Thornbird - Эль Кеннеди

На кухне мы находим Джей — Пи, переворачивающего блины на плите. Его лицо озаряется, когда мы входим.

— Ну, привет, Райан!

Я неловко улыбаюсь, всё ещё не совсем уверенная, как себя вести с отцом Эверетта, особенно после странного напряжения между ним и моей тётей. Но он такой дружелюбный, что трудно не ответить взаимностью.

— Привет. Спасибо, что пригласили.

Джей — Пи отмахивается, ставя тарелку с блинами на стол.

— Ты всегда здесь желанная гостья. И теперь, когда я знаю, что ты любишь собак, я рад, что ты познакомишься с нашей командой.

Прежде чем я успеваю ответить, лохматый пёс с большими карими глазами подбегает и тыкается носом мне в ногу. Я приседаю, чтобы погладить его, и Джей — Пи усмехается.

— Это Стив. Он весёлый мальчик.

— Я вижу, — говорю я, почесывая Стива за ушами, пока его хвост стучит по полу.

Эверетт садится напротив меня, берёт блин и поливает его сиропом.

Как только я начинаю расслабляться, атмосфера меняется. Никки входит в крошечной юбке и ещё более крошечном топе, её джинсовая куртка накинута на сумку, висящую на плече.

Её лицо искажается в раздражённой гримасе, как только она видит меня.

— Серьёзно? Теперь у нас подружки Эва заходят до семи утра? По крайней мере, у Софии хватало ума не появляться раньше восьми. — Она плюхается за стол и берёт вилку. Её ногти, как обычно, кроваво — красные.

Я чувствую, как краска заливает мою шею.

Джей — Пи бросает на неё предупреждающий взгляд.

— Будь вежлива.

Она сверлит отца взглядом.

— Как скажешь.

— Не обращай на неё внимания, Райан, — говорит он. — Она просто злая, потому что учитель математики заставляет её приходить в школу на час раньше всю неделю на дополнительные занятия.

— Чёртов мистер Рубен, — бормочет Никки.

Я выдавливаю слабую улыбку, но напряжение от язвительного комментария Никки остаётся. Я чувствую себя не на своём месте, хотя Эверетт и Джей — Пи стараются вовлечь меня в разговор. Стив снова тыкается носом в мою руку, и я машинально глажу его, пытаясь сосредоточиться на собаках, а не на угрюмом настроении Никки.

Когда мы заканчиваем завтракать, Джей — Пи откидывается на стуле и с надеждой смотрит на меня.

— Я знаю, что вчера уже предлагал тебе стать волонтёром в приюте, но если хочешь, у меня есть оплачиваемая должность на неполный день. Всего несколько часов в неделю, ничего слишком обременительного.

— Правда?

— Абсолютно. Подумай. Ты бы отлично справилась.

Эверетт подмигивает мне.

— Соглашайся. Сделай собак счастливыми.

Никки фыркает из — за стола.

— Боже, ты можешь быть хоть немного менее очевидным, Эв? Спойлер, Шипли: он хочет залезть к тебе в трусы.

— Заткнись, Никки, — резко бросает он, впервые теряя свой невозмутимый вид.

Джей — Пи хмурится.

— Всё, хватит. Никки, если ты не можешь быть вежливой, тебе незачем здесь сейчас находиться.

Она с визгом отодвигает стул.

— Как скажешь, — говорит она, топая к двери.

Я тоже отодвигаю свой стул.

— Мне пора.

— Нет... — начинает Эверетт, но я уже на ногах. Он вздыхает и тоже встаёт. — Я провожу тебя до дома.

— Тебе не нужно...

— Я хочу, — перебивает он, и мы направляемся обратно к тропе.

Какое — то время мы снова идём молча. Он слишком близко, и это не очень комфортно. А может, дело в том, что у него такие широкие плечи, что его тело почти касается моего.

Примерно на полпути к дому Шипли Эверетт искоса смотрит на меня и говорит:

— Вот в чём дело, Близнецы.

— Мне не нравится это прозвище.

— Да, нравится, — говорит он, и чёрт бы его побрал, он прав. Оно мне действительно нравится. — В общем, дело в том, что я прожил в этом городе всю жизнь. Я знаю всех. Буквально всех, и это не преувеличение. Ты представляешь, как это скучно — знать всех? — Он издаёт драматический стон, а затем одаривает меня игривой улыбкой. — Мне нужна новая кровь. Мне нужна ты.

Я смеюсь.

— То есть я для тебя всего лишь новая кровь? Развлечение?

— Не — а. Я шучу. Но ты кажешься крутой. С тобой легко. Я просто хочу узнать тебя получше.

Во мне застревает нежелание. Позволить ему узнать меня — худшее решение, которое я могла бы принять.

Но... может, ничего страшного не случится, если я узнаю его немного лучше.

— Твой отец мне очень нравится, — говорю я.

Он моргает от внезапной смены темы.

— Да? Он ничего, наверное.

— А что насчёт твоей мамы? Ваши родители в разводе?

Его улыбка не совсем исчезает, но ямочки — да.

— Она умерла, когда я был маленьким.

— О. Мне жаль.

— Спасибо, но это было давно. Моему отцу было нелегко растить нас одному. Ну, ты видела мою сестру. — Он сухо смеётся. — Но у нас всё хорошо. Ты тоже потеряла маму, да?

Моё горло сжимается, пока я подкармливаю его историей, которую придумала Мэгги.

— Она погибла в автокатастрофе.

— Чёрт. Это тяжело. Мне тоже жаль.

В его голосе слышится неподдельная искренность. Он не похож на типичного качка, популярного спортсмена, каких я знала в Аллентауне. Он кажется таким искренним, что я не могу не придвинуться к нему поближе. Эверетт замечает это, и на его лице появляется озорная улыбка.

— Так что мне нужно сделать, чтобы убедить тебя пойти со мной на свидание? Может, снять футболку, чтобы подсластить сделку?

У меня отвисает челюсть.

— О боже. Пожалуйста, не надо.

Он запрокидывает голову и смеётся, и я не могу сдержать улыбку, потому что этот парень не только симпатичный и приземлённый, но ещё и довольно забавный. Полный комплект. Неудивительно, что девушки сходят по нему с ума.

Я придвигаюсь еще ближе, облизываю губы, и он тоже подается вперед, повторяя мой жест. Он собирается меня поцеловать. От этой мысли у меня учащается пульс.

Но затем реальность обрушивается на меня, заставляя поспешно отступить. Я не могу этого сделать. Я не могу слишком сближаться ни с кем в Старлинге.

Я стараюсь говорить непринуждённо.

— Так, э — э, чем ты собираешься заниматься после выпуска?

Он прочищает горло, снова проводя рукой по волосам. Я начинаю замечать, что он делает это, когда неуверен в себе.

— Э — э, я? Поступаю в Алабаму. Ролл Тайд.

— Правда?

— Ага, полная стипендия за футбол, — говорит он со скромным пожиманием плеч. — А ты?

— Я не думаю, что колледж для меня. Я, наверное, буду путешествовать.

— Вернешься в Европу? — Он, кажется, очень заинтересован в этом. Во мне. Это такой приятный контраст с Марко,