Кровавые реки, мясные берега - Кристофер Триана

своего парня в ответ. Он скользнул рукой между ног девчонки и потер ее промежность через джинсы. Она задрожала, когда Кит прижался к ней, но ничего не сказала, поэтому он обнял ее за талию и расстегнул ширинку.

– Эй! – крикнул парень, убрав руки с капота. – Вы не можете…

Кит повалил его обратно.

– Я не разрешал тебе двигаться!

– Пожалуйста, просто оставьте на…

Кит выхватил дубинку и ударил пацана под колени, отчего тот упал. Девчонка вскрикнула, и Кит толкнул ее вперед, наклонив и прижав ее лицо к капоту. Именно тогда он шепотом объяснил ей, что делать дальше.

Это стало одним из самых приятных воспоминаний Кита. Ему нравилось думать, что он лишил девчонку девственности, которая была обещана парню, в ту самую ночь. Парень был столь же глуп, сколь и благороден, и пытался вмешаться, поэтому Кит его колотил, пока девочка не стала умолять Кита остановиться, обещая, что будет послушной.

После этого парень уже никогда не был прежним. В последующие годы у него было несколько мелких стычек с законом, и Кит время от времени видел его в участке: руки и ноги пацана подергивались, речь была невнятной, глаза безумные. Кит не знал, что стало с девчонкой. Ему нравилось думать, что он преподал ей ценный урок. Если из-за пережитого она впала в глубокую депрессию, это не его проблема. Сделка есть сделка.

Люди редко подавали на Кита жалобы. Обычно это делали те, кого он арестовывал, выпуская на свободу лишь в обмен на сексуальные услуги. И жалобы поступали от многих полицейских. Граждане любили возмущаться, когда их сажали за решетку, поэтому обоснованные жалобы часто смешивались с фальшивыми или преувеличенными. Копы защищали других копов. У Кита была безупречная репутация среди коллег, а его работа в отделе характеризовалась непоколебимой преданностью своему делу, поэтому жалобы на него всегда замалчивались, а о случаях, когда он действительно злоупотреблял своей властью, вообще не сообщалось, потому что он тщательно запугивал своих юных жертв. Худшим наказанием, с которым Кит когда-либо сталкивался, была лекция начальника о том, как избежать обвинений в домогательствах. И по мере продвижения по службе он стал более осторожным.

Только после убийства Джоша Негуса его отправили в отпуск.

Ты снова думаешь об этом.

Но как он мог этого не сделать? Несмотря на то что Кит приехал сюда, чтобы расправиться с Эдмундом Коксом, в сельской местности Бийца была какая-то жуткая энергия, которая тянула его обратно в экзистенциальную пустоту, как камни в карманах тонущего человека. Он чувствовал это с тех пор, как они наткнулись на ту искалеченную пару, – темную силу, которая возвращала его разум к воспоминаниям о боли и извращениях.

Ты сам напросился, Негус.

Затравленные глаза маленькой девочки вновь предстали перед Китом, и, когда он моргнул, отгоняя наваждение, образ этих полных горя глаз остался: два зрачка, парящих в темноте, прежде чем исчезнуть, как и надежда на будущее. Кит многое знал о безнадежности. Он давным-давно понял, что единственная настоящая надежда – это ложная надежда, а единственная настоящая удача – это невезение. Даже его преданность полиции была своего рода игрой, направленной на то, чтобы сохранить за собой власть, и это единственное, что его еще волновало. Для Кита Дрейксона не существовало моральных принципов – только бесконечное стремление к самоудовлетворению за счет других. Жизнь была бессмысленным парадом похоти, жадности и насилия. Не было ни истинного смысла, ни искренней веры, ни богов, в которых можно было бы поверить.

И не было такого понятия, как призраки.

Не было никакого Речника, как не было и Пасхального кролика. Речник был просто еще одним снежным человеком, историей о пришельцах. Хижина Эдмунда могла быть обителью ужасов, но единственным домом с привидениями был человеческий разум, скопление травмированных нервных окончаний, в которых мелькали самые отвратительные кадры из прошлого.

Пока они продолжали свой путь, Кит смотрел на лик полной луны и представлял, как она медленно приближается к земле, пока не произойдет столкновение. Эти последние дни показали бы истинную природу человечества. Вся цивилизация, которой люди так гордились, исчезла бы, как пар после летней грозы, оставив после себя истинное лицо погибшего вида, скользкое от крови и слез. Кит мечтал увидеть общество таким же развращенным, как он, чтобы доказать, что все люди такие же продажные, как он, если не хуже.

Эдмунд Кокс, безусловно, был еще хуже.

И Джош Негус был таким же, не так ли?

Глава 24

Вода менялась.

Гэри обратил внимание на причудливые цвета Лощинной реки при дневном свете: в некоторых местах вода была зеленоватой, а в других – почти черной, сменяясь серыми оттенками руин. С наступлением ночи река погрузилась во тьму, обретя цвет раскаленной смолы, а лунный свет заставил ее поверхность блестеть как влажная кожа. Теперь, когда они были на реке, Гэри мог видеть волны вблизи и то, как они становились все менее плавными, чем дальше они заходили. Вода стала мутной. От нее исходил резкий запах. Это был не болотный запах, столь распространенный в южных водоемах, как сернистая вонь пердежа, пропитавшая всю Джорджию, но вонь настолько сильная, что граничила с насилием.

Протянув руку, Гэри окунул два пальца в реку. Прикосновение было ледяным, обжигающим до костей. Когда он вытащил пальцы, на них выступила солоноватая слизь, по консистенции напоминающая алоэ вера или сперму, только черная, как чернила.

– Что за черт? – сказал он себе.

Джун посмотрела на него в ответ без всякого выражения, демонстрируя не больше эмоций, чем манекен в универмаге. Прежде чем Гэри успел что-либо сказать, она снова отвернулась, уставившись на реку впереди и глубокие объятия ущелья.

Гэри тоже уставился туда. Известняковые стены, окружавшие их, стали выше, мертвые деревья вырисовывались на фоне звезд, как отчаянные когти земли, пытающейся сойти с солнечной орбиты. На какой высоте над уровнем моря находились эти зазубренные скалы? Как далеко они забрались в эту неизведанную пустыню? На сколько миль во всех направлениях их отделял цивилизованный мир? Как далеко они были от дома?

Дом.

Такая оригинальная идея. Но что такое дом без семьи? Как может существовать дом без настоящей любви, которая наполняла бы его? Гэри отказался от этой идеи, как и от всех других важных моментов, которые должны были сопутствовать жизни мужчины. Следующего этапа не будет, только печальное продолжение этого серого забвения, пока он не обретет спокойствие в могиле. Его жена была мертва, а их единственный ребенок был убит у нее в животе. Гэри нравилось думать, что они обрели покой. Это он был тем, кто