Демон Рида - Ирина Тис

– После лекций мне нужно будет доехать до полицейского участка. – Сообщаю Розе свои планы, так как просто молчать уже неинтересно.

– Ты и ее трахаешь? Да?

Бинго. Истерика. Слезы. Ревность.

Совершенно несвязанная информация про участок и секс с практиканткой. Глаза Розы становятся влажными и начинают блестеть. Сдерживайся, милая, я не хочу на это смотреть.

– Нет. Я не сплю с мисс Петерсон.

По крайней мере, пока. Уточни завтра актуальность этой информации.

Роза быстро встает с кресла, отчего то откатывается и ударяется о шкаф. Она подходит ко мне, я вижу ее метание, она думает: мои колени или стол. Куда ей нужно присесть. Я бы рекомендовал стол или никуда. Не хочется смотреть в твои заплаканные глаза с такого близкого расстояния. Но Роза выбирает третий вариант.

Она закрывает кабинет.

Вот чего ты хочешь? Ты хочешь думать, что ты та женщина, к которой я буду возвращаться всегда. Ты хочешь, чтобы только с тобой я кончал. Ты хочешь быть желанной? Но мне это неинтересно, Роза. Ты, безусловно, привлекательна, ты опытна. Но я никогда не дам тебе то, что тебе нужно. Более того, мы уже поднимали эту тему, и ты сама говорила, что это «просто секс».

Она возвращается и присаживается на стол. Угадайте зачем? Роза немного раздвигает ноги, показывая свою выбритую промежность без белья. Возбуждает ли это меня? Возможно. Глаза, в которых сейчас мольба и неуверенность, возбуждают больше. Особенно когда они перестают блестеть от слез.

– Роза, я не дам тебе того, чего бы ты хотела. Ты хочешь, чтобы тебя любили. Но я не люблю. – Приходится ей напомнить очевидное.

Я даже не уважаю тебя. Ты знаешь, где был мой член несколько дней назад, и все равно раздвигаешь передо мной ноги. Ты все равно хочешь, чтобы я был в тебе, трахал тебя, кончал от тебя. Зачем тебе этот бег по кругу, чего ты хочешь?

– Бенджамин. – Немного дрожащий голос выдает твое волнение, милая. Ты боишься, что сейчас я поднимусь и выйду. Оставив тебя без оргазма и без надежды на то, что все может быть как раньше. Ты на коленях, а я в твоем кресле. – Прошу, не уходи. Последние дни были ужасны, мне нужно просто отвлечься. Я соскучилась по тебе.

Она хочет ответ, что я тоже скучал, как сопливый подросток, и дрочил в душе, думая о ней. Но проблема в том, что я не скучал и даже не думал. Мне все равно, спит ли она с мужем, есть ли в ее жизни другие мужчины – полное безразличие.

– Я задержусь.

Мы сможем провести это время с пользой для обоих. Я освобожусь от ее слезливых глаз, повернув спиной. Кончу, и это поможет мне сосредоточиться в течение дня. Что получит Роза? Мне все равно. Ровно то, чего хочет, и, скорее всего, даже не заслуживает. Но кто я такой? Чтобы судить ее.

Поднимаюсь с кресла и достаю презерватив из кармана брюк. Ты хотела, так получай.

– Надень его.

Я протягиваю ей шелестящую упаковку, а она игриво закусывает губу. Тебе повезло, милая Роза, что я ощущаю легкое возбуждение с тех пор, как узнал о Зодаке в городе. Иначе твои губы были бы на моем члене. И ты не закусывала бы их, думая, что это сексуально. Но сегодня мы можем обойтись без твоей восхитительно глубокой глотки.

Роза спрыгивает со стола и убирает длинные волосы от лица, закидывая их за спину. И опускается на свое место. На колени. От предвкушения сегодняшнего дня я возбуждаюсь сильнее. Оргазм как раз идеально вписывается в сегодня. И, признаться, не важно, ртом она мне его доставит или стенками влагалища.

Она умело расстегивает ремень и ширинку. Сколько раз ты уже стояла так?

Стягивает брюки с боксерами, но не спешит надевать презерватив и даже открывать упаковку. Я знаю, чего ты хочешь, думаешь, что так ты ощутишь власть надо мной? Нет, Роза. Я всегда контролирую процесс, я всегда контролирую желание. Как и степень проникновения в твой рот. Но раз ты так хочешь. Попробуй. И она пробует.

Поднимая взгляд на меня, раскрывает свой рот и кончиком языка обводит по головке. Нужно отдать тебе должное, сосешь ты хорошо. Я бы сказал, профессионально. Смотрю, как она проводит языком под членом, нарочно задевая кончиком мошонку, отчего я возбуждаюсь сильнее, и член немного дергается, ударяет по ее лицу, пока она приподняла его рукой и работала языком. Она чувствует, что яйца сжались, и я уверен, ощущает власть. Но она не знает, что я могу развернуться в любую секунду. Она заглатывает максимально глубоко, насколько умеет. Но мне нужно дальше. Роза ритмично двигает головой, каждый раз проводя языком по каждой выступающей венке и противно причмокивает. Стараюсь не слушать, а лишь только смотреть, как член проваливается в ее рот, и наслаждаться плотным кольцом губ, которые крепко сжимают ствол, образуя вакуум.

Молодец, милая. Но попробуем по-другому.

Кладу левую руку под подбородок и немного приподнимаю голову Розы, делаю угол проникновения иным. А второй рукой удерживаю затылок, фиксируя положение. Давно я не трахал твое горло максимально глубоко. Левой рукой ощущаю, как член проталкивается глубже задней стенки глотки и скользит в горло.

Да, так мне хорошо. Сжимай горло, милая.

Ей не нравится, я уверен. Она потеряла власть вместе с игривым минетом. Мне не нужно, чтобы ты вырисовывала языком выпирающие вены. Мне нужно так. Она упирается ладонями мне в бедра и пытается отстраниться. Нет, милая, дышать ты будешь потом. Толкаюсь сильнее, удерживая правой рукой затылок, а левой через стенки горла ощущаю собственный член. Это лучше любого языка, который вылизывает головку. Чувствовать себя глубоко. От того, что ей нечем дышать и, я уверен, такое давление вызывает рвотные рефлексы, она сжимает мышцы горла сильнее. И становится еще приятнее.

Давай, милая, да.

Я готов кончить только от выражения лица Розы и от тесноты. Ее немного запрокинутая голова и глаза, молящие о кислороде. Перестаю вдалбливаться в ее горло. Подыши. Вытаскиваю член из ее рта, а она ловит им воздух и ни слова не говорит против. Блестящий мокрый член нависает над ее лицом, и я намеренно берусь за основание и провожу от ее губ до щеки головкой, размазывая красную помаду сильнее. А она уже высовывает язык, пытаясь поймать обратно.

– Надевай.

Роза немного обиженно сжимает губы, но слушается,