Дочь Самайна - Надежда Черпинская

— По-моему, твоя дочь уже вполне созрела для взрослых разговоров, — усмехнулась незваная гостья.

— Я сама решу, для чего моя дочь созрела! — с вызовом процедила мама. — Идём на кухню!

Они ушли, а Фиона так и осталась стоять, глядя им вслед. В свою комнату она, естественно, не собиралась. Нужно было срочно выяснить, кто такая Бриджит, и что значит этот странный визит. Похоже, мама совсем не рада была встрече со старой подругой.

* * *

Фиона притаилась у стены, сразу за которой располагалась кухня. Прокралась туда тихонько и замерла, боясь не только шевелиться, дышать. Если мама тут её застукает…

Было страшно! Да и совесть терзала за то, что подслушивает чужие разговоры. Но уйти она тоже не могла.

Слишком уж любопытная и странная беседа происходила сейчас на их кухне. Фиона не понимала большую часть того, о чём странная незнакомка толковала маме, да и расслышать не всё получалось, но уже одно то, что это касалось напрямую самой Фионы, заставляло её сосредоточенно слушать, несмотря на стойкое желание сбежать.

Да, желание удрать подальше от всех этих странностей и спрятаться получше то и дело накрывало. Но любопытство оказалось сильнее.

— Ты не можешь теперь отступиться, Дебора! — сердито втолковывала гостья. — Не веди себя как ребёнок! Клятвы Высшим Силам нельзя давать и забирать по своему усмотрению. Такими вещами не шутят. Ты дала обет, Дебби! Ты провела ритуал, зная цену. Пришло время платить.

— Я не знала, на что соглашаюсь… — зло огрызнулась мама. — Я не думала, что… Ты ничего мне толком не объяснила, заморочила голову! А теперь…

— Не лги, глядя мне в глаза, дорогая! Я тебе всё разжевала как младенцу, — тон Бриджит стал настолько ледяным, что даже Фиона поёжилась. — В этой жизни всё имеет цену. И ты это знала, знала, на что шла. Я тебя сразу предупредила, что любой дар Древних Богов или фейри имеет свою цену. И ты была согласна с этим… Ты так жаждала заполучить дитя, что готова была даже убить ради этого. К счастью, кровавых жертв от тебя никто не требовал ни тогда, ни сейчас. Так чего же тянешь? Время почти истекло. Или ты думала, что за столько лет, они забудут об этом? Думала, всё как-то само собой разрешится? Так не бывает, дорогая! Может, ты плохо знаешь легенды и сказки, Дебби? Может, ты забыла, что Дивный Народец ненавидит лжецов и не прощает клятвопреступников. Ты заключила договор, так будь добра его выполнить! Иначе… Они ведь тоже могут нарушить свою часть договора. К примеру, отнять то, что даровали, раз ты не хочешь это оплатить.

— Я не позволю! — Дебора, видимо, вскочила и теперь расхаживала по кухне. — Никому не позволю отнять мою девочку…

— Ох, Дебора, кто ты такая, чтобы тягаться с Высшими Силами?! Помнишь, я рассказывала тебе про силу гейсов. Сейчас их воспринимают исключительно как некий запрет, табу. Но смысл этой традиции гораздо глубже… Знаешь, часто гейс накладывали на людей, обладающих властью и могуществом, к примеру, на короля. Спрашивается, зачем бы ему себя в чём-то ограничивать? А смысл тут в Равновесии. В древности люди понимали, что за всякий дар с человека спросится, и они предпочитали знать цену заранее. Тот, кто получал власть, принимал на себя добровольное ограничение, запрет. Причём чем больше человек просил, тем больше он готов был отдать.

— Хватит, мне надоели твои байки!

— Это не байки, не сказки, Дебби. Это мудрость нашего народа. Предки прекрасно понимали, что нельзя получить всё, не отдав ничего. И это вовсе не значит, что Триединая Мать или иные боги так жадны и жестоки. Таков Закон Мироздания, Дебби, Закон Равновесия, Закон Движения Жизненной Энергии. Получить можно, лишь отдавая что-то. И ты знала, что тебе нужно отдать, ты согласилась на это… Теперь отступать поздно. Ты ведь знаешь, что нарушившие слово герои сказок всегда заканчивали плохо. Тот, кто пытался схитрить и обойти гейс, всегда оставался в дураках.

— Хватит меня запугивать своими сказками! Мне наплевать на клятвы! Когда речь идёт о твоём ребёнке, все клятвы мира теряют силу. Фиона — моя, и я никому её не отдам.

Мама разозлилась не на шутку. А Фиона едва стояла на дрожащих ногах.

Кому это и зачем её собирались отдать? Что всё это значит?

— Чего ты, собственно, боишься? — сбавила тон Бриджит. — Никто ведь не собирается отнимать у тебя твою дочь навсегда. Она останется здесь, с тобой, как и прежде. Всё, что ты должна сделать — посвятить её Рогатому Богу, как и обещала. Вот и всё! Проведи ритуал и живи себе спокойно дальше! Не заставляй их идти на крайние меры и силой отнимать то, что ты должна предложить добровольно. Вот тогда как раз, Дебби, ты можешь и вовсе потерять её.

— Рогатому? — зашипела Дебора. — Моя дочь — католичка. А ты хочешь, чтобы я продала её душу самому дьяволу? Действительно, чего тут бояться…

— Рогатый вовсе не дьявол, моя дорогая, — Бриджит, кажется, усмехнулась. — А то, что Фиона — католичка, так это к тебе вопрос… Зачем ты отдала её христианскому Богу, если до этого уже пообещала другому? Надеялась, так её спрятать? А ты не подумала, что крестить фейри — это самое настоящее богохульство? Причём с точки зрения обеих сторон — и католиков, и приверженцев истинной веры. Ты же прекрасно знаешь, кто такая Фиона. Она не обычный человек. Ты не имела права так распоряжаться её судьбой. К счастью, первая клятва сильнее… Так что… на этот счёт можешь не переживать. Ты ведь… поклялась в ту ночь Самайна, верно? Поклялась, что приведёшь её к Рогатому Богу, когда она достигнет совершеннолетия?

— А если нет? — фыркнула мама. — Если я ничего не обещала?

— Тогда… ты не получила бы своё дитя, Дебби! Не пытайся меня обмануть. Ты можешь обхитрить меня, но не Его. Я тебе не враг, дорогая. Я тебя не тревожила все эти годы, сделала так, как ты захотела — исчезла из вашей жизни. Надеялась, что ты и сама достаточно благоразумна. Но теперь понимаю, что это не так. Время почти вышло. Ты должна исполнить обещанное до конца месяца, пока Фионе ещё восемнадцать… Если ты не сделаешь этого до нынешнего Самайна, ты нарушишь клятву, которую дала Дивному Народу, Триединой и Рогатому. И я боюсь представить, чем это обернётся для тебя, а главное, для Фионы. Если бы ты мне не запретила видеть твою дочь, я смогла бы подготовить девочку, а теперь… Остаётся лишь надеяться, что она