Отпечатки - Антон Вадимович Мамон

– Ты поймал его? – Рита не скрывала волнения.

– Да.

– Где он сейчас? Что с ним?

– Рит, давай я тебе с утра все расскажу… – Денис болезненно зажмурился, не желая видеть жену в истерике.

– Я так и знала, что он умрет. Чувствовала. У тебя теперь проблемы?

– Нет, – облегченно выдохнул Симонов. – Ребята из отдела приехали сразу, оформили все как нужно. Оказал сопротивление при задержании, покушался на жизнь сотрудника полиции. С меня взятки гладки.

– Слава богу, – после небольшой паузы выдала Рита. – Значит, это реально он сделал. Не могу поверить. Он не был хорошим человеком, но убить собственных детей…

– Так, милая, с твоим воображением о таком думать опасно. Давай-ка в постельку.

Почистив зубы и умывшись ледяной водой, Денис отправился в спальню и лег к жене в кровать, осторожно обнял ее со спины. Рита промычала что-то нечленораздельное и поцеловала руку мужа. Мгновением позже оба провалились в сон, но одному из них пришлось вскоре подняться.

Трель дверного звонка не унималась. Симонов спешно натянул трико и подошел к двери. Звонок повторился. Мужчина посмотрел в глазок. На лестничной клетке стояла Князева.

– Ты в своем уме? – Хозяин квартиры едва сдержался, чтобы не перейти на мат.

– Кофе нальешь? – как ни в чем не бывало спросила Яна. – Разговор есть. Срочный!

Ранняя пташка едва ли не силой проникла в чужое жилище. Она по-свойски прошла на кухню и поставила чайник. Денис явился следом и прикрыл за собой дверь. В его взгляде читалось неприкрытое раздражение.

– Что там такого срочного, что не дождалось полудня?

– Слушай, я знаю, это прозвучит как бред сумасшедшего, но я считаю, что кто-то открыл охоту на баторских…

– На кого? – скривился, недоумевая, Денис.

– На нас, ребят, выросших в детском доме. Я пока не понимаю мотивов, но вижу закономерности, которые нельзя игнорировать. Убийство в доме Васильева – калька убийства в доме Калинина. Они были друзьями не разлей вода. Всегда вместе.

– Может, и убивали вместе? – Симонов насыпал в кружку растворимого кофе.

– Исключено. Они же сами детдомовские, никогда бы не обидели детей. Тем более своих. У нас не так много принципов, но это – один из них. Поверь, я знаю, о чем говорю.

– Наслышан. Но все не догоняю, чего ты так впрягаешься за этих маргиналов? Что Васильев, что, уверен, этот Калинин… Одного поля ягоды: алкаши и дебоширы, которые за бутылку были готовы на все.

– Нас многое связывает. Тебе не понять.

– Ну, что? Что, к примеру, связывает мою Риту с Калининым? – явно злился Денис. – Ходили по одним коридорам в детстве? Играли в одной песочнице?

Яна открыла рот, чтобы ответить, но тут же осеклась. Ее воспоминания могли страшно не понравиться супругу Риты. Да и раскрывать чужие секреты она не смела. Даже в интересах следствия. Князева попыталась выбросить из головы образы двух подростков, но было слишком поздно. Ее вновь накрыло девятибалльной волной из прошлого…

…Яна бегала по этажу в поисках Риты. Сердце ее недобро стучало: не могла подруга пропасть вот так, посреди белого дня, после того как они договорились встретиться на их месте, возле кабинета завхоза. В очередной раз проходя мимо комнаты с инструментами, Соколова услышала шорохи и смешки. Она осторожно приоткрыла дверь и заглянула внутрь. В полумраке склада, прижавшись к стенке, стояли двое: Рита и… судя по копне рыжих волос и росту, Калинин. Они страстно целовались, не замечая гостьи. В какой-то момент подруга открыла глаза и, нисколько не смутившись, жестом попросила уйти. Яна так и сделала. Вернулась в их с Ритой спальню, улеглась на свою заправленную кровать и воткнула наушники.

Носова явилась пару минут спустя. Она осторожно села на край скрипучей койки и ущипнула соседку за икру. Та не отреагировала. Лишь прибавила громкости в плеере, и мотивы тяжелого рока сделались отчетливее.

– Хватит дуться, вредина! – улыбнулась Рита. – На что ты вообще обиделась?

– Он тебя не достоин, – не снимая наушников, громко произнесла Яна.

Подруга потянула за провода, и Соколова остановила музыку.

– Прекращай вести себя как ребенок.

– Хочу и буду, – отвернувшись в окно, бросила Яна.

– Злой котик, уличный. – Рита насильно обняла названую сестру. – Ну, заканчивай!

– Если он тебя обидит, клянусь, я его урою! Вот увидишь, урою!

– Во-первых, не обидит, а во-вторых, я могу за себя постоять. Всегда могла, помни…

…Яна дважды моргнула, когда на стол перед ней приземлилась чашка черного как смоль кофе.

– Ответа я не дождусь, понятно, – будто сам себе заметил Денис.

– Прости, задумалась. А какой был вопрос?

– Яна? Ты чего тут делаешь? – На кухню вошла заспанная Рита в шелковом халатике.

– Да так, болтаем.

– В шесть утра? – Рита покосилась на подругу с недоверием. – О чем?

– О Жеке Калинине. Помнишь такого?

Будущая мама побледнела как полотно и засуетилась, наливая себе чай.

– Не помню. А должна?

– Ну вы вроде как дружили…

Рита просыпала сахар и закашлялась, а Яна почувствовала себя крайне неловко.

– Котенок, я в душ. Приготовишь завтрак и проводишь Яну? Я скоро.

– Конечно. Два яйца?

– Три! – донеслось из-за закрытой двери ванной. – С сыром!

Денис осуждающе посмотрел на коллегу и загремел посудой.

– Да что? – недоумевала Князева.

– Совесть имей. Она на сносях. Ей нельзя волноваться.

– Просто спросила.

Денис достал из холодильника яйца, разбил их в плошку и начал нервно взбивать вилкой.

– Ладно, понял – не дурак, – вздохнула Яна. – Слушай, я оставлю тебя в покое. Только можешь сначала провести меня в квартиру Васильевых?

Денис, пораженный наглостью, замер со столовым прибором в руках.

– А еще чего? Может, сразу добыть тебе секретные папки из архивов КГБ?

– Десять минут, мне больше не понадобится, серьезно!

– И ты отстанешь от меня раз и навсегда?

– Даю слово.

Часом позже напарники поневоле переступили порог нехорошей квартиры. Яна осмотрелась и достала мобильный для снимков. Неспешно прогуливаясь по душной хрущевке, она снимала и записывала на видео как можно больше. Ее интересовала каждая деталь.

– Все, можем идти? – предложил Денис, дождавшись, когда Яна уберет телефон обратно в карман куртки.

– А знаешь, что странно?

– Что? – Симонов не скрывал скепсиса.

– На теле у Алисы места живого не было. Десятки колото-резаных, а детей умертвили быстро, без лишних страданий.

– И что это доказывает?

– Просто подозрение. У Калинина ведь было примерно так же, даже расположение тел. Почерк серийника?

– Или просто совпадение. Пьянки и поножовщина – считай, синонимы.

– Есть еще кое-что, – потирая подбородок, выдала Яна.

– Не томи же, – усмехнулся Симонов.

– Чердак. Обратил на него внимание? Он напротив входной двери, а замок сорван. Настоящий убийца мог засесть там и дожидаться