Татарские народные сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

– Где, сынок, так долго ходил?

– Ходил, бабушка, богачам служил. Кошка моя умерла. Погоревал я да снова в ваши края подался. Что в вашем городе слышно?

– А у нас дочь падишаха опять пропадала, долго ее искали да снова нашли.

– Откуда, бабушка, ты все знаешь?

– Девушка бедная по соседству живет, так она прислугой у дочери падишаха работает. Вот она мне и рассказала.

– Она во дворце живет или домой приходит?

– Приходит, сынок, приходит.

– Нельзя ли мне с ней повидаться?

– Почему же нельзя? Можно.

Вот приходит девушка вечером домой, а старушка зовет ее к себе, будто за делом. Входит бедная девушка, видит: джигит сидит, собой хорош, лицом пригож. Влюбилась она тут же.

– Помоги мне, – просит джигит.

– Всем, чем могу, тебе помогу, – отвечает девушка.

– Только смотри, не проговорись никому.

– Ладно, рассказывай.

– Дам я тебе три красные ягоды. Как-нибудь положи их своей госпоже. А что потом будет, сама увидишь.

Так девушка и сделала. Принесла утром те ягоды в спальню дочери падишаха и положила на стол. Проснулась та – на столе ягоды лежат. Красивые, спелые. Никогда таких ягод она раньше не видела! Спрыгнула с кровати, раз – и съела ягодки. Только съела, на голове рога полезли, хвост вырос, а сама вся густой шерстью покрылась.

Придворные увидали – из дворца убежали. Падишаху доложили, что до такой беды дожили: была, мол, у тебя дочь, а теперь шайтан{30} с рогами, даже говорить разучилась.

Испугался падишах. Всех визирей созвал, тайну волшебства разгадать приказал.

Каких только докторов не пригоняли да профессоров разных! Иные пробовали рога те пилить, да только спилят их – рога снова растут. Со всего света шептунов, колдунов и знахарей собрали. Только никто из них помочь не может. Даже та колдунья бессильной оказалась. Падишах велел ей голову отрубить.

Прослышала на базаре про все старушка, у которой джигит остановился, рассказала ему:

– Ой-ой-ой, какое горе, сынок. Говорят, у дочери нашего падишаха рога выросли, а сама она вся будто шерстью покрылась. Чисто зверь какой…

– Пойди, бабушка, скажи падишаху: ко мне, мол, приехал лекарь один. Он-де от всех болезней лекарства знает. Я сам ее лечить буду.

Сказано – сделано.

Пришла старушка к падишаху. Так и так, мол, лекарь приехал, от всех болезней средства знает. Сел падишах в карету и быстрей к лекарю.

– Ты можешь вылечить дочь мою? – спрашивает.

– Только мне посмотреть ее надобно, – отвечает джигит.

Привозит падишах лекаря во дворец. Лекарь и говорит:

– Надо, чтобы во дворце никого не осталось.

Ушли все из дворца, только дочь падишаха в зверином обличье да лекарь остались. Тут джигит и начал свою жену, изменницу, палкой охаживать. А потом дал одну ягодку – ту, которая не совсем спелая, у нее рога и пропали.

Упала она на колени, стала умолять:

– Дай мне, пожалуйста, тех ягод…

– Верни мое волшебное кольцо, тогда еще ягод получишь.

– Вон в сундуке шкатулка есть. В той шкатулке кольцо лежит. Бери.

Джигит берет кольцо, жене ягоды протягивает. Та съела и обрела свой прежний облик.

– Эх ты, негодница, – говорит ей, – сколько ты мне горя принесла!

А тут падишах со своими приближенными явился. Смотрит, дочь его снова красавицей стала.

– Все что хочешь проси, – предлагает падишах, – все дам!

– Нет, мой падишах, ничего мне не надо, – сказал джигит и, отказавшись от награды, ушел из дворца. Уходя, успел шепнуть визирю Хайбулле:

– Ты тоже уходи, сейчас этого дворца не будет.

Хайбулла так и сделал: ушел вместе со своей семьей.

А джигит надел кольцо на большой палец и велел джиннам да пэри поднять падишахский дворец да бросить в море. Те так и сделали.

Обрадовался народ, что злого падишаха больше нет. Стали люди просить джигита стать их падишахом. Тот отказался. Стал править страной умный и добрый человек из бедных. А джигит взял себе в жены ту девушку, которая помогла ему.

…Там сейчас пир горой. Все столы уставлены едой. Вино льется рекой. Я не смог попасть на свадьбу, опоздал.

Зипун-невидимка

В давние-предавние времена сына одного бедного крестьянина в солдаты забрали. Семнадцать лет ему было в ту пору. Три года надо было пешком идти, двадцать пять лет служитъ. Вышел он в путь. В каждом доме расспрашивал, кормился, так и шел.

Останавливается как-то на квартире у одного старика. Говорит ему старик:

– Не иди ты пешком, не мучайся, я тебя потом за два часа доставлю, а лучше послужи у меня один годик.

Поверил джигит старику и пошел к нему на службу. Поработал год. У старика того был черный жеребец, за ним и ухаживал. Джигиту в конюшню не надо было ходить: нажмет раз на кнопку – сено подается, еще раз нажмет – овес насыпается, еще раз нажмет – вода наливается, пойло готовится, еще раз на одну кнопку нажмет – навоз очищается.

Так прошел год. Через год парень идет к старику:

– Дед, мне отправляться надо.

Расчета просит. Старик пошел к лошади и спрашивает:

– Хорошо ли ухаживал за тобой?

– Нет, – отвечает конь, – один раз забыл корм дать.

Джигит-то однажды проспал и на кнопки не нажал.

– За конем толком не ухаживал, сынок, придется тебе еще на год остаться, – сказал старик.

Еще год служит джигит старику. Уж в этом году ни разу он не проспал, хорошо присматривал за конем.

Как год исполнился, старик снова пошел к коню и снова спросил его. Конь отвечает:

– В этом году хорошо ухаживал он за мной.

Старик и говорит:

– Вот, сынок, тебе старый зипун, старая шапка, свисток, старые валенки, сабля. В свисток свистнешь – появится этот конь. Шапку с зипуном наденешь – станешь невидимкой. Валенки обуешь – шаг шагнешь – сто верст пройдешь. А сабля эта за сорок верст всех наповал косит.

Обул джигит валенки и попробовал: шагнул раз – сто верст позади. За два часа добрался он до падишаха. Тот его на один год в карантин отправил, потому что на год раньше положенного прибыл.

А у падишаха этого дочь была. Она, говорят, за один день сорок пар ботинок изнашивала. Чтобы узнать, где это она сорок пар ботинок изнашивает, к ней часового приставляли. Через год заступает на пост этот джигит. Заступил он на пост, а сам лег и тут же уснул. Думает падишахова дочь: «Ха, сразу же уснул». Взяла сорок пар ботинок и ушла.

Как только она ушла, джигит тут же проснулся. Просыпается он, надевает свою одежду и идет искать беглянку. Сто верст