Я убиваю убийц - С. Т. Эшман

— Что насчёт отпечатков на шприцах и на ручке двери фургона? — спросил Лиам, глядя на Хизер. — Удалось кого-то опознать?

— Нет. Только отпечатки Харриса. Вторая пара — неидентифицирована.

Плечи Лиама опустились — тяжесть бессилия давила, пока он смотрел на доску с уликами. Жуткое место преступления, словно сцена из фильма Пила, не дало ни ДНК, кроме неопознанных отпечатков, ни следов — только следы сапог самого сантехника. Причём его ботинки до сих пор не нашли, несмотря на недельные поиски с кинологами. И вдобавок ко всему, всё указывало на наркопреступление. Вот только...

— Ни один картель или банда, с которыми я сталкивался, так не работает, — сказал Лиам, скрестив руки. — Им плевать на ведра Fixx или стирание следов. Наёмник обойдётся дешевле пятидесяти баксов там, где они вербуют в Мексике. Картели шлют мясников, а не мистера Брукса.

— Это ты из своего многолетнего опыта работы с наркоделами? — усмехнулся Ковбой.

— Итак, — громко выдохнул Тони, — всё, что у нас есть — это, возможно, “фирменная работа” несуществующего серийного убийцы. И всё. Пустая трата грёбаного времени.

Слова Тони оставили у Лиама во рту горький привкус — потому что он был прав. Но нечто внутри не давало ему покоя. То же самое чувство, что всегда помогало ему распутывать дела. То же, что он ощутил в последнюю ночь, когда Сара сказала ему «люблю» — за день до того, как он узнал об измене.

Это было подозрение. Пресловутое шестое чувство, что сейчас шептало: в этом деле есть нечто большее, чем просто наркотики.

И он не мог его игнорировать.

— Если следовать логике, у нас может не быть вообще никакой общей подписи, — сказал Ларсен. — Повреждение головы может оказаться простым совпадением и не иметь никакого отношения к убийству Саманты Хейден. Наши ребята в Мэне сообщили, что связывают её смерть с серийным убийцей по прозвищу Колледжный Похититель. Как следует из названия, он похищает и убивает студенток колледжей, а не наркозависимых сантехников. Все имеющиеся у нас улики однозначно указывают на то, что Грег Харрис — просто несчастный наркоман, который нарвался не на тех людей.

— Колледжный Похититель до сих пор на свободе, насколько мне известно, — возразил Лиам. — Да, Харрис на первый взгляд не соответствует его профилю, но кто знает, чем руководствуются эти психи. Может, он убил Харриса из мести. Я бы с удовольствием съездил к нашим ребятам в Мэйн и пересмотрел материалы.

Лоб Ларсена нахмурился:

— Прости, Рихтер. Но если мы не найдём более серьёзную связь между Харрисом и Колледжным Похитителем, я не смогу выбить у МакКорта разрешение. Нет подозреваемых. Нет отпечатков. Нет ДНК. Нет телефона. Позвонить в Мэйн ты можешь, но поездка исключена при нынешнем положении. У нас и так нехватка людей, а Хизер завязла по уши в деле о заражённой воде в Ньюкасле. А если этот отравитель, сукин сын, уйдёт от наказания — нас не спасёт даже сам Иисус перед МакКортом.

— И где мы теперь стоим? — спросил Тони. — Это наркопреступление, — он выразительно взглянул на Ковбоя, — или всё-таки юрисдикция BAU?

— Ну, наркотики на месте преступления и в крови жертвы… Значит, наркопреступление, — с самодовольной ухмылкой вставил Ковбой.

— Там, где решит МакКорт — после разговора с матерью Харриса, — сказал Ларсен, проигнорировав Ковбоя. — Мы её опознали и нашли.

В комнате повисла тишина, плотная, как туман.

— Господи… — пробормотала Хизер. — Официально отказываюсь идти туда.

— Я не числюсь в этом подразделении, — тут же заявил Ковбой.

— Прекрасно. Но один я туда точно не пойду, — сказал Тони. — Лицо… просверлено… Это слишком для одного агента.

Лиам кивнул:

— Пойду с тобой.

— Хорошо, — кивнул Ларсен, выпрямляя стопку бумаг и поднимаясь. Он едва ли был выше метра шестидесяти пяти. — Ну, если ничего нового не всплывёт, думаю, поговорим с матерью — а дальше МакКорт передаст дело…

Голос Ларсена замер на полуслове, когда Ковбой начал стучать двумя указательными пальцами по краю стола, как будто находился на концерте AC/DC. Ларсен метнул в него убийственный взгляд.

— Прости, — пробормотал Ковбой, словно испуганный школьник. — Я просто… увлёкся моментом.

— Обсудим всё это завтра, — холодно отрезал Ларсен и направился к двери.

Тони и Хизер тоже встали, но Лиам откинулся в кресле, не отрывая взгляда от фотографии женщины на заднем сиденье Lyft.

— Эта женщина, — сказал он, останавливая всех на полпути к выходу. — Дай угадаю: она попросила высадить её в парке или на перекрёстке? Где нет точного адреса?

Так обычно поступали более сообразительные наркозависимые, чтобы их нельзя было отследить.

Ковбой, Тони и Хизер начали перелистывать бумаги. Поскольку допрос водителя проводил сам Ларсен, Лиам просто посмотрел прямо на него, не пытаясь найти отчёт в папке.

— Не… совсем, — признался Ларсен. Все взгляды устремились на него.

— Тогда где? — спросил Тони.

— В центре Бостона, — ответил Ларсен.

— Центр? Где именно? — уточнила Хизер.

— Не то чтобы это много значит, — сказал Ларсен, делая паузу, — но её высадили у Бостонского симфонического зала.

Хизер, Лиам и Тони обменялись озадаченными взглядами, а губы Ковбоя скривились в усмешке:

— На, блин, концерт виолончелистов?

— Она зашла внутрь? — спросила Хизер с удивлённым выражением лица.

Ларсен нахмурился:

— Да. Но мы не знаем, зачем и как надолго. Может, просто зашла в туалет, чтобы уколоться — в больших городах такое не в новинку.

Лиам поднял бровь. Из всех возможных мест, куда могла поехать эта женщина, симфонический зал казался… странным.

Тони пожал плечами, признавая, что это звучит странно, но вряд ли что-то изменит:

— Может, ей просто нравится ловить кайф под Моцарта. Помните того бомжа с Восьмой улицы, который кололся каждую ночь в бургерной, потому что ему нравился запах жареного мяса? Владельцу пришлось поставить в туалете синие лампы, чтобы он больше не приходил.

— Почему синие? — удивилась Хизер.

— В синем свете они не могут найти вены, — сказал Ковбой, постукивая по локтевому сгибу.

— А что, если она там работает? — сказал Лиам. — Или встречалась с кем-то?

— Прости, Рихтер, — ответил Ларсен. — Я уже проверил. Ни одна женщина, подходящая под описание, там не работает. Никто её не помнит. Всё, что у нас есть, — это слова водителя, который в зеркале заднего вида видел, как она вошла внутрь после высадки.

— Чёрт, — пробормотал Лиам. Ещё один тупик.

— Завтра в то же время, — бросил Ларсен и уже почти вышел из комнаты, когда Лиам снова его остановил:

— Я бы хотел всё-таки проверить это место. На всякий случай.

Брови Ларсена сдвинулись. Может, он и прав — скорее всего, это будет пустая трата времени. Но… чёрт подери, Бостонский симфонический