Маленький Лугоши - Дуглас Форд

Воспоминание об этом обнажённом видении вернулось к нему, и ему внезапно стало холодно при мысли об этом гротескном, похожем на пиявку существе, висевшем у него между ног. Его собственное тело втянулось, когда он вспомнил, как призрак вошёл в их спальню.

"Прямо здесь, в этой комнате, - подумал он, - он произнёс это имя: Роуз".

Мэдлин сказала:

- Помнишь, что я говорила тебе о том, что родственников не осталось в живых? Ну, я всё равно позвонила по этому номеру, и ты поверишь, что я дозвонилась до церкви? Прежде чем ты что-нибудь скажешь, я знаю, это плохой знак, но женщина, которая ответила? Это была Роуз. В конце концов, она не умерла. Она там работает или типа того. Это не похоже на большую церковь, вероятно, на ту, которая собирается в одном из этих одиноких, заброшенных на вид торговых центров. В любом случае, я собираюсь туда в воскресенье. Главным образом, чтобы встретиться с ней.

- Главным образом, чтобы встретиться с ней, - Тревор повторил эти слова, чтобы посмотреть, поможет ли ему их произнесение вслух понять.

Он вытащил палец из пластика, в котором находился Маленький Лугоши, и крошечное существо, в свою очередь, отпустило его и начало свободно плавать, как будто размышляя о смысле вселенной или существовании Бога.

Мэдлин сказала:

- Я поеду не по религиозным причинам. Просто поговорить с ней об этом старике. Я имею в виду, он умер один, без семьи. Я была самым близким ему человеком. Тревор, ты должен понять; иногда это сложно. Нет ничего хуже, чем умереть в одиночестве, одному.

- Ты возьмёшь это? - Тревор имел в виду Маленького Лугоши.

- Его. Ты имеешь в виду, возьму ли я его? Нет. Или, я имею в виду, я так не думаю.

В комоде они хранили пачку сигарет. Они редко прикасались к сигаретам, и к этому времени пачка, должно быть, уже залежалась, но Мэдлин потянулась за одной и зажгла её. Она предложила одну Тревору, и он её принял. Они лежали на кровати и курили.

"Так стереотипно, - подумал Тревор, - сигарета после секса".

Он подумал о том, чтобы предложить одну Маленькому Лугоши.

Тогда Мэдлин сказала:

- Я не возьму его с собой, если ты поедешь со мной. Вот что я хотела сказать. Если бы ты поехал.

- Я даже не знаю...

Вкус сигареты чуть не заставил его поперхнуться. Они стали старые и высохшие.

- Я не очень хорошо отношусь к новым людям. И это может быть весело. Возможно, они говорят на разных языках. Разве это не было бы потрясающе?

Всю неделю ему удавалось сохранять уклончивость, планируя в последнюю минуту найти оправдание, если понадобится. Маленький Лугоши продолжал расти, и ещё дважды Тревор ловил Мэдлин, кормившую его тампоном. Как и в первый раз, вид этого акта возбудил его, и это привело к ещё одному траху, даже более долгому, чем в прошлый раз. И более кровавому. Хотя никто не следил за менструальным циклом Мэдлин, казалось, что её менструация длилась бесконечно. Её тело просто не хотело останавливать кровотечение.

9.

Тревору удавалось уклоняться от вопроса, поедет ли он с ней на встречу с этой Роуз. Он не чувствовал желания идти в эту церковь, да и в любую другую церковь, если уж на то пошло, но он поддерживал такое постоянное возбуждение вокруг Мэдлин, что произнести эти слова стало почти невозможно. Теперь он всё время чувствовал головокружение.

Становясь всё больше и больше, Маленький Лугоши, казалось, процветал благодаря крови Мэдлин, питаемый менструацией, которая никогда не заканчивалась. Как ни странно, этот период питал и Тревора, наполняя его чувства так, как он никогда не испытывал. Она пахла по-другому. На вкус она была другой. Он вдыхал её при каждой возможности и с наслаждением прятал лицо между её бёдер, со всей силой втягивая её аромат, и поднимался подышать воздухом в пьяном от крови оцепенении.

И всё же ему не хотелось ехать с ней в церковь и знакомиться с какой-то незнакомкой по имени Роуз.

Идеальный повод пропустить поездку в воскресенье появился из-за Мака, который позвонил в субботу вечером и сказал, что ему обязательно нужно приехать в кампус на следующее утро.

- Мне нужно кое-что тебе показать, - сказал Мак почти с головокружением.

- Просто скажи мне, что это такое. Мне не нравятся эти игры.

- Просто будь там. Ты не захочешь этого пропустить, - на этом Мак повесил трубку.

Мак сказал то же самое ранее на этой неделе, убеждая Тревора встретиться с ним в баре после работы, используя ту же фразу: "Ты не захочешь этого пропустить", и Тревор поддался на это. Ранее он появился и встретился с профессором Кливлендом Барнсваллоу.

Оказалось, что он бывший профессор, потому что, когда Мак пообещал академическую помощь в решении проблемы свиней, профессор антропологии или археологии, о котором он говорил, некоторое время назад фактически потерял свою должность в колледже. Это объясняло, почему Тревор не узнал его.

- Неблагоразумие, - сказал бывший профессор, пожимая руку Тревору. - На самом деле глупая неосмотрительность. Вы не можете себе представить, с каким давлением приходится сталкиваться академику, особенно когда он работает с молодыми женщинами, достигшими совершеннолетия, которые отчаянно пытаются заслужить расположение, чтобы получить более высокую оценку.

- Даже не рассказывайте, - сказал Тревор, который не хотел знать.

- А я расскажу. Собственно, в этом самом баре. Если бы я согласился встретиться здесь с одной молодой женщиной, я бы всё равно не работал в этом несчастном заведении. Теперь я провожу здесь бóльшую часть времени. Один.

Бывший профессор Барнсваллоу не выглядел способным соблазнить молодую студентку колледжа. Средних лет, с выступающим животом, блестящей лысой головой и очень круглым красным безволосым лицом, он выглядел как гигантский ребёнок. От него слегка пахло нафталином и лакрицей. Очевидно, он чувствовал мысли Тревора.

- Не позволяйте моему внешнему виду обмануть вас. Я совершенно неотразим для молодых женщин, - сказал он.

- Даже не рассказывайте, - снова сказал Тревор, и ещё раз бывший профессор Барнсваллоу ответил: "А я расскажу".

Но все предварительные разговоры закончились, когда Мак позвал их к столу, который он заказал в дальнем конце комнаты, вдали от той небольшой активности, которую видел бар в тот ранний час.

Настоящий разговор начался, когда Мак