Один шаг до бездны - Елена Владимировна Гордина

— Она скрывается от врачей? Или от полиции, я не поняла! — Женя растерялась. — Но почему?

— Она знает почему! — Управляющая хотела еще что-то сказать, но сзади засигналила машина. Женя перегородила всю дорогу, и поэтому пришлось проехать вперед.

«Странно, зачем Даная скрывается от врачей? Или от полиции? Может, это как-то связано с убийством той беременной женщины? Скорее всего, следствие вышло на Альберта, а Даная не хочет это обсуждать, чтобы избежать огласки. Хотя это тоже странно, ведь она сама мне говорила, что собирается нанять частного детектива, чтобы точно выяснить, причастен ли Альберт к смерти той несчастной. Как-то все не сходится и не вяжется».

Женя отъехала от кризисного центра на безопасное расстояние и остановилась. Куда дальше?

«Наверное, все-таки придется обратиться в полицию, потому что я не понимаю, что происходит и где теперь находится мой ребенок». У Жени уже не было сил проклинать себя всеми последними словами за свою беспросветную глупость и доверчивость. Второй раз! Второй раз доверить своего ребенка практически первой встречной!

«Эдик прав, у меня надо было забрать дочь, пока я ее окончательно не угробила». Женя вздохнула и тронулась с места: она решила поехать на дачу к Данае, ну, вдруг та вернулась и ждет ее там?

— Ну а если ее там нет, то я сдаюсь полиции и будь что будет! — Женя свернула на дорогу, ведущую за город.

Уже подъезжая к дачному домику, Женя поняла, что там никого нет: машины Данаи во дворе не было, и свет в окнах не горел. Но все-таки Евгения остановилась, выключила двигатель и пошла внутрь. Она толкнула калитку и медленно двинулась к крыльцу, озираясь по сторонам и прислушиваясь к малейшему шороху.

— Хорошо, что ты вернулась! — Даная вышла из-за угла так тихо, что Женя вздрогнула от неожиданности и остановилась.

— Где моя дочь? — Евгения внимательно оглядела Данаю с головы до ног. — Почему ты не отвечаешь на мои звонки, я тебе раз сто звонила?

— Давай зайдем в дом и все обсудим? — предложила Даная. В руках у нее были ключи.

— Где моя дочь? — повторила Женя, не двигаясь с места. — Если ты мне не ответишь, я звоню в полицию!

— Не сходи с ума! — Даная подошла к двери и открыла ее. — Людочка с моей мамой и с Ваней, они никуда не поехали, потому что деньги вернули и больше этим уродам от нас ничего не надо.

— Я приезжала к твоей маме, их там не было! — Женя все-таки пошла следом за ней и вошла в дом. — Почему ты не отвечаешь на мои звонки? Почему ты бросила меня одну в коттедже? Зачем ты застрелила этого несчастного, он все равно бы молчал!

— Мама дома, она с детьми уже вернулась обратно, — пояснила ей Даная. — Они поехали в Чебоксары, а потом я ей позвонила и сказала, что можно возвращаться. Ты голодная? — Она пошла на кухню и загремела тарелками. — Я ужасно голодная! Может, нам пельмени сварить?

Женя немного успокоилась, Даная не выглядела сумасшедшей или взвинченной, она довольно спокойно налила воду в кастрюлю и поставила ее на плиту.

— Я все тебе объясню, — пообещала Даная. — Ты, главное, не дергайся! Ребенка своего заберешь прямо сейчас, вот только перекусим и поедем к моей маме. Я сейчас принесу из кладовки специи к пельменям, и мы спокойно все обсудим. Садись пока за стол!

— Ну, хорошо! — Женя почти успокоилась. — Я и правда голодная, не могу вспомнить, когда я в последний раз ела!

— Вот и хорошо! Посоли воду, пожалуйста! — Даная вышла из кухни. — Я принесу специи и соленые огурцы, вроде пара банок в кладовке завалялась.

— Договорились!

Женя подошла к плите и огляделась, чтобы найти соль, увидела кухонный шкаф, открыла дверцу и уже потянулась за пачкой, когда почувствовала сильнейший удар по голове. Женя от неожиданности вздрогнула, хотела обернуться, чтобы посмотреть, кто на нее напал, но не успела, потому что второй удар буквально лишил ее зрения. В глазах у нее потемнело, Евгения качнулась и упала прямо на плиту, опрокинув на себя кастрюлю с горячей водой.

Евгения Барышникова

Женя никак не могла открыть глаза, что-то сильно давило на веки, боли она не чувствовала, но лицо сильно горело. Она попыталась подняться, но с удивлением поняла, что не может пошевелиться.

— Даная! — тихо позвала Евгения. — Ты где? Я ничего не вижу! Что случилось?

Тишина. Женя еще раз попробовала открыть глаза — и снова безрезультатно, казалось, что на веки наложена фиксирующая повязка. Тогда Женя пошевелила руками и ногами — и снова провал, она была надежно зафиксирована, но при этом понимала и чувствовала, что лежит на полу.

— Даная! — еще раз позвала Женя, из последних сил стараясь не скатиться в истерику, потому что паника в такой ситуации — это верная дорога к гибели.

— Даная! Ты здесь?

И снова в ответ тишина. Женя постаралась максимально сосредоточиться.

«Что я имею? У меня что-то с глазами, но боли я не чувствую, значит, возможно, что ничего непоправимого не произошло. Лицо горит, но, насколько я могу вспомнить, я опрокинула на себя кастрюлю с горячей водой. Это, конечно, ужасно, но не смертельно, ожоги сейчас прекрасно лечатся, в крайнем случае сделаю пластику на лице. Остается главное: кто и зачем меня связал?»

Женя начала потихоньку шевелить руками, чтобы ослабить фиксацию на запястьях, и через некоторое время ей это удалось. Евгения почувствовала, как вязка ослабла, она осторожно освободила сначала одну руку, а затем другую. И сразу же сняла повязку с глаз и с облегчением выдохнула: она все прекрасно видела, с глазами все в порядке.

Женя огляделась. Теперь она сидела на кухне около плиты, рядом с ней на полу лежала пустая