закончить свой список, но, так и быть, скажу. Они зависают у цветка, чтобы высосать из него нектар, понимаешь? Так, посмотрим, исполинского колибри я уже назвал… э-э… ах да:

рыжебородый солнечный колибри,

андский цветноголов,

пёстрый колибри,

шлемоносная горная нимфа…

– Погоди, это твоя родственница?

– Ты о чём, пятнистая гиена?

– Ну, ты ведь шлемоносный казуар, а она шлемоносная горная нимфа.

– Да, но это ещё не значит, что мы родня. В природе есть и шлемоносная квакша – такая лягушка, и ящерица по имени шлемоносный василиск, и даже шлемоносный ятрышник – это вообще трава. Ты ведь не думаешь, что меня с травой связывают семейные узы?

– Нет, но кто знает – у всех у вас названия со «шлемом».

– Так и ты, пятнистая гиена, тоже не родня пятнистому леуциппусу, которого я называл выше?

– Э… вроде нет.

– А беломордый дельфин – беломордому оленю?

– Вы обо мне?

– Дельфин, ты ведь не родственник беломордому оленю?

– Ни в коем случае, шлемоносный казуар.

– Ну вот, тогда продолжим.

– Постой, а как эти птицы высасывают нектар из цветов? У них что, в клюве соломинка? А может, бывают колибри-пыльцесосы?

– Ха-ха-ха, да полосатый листолаз настоящий шутник!

– Помолчите, морские рачки, нехорошо смеяться над казуаром.

– А мы над ним и не смеёмся, сипуха, нам просто понравилась шутка листолаза.

– Вообще-то колибри не высасывают нектар, а вылизывают.

– Точно?

– Ну да. У них длинный раздвоенный язычок с волосками, и им они прямо в полёте вылизывают нектар из цветка.

– Спасибо, казуар, зачитывай дальше свой список. Мух-журчалок можешь пропустить.

– Ха-ха-ха-ха-ха-ха!

– Тс-с-с, народ, сосредоточьтесь. Продолжай, казуар, и не обращай внимания на морских рачков.

– Спасибо, сипуха. Ещё существуют:

короткохвостый колибри,

бурмейстеров колибри,

пламенный колибри,

черноспинный короткоклювый колибри,

бронзовоспинный колибри,

хохлатый колибри,

лесная нимфа,

горная нимфа…

– Ты кое-что забыл.

– Что же, лесной нетопырь?

– Сказать «колибри». Лесная нифма, горная нимфа – они разве не колибри?

– Ах вот ты о чём! Ну конечно тоже. Помнишь, я называл дориху, андского цветноголова, сверкающего люцифера? Так уж сложилось, что не у всех птиц этого семейства есть в названии слово «колибри».

– Что ж, казуар, с нас, пожалуй, хватит. Но мы с удовольствием тебя послушали.

– «Мы» – это все животные?

– Да, «мы» – это все животные.

– И колибри тоже?

– Да, нам, колибри, тоже очень понравилось. Спасибо, казуар.

– Пожалуйста, дорогие животные, я тронут вашими аплодисментами. Если я всё-таки забыл упомянуть какой-то вид (кажется, от моего внимания ускользнул белохохлый солнечный луч), то напишу вам, как только вспомню.

– Не нужно, казуар, не утруждай себя. И мы попробуем удержать всё в памяти.

– Прекрасно! Мой доклад о колибри завершён.

12

– Привет! Я обезьяна-ревун, и сегодня я расскажу вам о единороге

Единорог огромный, как слон.

Тяжёлый, как бизон.

Белый, как льдина.

Жестокий, как пираньи Амазонки.

Это зверь с оружием на голове.

Нападая, он галопом несётся на врага – медведя, льва или кита – и своим рогом протыкает у него в животе дырищу величиной с кокосовый орех. Да-да, он может напасть и на кита, ведь единорог умеет плавать. Переберётся хоть через океан. Он способен и лазать по деревьям, и рыть туннели под землёй.

Спит он на облаках – днём, но иногда и ночью, когда устаёт сражаться с тиграми и волками. Или парить над волнами.

Единорог любит острова. Он запросто может доплыть от Австралии до Огненной Земли или от Сабы до Сент-Китса, а оттуда до Комодо, где живут вараны. С вараном ему справиться – раз плюнуть, ведь варан, в отличие от единорога, умом не блещет.

Однажды сижу я себе на дереве, а тут мимо пролетает единорог. Даже два: они вместе путешествовали по небу.