Пепел наших секретов - Ева Ланси

И когда от Кея звучит дополнение:

– Мой Солнечный Свет.

Я уже сама тянусь к его губам.

Не думаю, что этим мы привлекаем к себе всеобщее внимание, – за время, пока я ждала Кея, не раз встретила целующиеся парочки, поэтому я позволяю себе просто расслабиться и наслаждаться моментом на полную катушку, лаская его язык своим. Обнимая его за сильные плечи.

Но, наверное, это и не могло длиться вечно, поскольку возле нас раздаются странные аплодисменты. Точнее, только подобие их.

Прожигая меня и Кея черными глазами, рядом с нами высится Калеб и методично ударяет ладонью о ладонь.

Заметив, что мы прервались, он, как дирижер невидимого оркестра, кивает:

– Продолжайте, пожалуйста. Очень интересно.

Я нервно хихикаю, а Кей показывает ему средний палец.

– Вы просто напились и решили пососаться ради разнообразия или я немного заблуждаюсь, и все зашло не туда?

– Все зашло туда, куда не могло не зайти, – парирует Кей и обнимает меня со спины в знак поддержки.

Что ж, судя по всему, Калеб из тех, до кого еще не дошли слухи про нас с Кеем. В принципе неудивительно – парень себе на уме, и, возможно, ему дела нет на выстраивание догадок, кто с кем встречается.

– Вы вместе? – вечно спокойным голосом уточняет Калеб, и ни по его тону, ни по его лицу не понятно, как он относится к этой информации – положительно или отрицательно.

Что вероятнее, ему плевать, и это вопрос из вежливости другу.

– Да, – так же спокойно и уверенно отвечает Кей, и я прикасаюсь губами в легком поцелуе к его руке.

– Лучшее время для этого ты нашел. – Странный комментарий, и опять неясно – это типа правда «лучшее время» или сарказм?

– Не порть людям праздник кислой миной. – С этим обращением к Калебу к нам подлетает Син. – Вместе, значит? – Он и Кей жмут друг другу руки в знак приветствия. – Рад за вас. Сирена, теперь официально ты его хозяйка? Мне надо шифровать сообщения о девчонках, если я захочу написать Кею?

– О своих пиши, мне не жалко, – ехидничаю я. – А вот если ты… – Я выразительно смотрю на бойфренда.

– А мне другие не нужны, – сразу же метко отвечает Кей.

– Капец, да вы все глухие, слепые, тупые, гребаные кроты в норах! – Оказывается, позади нас стоял все это время Алек, который теперь выступает вперед. – Не, ну серьезно? Эти двое буквально год или больше трахали друг друга глазами каждую встречу, а вы тут удивляетесь как первый раз. Тоже мне новость, – обращается он к друзьям, попутно подмигивая нам в знак приветствия.

Ну вот, все в сборе.

«Кроме Дасти».

Сразу же активизируется Калеб, сухо подмечая:

– Брайт на своей вечеринке и до сих пор не валяется где-то пьяным в кустах – вот новость гораздо любопытнее.

На самом деле он попадает в точку – это действительно поразительно. Имею в виду – трезвый Алек Брайт, особенно в обществе, где все выпивают на его же территории.

– Тень! – вспыхивает Алек. – Я, даже будучи суперпьяным, никогда не находился в кустах. И вообще не валялся нигде, максимум – лежал. Это разные вещи – развивай свой мозг. А лучше не завидуй чужому счастью, – кивает он в нашу сторону. – Не все, как ты, предпочитают дрочить в ладошку исподтишка и чувствовать себя из-за этого независимым маленьким божком с раздутым эго.

– Иногда лучше и подрочить, – загадочно вздыхает Син.

– Ага, – смеется Алек над ним. – Видел я, как ты полчаса назад выяснял отношения со своей телкой. Откуда ты ее вытащил вообще? Страшная, как моя жизнь.

– О боже! – Я издаю стон и тяну Кея за собой.

Я, конечно, люблю этих идиотов, но сегодня у меня слишком романтичное настроение, чтобы выслушивать подобные диалоги. Уверена, мои уши еще не раз услышат всякие подколки от них по случаю того, что я встречаюсь с их другом.

Мы мгновенно втягиваемся в круговорот самодельного праздника жизни – попадаем в толпу танцующих под модные ритмы современной музыки, откуда долго не можем выбраться. Только когда из специальных шлангов нас с ног до головы обливают шампанским, Кей уже силой выводит меня оттуда. Я знакомлю его с ребятами из редколлегии, которые оккупируют стол с закусками. Мы чуть не попадаем в эпицентр скандала, устроенного присутствующей здесь Леной Дерин, которая в очередной раз скандально бросает своего парня-баскетболиста – это тоже обязательная часть вечеринок. Потом я увожу Кея от стихийно организованного незнакомым парнем конкурса мокрых маек, в котором решают активно поучаствовать подвыпившие девицы.

– Ты бы в нем выиграла, – уверенно говорит мне Кей.

В этот момент я стою на краю бассейна, и его слова подзадоривают меня.

Я выпускаю руку парня, лихо стягиваю босоножки на низком каблуке и с визгом прыгаю в теплую воду, стараясь не столкнуться с находящимися там людьми.

– Проверим? – кричу я потрясенному Кею оттуда и бреду к ступенькам, где он тянет мне руку для помощи в подъеме.

И теперь я наслаждаюсь его реакцией на себя – мокрое платье облепляет мое тело. От прикосновения вечернего прохладного воздуха я покрываюсь мурашками, а соски, не прикрытые сегодня никакими бюстгальтерами, упрямо натягивают ткань лифа.

Глаза Кея темнеют.

– Точно выиграла бы, – подтверждает он, прижимая меня, мокрую, к себе.

Соски скользят через ткань по его твердой груди, заставляя мокнуть меня уже не от воды из бассейна. А член Кея через одежду в ответ утыкается мне в живот.

«Господи».

Если мы сейчас не остановимся, придется тайком пробираться в особняк Алека и искать свободную спальню. Черт, а что будет, если он прознает об этом? Каким бы раздолбаем ни был Алек, но вход в свою обитель он обычно стерег бережно, не позволяя устраивать из дома бордель. Хотя это не останавливает желающих предаться страсти, и они всегда находят темные углы на свежем воздухе – сколько раз друг потом матерился, рассказывая, что наутро после таких мероприятий весь двор завален использованными презервативами.

Но я пока еще не готова к прилюдным ласкам на грани фола.

Кей это замечает, поэтому отстраняется и, сняв пиджак, накидывает его на мои плечи, чтобы я не продрогла в сырой одежде.

И черт, это так мило, его фирменный пиджак на мне – почти как обручальное кольцо на руке и признание в любви вместе взятые.

После, пробираясь сквозь толпу, мы выходим к отдельной группке ребят, расположившихся на широкой веранде