Безымянный: 1 сезон - Дин Кунц

— Лучше держи свои больные подозрения при себе. Если с тобой что-нибудь случится, этих детей могут признать подопечными округа. И тогда что?

6

Безымянный и Дженни сидят на диване; Серафина — на кухне, Макс — на задней веранде, затянутой сеткой и запертой.

— Это был тот день, когда я сменила замки, — говорит Дженни. — Сняла из спален оконные кондиционеры, поставила сигнализации на окна, тренировалась с пистолетом, перестала ездить в город по любому поводу. Ждала, когда он явится сюда и попытается что-нибудь сделать. Я не могу его обвинить. Кто мне поверит? И я не могу пойти на него. У меня нет ни полномочий, ни власти.

— А у меня есть.

— Вы же сказали, что вы не закон.

— Я и не закон, — говорит он. — Но я кое-что другое. Помните, восемь лет назад пропала девочка по имени Тэмми Шугарс?

Дженни морщится.

— Ей было десять. Её так и не нашли. Вы хотите сказать… Соакс? Но разве Тэмми не пропала, когда гостила у бабушки в Гастонвилле? Это же через два округа отсюда.

— И тем самым подозрения отводятся от здешних. Бабушку застрелили, Тэмми похитили, свидетелей нет. А пять лет назад — Сара Корли: их семья выехала из Уорстеда в Остин. Полиция так и не нашла их машину — ни следа от кого-либо из них.

— С этого дня я и дома буду носить «Вальтер», — говорит она.

— Дело не только в Тэмми и Корли. Через округ проходят две трассы штата и одна межштатная автомагистраль. Каждую неделю здесь проезжают тысячи людей, многие — из других штатов. Время от времени кто-то пропадает. Трудно сказать, исчезли они здесь или в другом округе — да и вообще, пропали ли они в Техасе, а не в соседнем штате. Они просто не прибывают туда, куда ехали.

Сирена на окружной дороге заставляет их обоих повернуть головы к окну. Если Соакс едет сюда, он не станет делать это с включённой сиреной и мигалкой, но они всё равно ждут, пока машина проедет мимо и звук не начнёт стихать.

— За последние семнадцать лет, пока Соакс был помощником шерифа, а потом шерифом, вы удивились бы, узнав, сколько людей исчезло после того, как они проехали через эти места, — говорит Безымянный. — Их тела иногда находят, иногда нет. Машины, на которых они ехали, нередко всплывают в других преступлениях — и тогда кажется, что где-нибудь они остановились менять колесо, и к ним подъехал какой-нибудь другой ужас, не Соакс: скажем, бандиты MS-13. Страна кишит психопатами-гангстерами из Центральной Америки. Но в шести случаях исчезали целые семьи — и их машины так и не нашли. В четырёх семьях была девочка от десяти до двенадцати. В двух других — по две девочки такого возраста.

Хотя за окнами резкий утренний свет режет день на полосы, выбеливает лоб и щёки Дженни, в большей части душной комнаты скапливается непроглядная тьма; тени ложатся в глазницы, и он словно видит под её кожей череп.

— Тэмми, Сара и ещё восемь девочек. Десять за семнадцать лет. И семьи этих восьми. Он не мог сделать всё это один. Вы знаете, кто ещё? — спрашивает она.

— Одного знаю. Скорее всего, и вы знаете, — говорит он.

Он описывает кудрявого спутника Соакса с родимым пятном на лбу цвета портвейна, но не говорит Дженни о видении, в котором увидел этого человека.

Дженни смотрит на окно и на страшный белый солнечный свет, словно по ту сторону стекла за ней наблюдает демоническое привидение.

— Это Гарольд Карлайл. Помощник шерифа на полставки.

— Да.

Её взгляд возвращается к Безымянному.

— У него была младшая сестра, Карла… Она сидела в женской тюрьме в Бриджпорте — за шантаж, который закончился непредумышленным убийством. Но Гарри стыдится её: он правильный до занудства, всё время помогает церкви, этой благотворительности и той… — Она вздрагивает. — Помощник шерифа на полставки. Вы знаете, кем он работает в основном?

— Знаю. Он ведёт шестой класс в начальной школе Уорстеда.

Она обхватывает себя руками, пытаясь отогнать озноб.

— Может быть, Тэмми и Сара были его ученицами. Он ведь не единственный учитель шестого класса. Даже если они были не у него, он всё равно их знал. — И, словно сердце у неё беспомощно тонет перед лицом непомерной опасности, она говорит: — Что происходит с миром, мистер Шепард? Он что, разваливается на части?

— Ну, — говорит он, — уж точно мы живём не в эпоху истины и благодати.

7

Шериф Соакс находится в одиннадцати милях от дома Деметеров, когда диспетчер сообщает: «Форд» зарегистрирован на Роджера Луиса Хёркоса и Алекс Джозефину Хёркос из Джексона, штат Миссисипи.

Соакс ошарашен. Роджер и Алекс Хёркос — родители Венди Хёркос, самой недавней девочки в манеже. Они мертвы в своём закопанном «Рейндж Ровере», а их дочь лежит в другой могиле.

Вот уже четырнадцать месяцев, с тех пор как они исчезли во время поездки в Тусон, штат Аризона, их имена числятся в списке пропавших без вести на сайте Национального центра информации о преступлениях. Диспетчеру эти имена ничего не говорят. Никто не обязан предполагать, что Роджер, Алекс и Венди встретили свою судьбу именно в округе Уорстед; следовательно, здесь никакого расследования и не проводили.

Эта тревожная новость — вместе с тем, что Дженни Деметер разговаривает с тем, кто сидит за рулём «Форда», — выбивает Рассела из колеи. Но у Дженни на него ничего нет. Никаких доказательств его намерений насчёт Серафины. Ни единой улики. Надо совсем спятить, чтобы попытаться сдать его. Самый большой риск, на который он когда-либо шёл, был с Ланой Варнер — семнадцать лет назад. С тех пор он стал осторожнее, осмотрительнее. Он не оставляет их в живых, когда с ними покончено. Его послужной список шерифа безупречен. На репутации — ни малейшего пятнышка. Он — просвещённый, прогрессивный блюститель закона, настолько любимый избирателями, что его избрали, а потом переизбрали с крупнейшим перевесом среди всех шерифов штата. Дело против него не состряпаешь — просто потому, что он не успел ничего сделать Серафине.

Может, пора устроить пожар в доме Деметеров — даже если он должен включать в себя трагическую смерть прекрасной Серафины.

8

Двигаясь на