Кровавые реки, мясные берега - Кристофер Триана

серость и тоска. Это было непохоже на страх, который она испытала сегодня при мысли, что Сестрена ее оставит. Непохоже и на невесть откуда пришедшую ярость, когда Эбби говорила Сестрене всякие плохие ругательные слова, особенно про трах. Она находила этот эпизод забавным, но отчасти и некрасивым, и злым.

Но Сестрена ведь хотела именно этого. Трахнуть своего нового парня. Эбби тоже помнила, как трахалась. Когда-то в ней был парень. Теперь она даже смогла вспомнить его имя – Дэвид. Мальчик из далекого прошлого, до перемен. То, что она вспомнила, показалось ей классным. Она не знала, почему Дэвид ушел. Эбби подозревала, что он разозлил Сестрену, только вот непонятно чем. Но она знала, что права. И вспомнила, что когда-то была куда лучше Сестрены. Ей напомнила об этом река.

И вообще о многом напомнила.

* * *

Разобраться с мотором оказалось несложно. Он сопротивлялся, но Лори все же завела его и направила лодку к пологому склону у берега. Когда они подплыли, она заглушила лодку. Они медленно, словно корабль-призрак, плыли сквозь красный ад, которым стал Бийц.

Лори до сих пор пыталась осознать происходящее. Легче было размышлять о том, что ее сестра совершила убийство, чем пытаться понять, что происходит в этом лесу. Как ни странно, убийство заставило ее вернуться к реальности.

Надо избавиться от тела. Она подумала, что Базза лучше бы похоронить, но тогда придется тащить тело в лес. Это опасная, тяжелая авантюра. Здесь слишком суровая местность. Но мысль о том, что он будет плавать с ними дальше, была невыносима. Лори не хотела, чтобы тело оставалось в лодке хоть одну лишнюю секунду.

К тому же она не понимала, как относится к спокойствию Эбби. В каком-то смысле хорошо, что она не впала в истерику: справиться легче. Но паника – хотя бы нормальная реакция (по крайней мере, для Эбби). А теперь она вела себя непривычно, и единственное, что осталось прежним, – сестра гладила кроличью лапку. Ну, хотя бы глаза снова стали как у людей. Все еще темные, но уже далеко не такие жуткие, как тогда, когда река стала кровавой. Лори пыталась убедить себя, что это всего лишь игра света, иллюзия, вызванная тем, что вода стала красной, но даже это покраснение было каким-то потусторонним. Она все с большим трудом верила собственным глазам.

Впереди лежал берег, покрытый черной грязью, – достаточно большой, чтобы причалить. Но Лори не хотела приближаться к нему. Хватило бы одного незамеченного камня, чтобы пробить днище, и тогда они навек застрянут в этих лесах, живя в кошмарном мире, который сами и создали. Если они смогут вывести лодку на мелководье, не придется беспокоиться, что их унесет течением. Даже если лодка опрокинется, когда они будут избавляться от тела Базза. Они пошли вдоль берега, за очередным изгибом вода стала спокойной. Лодка плавно поплыла по течению.

Лори посмотрела на сестру.

– Тебе надо будет мне помочь.

– Я пыталась.

– О чем ты говоришь?

– Я пыталась помочь, Сестрена. Но ты не захотела, чтобы я тебе помогала.

Лори вздохнула. Она была слишком уж на взводе, чтобы терпеть глупости Эбби.

– Эбби, просто помоги перекинуть Базза…

– Мы могли вместе пойти к маме и папе. Я предлагала именно это, помнишь?

По телу Лори пробежала болезненная дрожь.

– Эбби…

– Ты хочешь спихнуть Базза в воду.

Лори не нашлась с ответом. А когда открыла рот, смогла выдавить лишь невнятный лепет.

– Сестрене нравится сталкивать людей в воду. Она заставляет воду краснеть.

На глаза Лори навернулись слезы, а вот лицо Эбби оставалось непроницаемым. Она говорила все это без эмоций, словно диктовала адрес или номер телефона.

Много ли она помнит?

Даже если Эбби была не в состоянии собрать кусочки пазла и восстановить память, какое-то смутное представление у нее все-таки имелось. Она словно видела прошлое в маленькое окошко, открывшееся в сознании. После того падения она несколько дней пролежала в коме, а очнувшись, с трудом смогла назвать свое имя. Эбби ничего не помнила о падении, и Лори придумала историю про оборвавшуюся тарзанку. Она даже залезла на дерево, сорвала заплесневелую веревку (задача оказалась не из легких) и сбросила тарзанку туда, куда упала сестра. От ее крови водоем стал красным, как раскрывающаяся роза. Никто ни разу не усомнился в этой истории, и Эбби так и не вспомнила, как все было на самом деле.

Лори так и не смогла захоронить эти ужасы достаточно глубоко – они все равно всплывали в памяти, – но была уверена, что правду помнит только она. Пит умер, а Эбби после падения повредилась в уме, и никто не знал, какой ужас творила Лори. Это был ее личный ад, которым она делилась только в личных письмах и только с любимым мужчиной. И только чтобы показать ему, что он не злой, а просто поддался зову тьмы, как и она. Лори ведь его не обманывала. В глубине души она вожделела его, сама для себя объясняя растущую любовь простым желанием завоевать доверие Эдмунда. Но их новая крепкая связь была такой же реальной, как некогда проявленная жестокость.

Все в чем-то виноваты. Вопрос лишь в том, в какой степени.

– Эбби… мы должны вытащить его из лодки.

Сестра кивнула.

– Ему не нужно в гости к Речнику. Уже не нужно.

Лори обхватила туловище Базза, таща тело к краю. Эбби схватила за ноги.

– Сестрен, а какая тут счастливая?

– Что?

– Лапа. Ну, нога. Какая счастливая?

Лори хмыкнула, таща тяжелый труп. Эбби положила одну ногу Базза на нос лодки и развязала шнурки на его ботинке. Изношенная обувь соскользнула с ноги мертвеца.

– Вот эта, – сказала Эбби. – Эта счастливая, прямо как моя кроличья.

– Тащи!

– Можно мне ее взять?

– Что взять?

– Хочу взять с собой его лапку. На удачу.

Крепко зажмурившись, Лори поднажала изо всех сил. Сейчас ей было не до болтовни. Напряжение зашкаливало. Она повернулась спиной, приподнялась, толкнулась бедрами… и лодка чуть не перевернулась. Лори закричала от отчаяния. Снова открыв глаза, она увидела, что Эбби смотрит на нее, склонив голову набок, как прислушивающаяся собака.

– Ну хорошо, – сказала Эбби. Толкнула ногу, перекинула через борт и стала поднимать другую. Вдвоем они выбросили тело за борт. Труп Базза поднял красные брызги, закачался на неподвижной воде и поплыл назад, навстречу течению. «Может, надо было утяжелить его камнями, чтобы пошел ко дну», – подумала Лори. Но было слишком поздно; много для чего слишком поздно. Наблюдая, как тело погружается в воду, Лори поняла, что снова боится.

Неужели я потерпела неудачу?

Ощущение накатило внезапно и было