О политике, кулинарии и литературе - Джордж Оруэлл

Систематически осмеивается то, что считают британскими обычаями и манерами – это происходит на театральных подмостках, под рубрикой «юмор» в газетах и в дешевых журналах. Типичного англичанина представляют этаким великосветским болваном, обладающим титулом и имеющим привычку говорить «ха-ха»…

В эту легенду верят даже относительно ответственные американцы, например старый добрый романист Теодор Драйзер, который в одной публичной речи заметил, что «британцы – это катающиеся на лошадях аристократические снобы». (Сорок шесть миллионов катающихся верхом снобов!)

Эти настроения проникли и в американский кинематограф: англичанину почти никогда не позволяют играть положительного героя, так же как негру позволяют играть только комические роли. Однако до Перл-Харбора у американской киноиндустрии было соглашение с японским правительством – никогда не выставлять японцев в невыгодном свете!

Я не виню американцев за все это.

Антибританская пресса пользуется поддержкой мощных деловых групп, а кроме того, между нами случались распри, в которых британцы не всегда были правы. Что же касается распространения в народе антибританских настроений, то мы сами навлекли их на себя, отправляя в Америку наших худших представителей.

Но вот что я хочу подчеркнуть: эти антибританские настроения в США очень сильны, а британская пресса постоянно терпит неудачу в попытках привлечь к ним внимание. В Англии никогда не было того, что можно было бы назвать антиамериканской прессой, а с началом войны последовал твердый отказ от ответа на критику, была введена аккуратная цензура на радио, чтобы удалять все, против чего могут возразить американцы. В результате многие англичане не понимают, как к ним относятся, и испытывают потрясение, когда узнают.

3. Солдатское жалование.

– Прошло уже почти два года с тех пор, как в нашу страну начали прибывать американские войска, но я редко видел вместе британских и американских солдат. Вполне очевидной и главной причиной является разница в жаловании. Невозможно иметь тесных и дружеских отношений с человеком, чей доход в пять раз больше твоего. Финансово вся американская армия относится к среднему классу. На фронте это может не иметь значения, но в учебных лагерях никакое братство между британскими и американскими солдатами невозможно. Если вы не хотите дружеских отношений между британской и американской армиями, то так тому и быть. Но если вы этого хотите, то надо либо платить британскому солдату десять шиллингов в день, либо избыток платы американского солдата зачислять на счет какого-нибудь банка в Америке. Не мне судить, какой из этих вариантов было бы правильнее выбрать.

Один из способов чувствовать себя непогрешимым – это не вести дневник.

Просматривая дневник, который я вел в 1940 и 1941 году, я обнаружил, что обычно ошибался во всех случаях, когда можно было ошибиться. Но все же мои ошибки были не так серьезны, как ошибки военных экспертов.

Эксперты самых разных направлений утверждали в 1939 году, что линия Мажино неприступна и что русско-германский пакт положит конец гитлеровской экспансии на Восток. В начале 1940 года нам говорили, что эпоха танковой войны осталась в прошлом; в середине 1940 года нам говорили, что немцы вот-вот вторгнутся в Британию; в середине 1941 года говорили, что Красная Армия будет разгромлена в течение шести недель; в декабре 1941 года те же эксперты утверждали, что Япония рухнет через девяносто дней; в июле 1942 года нас уверяли, что мы потеряли Египет – и так далее, почти до бесконечности.

Где теперь все те люди, которые нам все это рассказывали? Они по-прежнему на той же службе и получают вполне солидное жалованье. Вместо непотопляемых линкоров у нас есть непотопляемые военные эксперты.

В наши дни, чтобы испытывать чувство эйфории, воспринимая политические новости, надо иметь память примитивного животного. Люди, которые громче всех кричат и возмущаются по поводу освобождения Мосли, были лидерами мирно усопшего «Народного конвента», который во время ареста Мосли проводил кампанию за прекращение войны, кампанию, неотличимую от кампаний Мосли.

Лично я знаю кружок женщин-вязальщиц, которые собрались для того, чтобы вязать теплые вещи для финнов, а два года спустя они, не испытывая никаких противоречий и сомнений, довязали все оставшиеся у них на руках вещи и отослали их русским.

В начале 1942 года один мой друг купил мороженую рыбу, завернутую в обрывок газеты 1940 года. На одной стороне была статья о том, что в Красной Армии все плохо, а на другой восхваляли доблестного моряка и хорошо известного англофила адмирала Дарлана. Но любимой в этом ряду публикаций стала передовая статья в Daily Express, которая через несколько дней после вступления СССР в войну начиналась так: «Наша газета всегда выступала за хорошие отношения между Британией и Советской Россией».

Книги существенно подорожали, как, впрочем, и все остальное, но на днях я купил «Словарь классики» Ламприера, своего рода «Кто есть кто» античности всего за шесть пенсов. Открыв книгу наугад, я наткнулся на биографию Лаис, знаменитой куртизанки, дочери любовницы Алкивиада:

«Она первая начала продавать свои любовные услуги в Коринфе за десять тысяч драхм, и засвидетельствовать восхищение ее чарам спешили князья, аристократы, философы, ораторы и простолюдины… Демосфен посетил Коринф только ради Лаис, но, узнав, что пропуск в ее постель стоит огромную сумму – примерно двести фунтов на английские деньги, – оратор отбыл восвояси, заметив, что не станет покупать будущее раскаяние по такой дорогой цене… Она высмеивала аскетизм философов и слабоволие тех, кто притворялся, будто смог обуздать свои страсти, она утверждала, что мудрецы и философы были не выше всего прочего рода людского, ибо они толкались у ее дверей столь же часто, как и прочие афиняне».

И так далее в том же духе. Финал истории вполне нравоучительный… Ибо «другие женщины, ревнуя к ее красоте, убили ее в храме Афродиты в 340 году до н. э.». Было это две тысячи двести восемьдесят три года назад. Интересно, сколько персонажей из «Кто есть кто» удостоятся чести быть упомянутыми в 4226 году н. э.?

Как мне угодно

«Трибьюн», 17 марта 1944 года

Поскольку у меня нет никаких шансов привести в исполнение мои декреты, но с тем же авторитетом, как у большинства «правительств» в изгнании, укрывшихся в разных частях мира, я выношу смертный приговор следующим словам и выражениям:

Ахиллесова пята, грубое давление, стоглавая гидра, жестокое обращение, удар в спину, мелкая буржуазия, гниющий труп, ликвидировать, железная пята, кровавые угнетатели, циничное предательство, прислужник, лакеи, бешеный пес, шакал, гиена, кровавая баня.

Несомненно, этот список придется время от