Вселенная ужасов Влада Райбера - Влад Райбер

Зеркальная девушка вгрызлась зубами в шею монстра, залезла пальцами под кожу. Я надеялся, что ему больно!

Перчатка полетела прочь. Я вытянул ладонь. Стеклянные глаза незванца чуть не вылезли из орбит. Он боялся моего прикосновения. Знал, что бывает, когда моя рука трогает подобного ему.

Палач издал жалобный писк. Рвался, но не мог освободиться из смертельных объятий Верении.

Я положил ладонь ему на грудь. Ткань грязной рубашки разошлась, на пол посыпались пуговицы. Раны на коже набухли, а затем стали глубже.

– А-А-А-А-А-А! – вопил незванец.

Его тело разлагалось. Я отошёл на пару шагов. Мне больше не нужно было его трогать. Процесс начался. От него отваливались куски, лицо намокло, грим потёк. Одна нога превратилась в кость и рассыпалась. Палач упал.

В зазеркалье Верения всё ещё держала его отражение.

Я впитывал энергию. Как её много! Какая насыщенная густая тьма! Никогда такой не пробовал.

Незванец распадался на части и продолжал орать. Всё громче и громче. Я прикрыл уши. Это был не крик боли, а его последний козырь.

По стёклам пошли трещины, и окна со звоном разлетелись на мелкие осколки. Отражения исчезли. Палач снова мог двигаться, хоть от него осталась только голова, шея, кусок плеча и рука. Но он был ещё жив и даже на одной руке мог ползти!

Я не ожидал такого и поздно бросился ловить его. Незванец быстро полез в направлении двери за стойками. Там кухня! Баллоны с пропаном!

Добежав, я понял, что совершил ошибку. Палач и так умрёт. Мне надо было двигаться к выходу.

Поздно! Из пальцев его единственной руки показались иглы.

– Сдохнем вместе! – крикнул он из последних сил.

Когти-иглы царапнули по баллону, разметав искры. Яркая вспышка. Взрыв. Меня подбросило в воздухе.

Я почувствовал, как огонь обжёг лицо и расплавил кожу, поджарил мясо. Глаза лопнули. Я лишился зрения. Мелкие осколки превратили тело в решето.

Меня вынесло через окно на улицу. Я почувствовал, что качусь по земле, и это было последним ощущением перед потерей сознания…

Я слышал, как трещит огонь. Думал, что больше никогда ничего не увижу, но, открыв глаза, разглядел яркое пламя, пожирающее здание.

Передо мной стояли Никита и Вика. Они ошарашенно смотрели на меня.

Я ощупал себя. Одежда вся в дырках, но на мне ни царапины.

– Я цел?

Никита кивнул:

– Ага… Но знал бы ты, в каком виде оттуда вылетел. И уже всё вылечилось! С ума сойти можно… Ты и сам как дьявол! Повезло, что на правильной стороне.

Тёмная сила. Я много её впитал, и это спасло меня. Ещё никогда регенерация не проходила так быстро. Я вообще не знал, что мог исцелиться после таких травм.

Ничего не болело. Будто заново родился. Этот незванец был самым сильным из всех, что мне встречались.

– Спасибо твоей зеркальной близняшке, она здорово помогла, – сказал я Вике. – Надеюсь, с ней ничего не случилось.

– Никто не может ей навредить, – ответила она, но всё же достала карманное зеркальце и убедилась, что её отражение на месте.

Я встал и повернулся к друзьям боком, немного стесняясь того, что стоял в обрывках одежды. Другой у меня с собой не было. Стыдоба…

– Палач мёртв? – спросил Никита.

– Да. – В этом я не сомневался – чувствовал, что полностью впитал его силу.

От этого незванца вообще ничего не осталось.

Никита оглянулся на догорающее кафе:

– Я по-другому это представлял. Думал, что сам убью Палача. Воткну в него нож, скажу какую-нибудь колкую фразу и почувствую облегчение от того, что наконец отомстил и за себя, и за мать. Но сейчас я не понимаю, что чувствую. Смысл моей жизни был в охоте. Теперь всё кончилось. Что мне теперь делать?

– Бросай это всё и живи, – предложил я.

– Нет, не смогу, – ответил он.

Вика откинула волосы назад, надела капюшон и сказала нам:

– Пойдёмте отсюда, пока полиция не приехала.

Нас ждала машина.

Ребята хотели есть, а я понимал, что проголодаюсь ещё не скоро.

Кошмарный звонок

© Райбер В., 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Лантухи

Воспоминания Юрия Амирова

Девяносто шестой год. Мне шестнадцать лет. Я ещё школьник. У меня на завтрак кусок чёрного хлеба, политый подсолнечным маслом и посыпанный солью, а ещё стакан чая с сахаром. И это самое вкусное, что я могу съесть за целый день. На обед будут вчерашние щи из крапивы на бульоне из свиных костей, а на ужин – варёная картошка.

Мама и папа работают на одном предприятии, где третий месяц задерживают зарплату, обещая: «Как только, так сразу».

Выживаем, как можем. Мой отец – инженер, вечерами подрабатывает грузчиком в магазине. Мама – сотрудник отдела кадров, по выходным продаёт пиратские аудиокассеты на рынке и боится, что коллеги об этом узнают.

Нашей семье туго, но атмосферы уныния нет. В воскресное утро мы собираемся за одним столом и едим свой скудный завтрак.

Мама спрашивает отца:

– Ты в своём магазине можешь нам чего-нибудь хорошего достать? Хоть бы сгущёнки баночку.

А он вздыхает:

– Достанешь тут, когда люди на еду кидаются. Ты бы видела, как там у нас идёт торговля. Я вывожу в зал банки на тележке, такой маленькой… И на меня со всех сторон налетают бабки. Толкаются, дерутся, а я эту тележку… уже пустую!.. вытаскиваю и уношу через их головы.

И мы все почему-то смеёмся, будто услышали анекдот. Завтрак окончен. Теперь нам всем пора на свои подработки.

Отцу в магазин, маме на рынок, а мне в редакцию.

В те годы я работал разносчиком городской газеты. Это была единственная возможность заработать хоть какие-то деньги и помочь нашей семье.

Приходилось напрягать мозги, чтобы не ошибиться со списками адресов, ничего не забыть и не перепутать.

По субботним вечерам после школы и по воскресеньям с раннего утра я таскал на себе тяжёлую сумку со свежими номерами «Городка», как груз собственных проблем.

Поначалу эта работа казалась приключением: обойти всю северную часть города, заглянуть на каждую улицу, вычёркивая из списка адреса. Я представлял это как игру, но со временем мне надоело и хотелось просто поскорее разнести газеты, получить свои гроши и вернуться домой.

Сегодня я обошёл уже три района и рассчитывал справиться с остальным минут за пятнадцать, но оказалось, что в моём списке появился новый адрес: улица Снежская, дом двенадцать, квартира сто пятнадцать.

Всего один подписчик оттуда. И мне переться куда-то ради того, чтобы доставить единственный экземпляр?

Да я и понятия не