Дочь Самайна - Надежда Черпинская

Наверное, никогда в жизни Мирел не выглядела так ужасно — её перекошенное от ужаса лицо было чёрным от вонючего ила, светлые волосы свисали паклей, одежда, разумеется, тоже была испорчена. А глаза, казалось, готовы были выскочить из глазниц. Гадкая тина набилась ей в рот, и Мирел отплёвывалась, едва сдерживая рвотные позывы.

— Меня кто-то топил! Меня кто-то хотел утопить! — охрипшим голосом орала Мирел. — Оно… меня держало под водой! Прямо на дно тянуло…

— Тише, тише! Ты, наверное, зацепилась просто… — попыталась успокоить Брона.

— Я что, по-твоему, совсем дура?! — Мирел с силой ударила подругу по плечу. — Там кто-то есть! Говорю вам!

Девицы, сразу позабыв про свою предводительницу, затравленно стали вглядываться в воду, а потом с воплем кинулись на берег, поминутно падая, вставая и снова падая.

На миг Фионе показалось, что рядом с ними в ручье действительно мелькнуло нечто большое, темное, вроде, огромного сома. Но здесь и мелкой рыбёшки почти не водилось, какие уж там сомы…

Не дожидаясь продолжения этой сцены, жутковатой и комичной одновременно, Фиона окончательно выбралась на противоположный берег и угрюмо побрела домой.

Было безумно жаль платье — наверняка, эти чёрно-зелёные пятна даже кипячением не вывести. А ещё у нее ныли ссадины на локте и колене. В туфлях хлюпала вода. А ноги до сих пор тряслись после всех пережитых злоключений.

Но думала Фиона всё больше о том, что за странности сегодня не единожды случились на её глазах.

Она пропустила момент, предшествующий падению Мирел в воду, но судя по возгласам её врагинь, какая-то из досок моста ни с того ни с сего пошатнулась. И вся свора, потеряв равновесие, рухнула в ручей.

Но ведь Фиона ходила здесь каждый день и точно знала, что мост хоть и старый, но вполне надёжный.

Про то, что Мирел чуть не захлебнулась в этой луже, думать и вовсе было жутко. Что за чертовщина? Почему она не смогла подняться на ноги как все? Что ей там привиделось на дне?

Вспомнив ещё и оживший мусорный бак, Фиона поёжилась.

Да уж… Мирел что-то привиделось… А ей самой? Разве найдётся разумное объяснение всем этим странностям?

Впрочем, объяснение найти всё-таки придётся.

Едва Фиона появилась во дворе собственного дома, как возившаяся в саду Дебора ахнула и схватилась за сердце.

— Господь Милосердный! Фиона! На кого ты похожа!

Мать в одно мгновение оказалась рядом, испуганно покосилась по сторонам, но соседей, к счастью, было не видно. Попадись Фиона в таком виде кому-то на глаза, и ещё неделю бы потом слушала упрёки по поводу испорченной репутации.

— Живо в дом! Не дай Бог, ещё увидит кто… Где ты умудрилась так изваляться? — Дебби брезгливо скривилась.

— Прости, мама! Я на мосту оступилась… — угрюмо повесив голову, пробормотала Фиона.

— Ох, ну что за наказание?! — причитала мама, прикрывая дверь. — У всех дети как дети, а с тобой вечно одни хлопоты и проблемы! Как так можно было, а? Ты что совсем под ноги не смотришь? Вечно у тебя всё не так… То споткнёшься, то упадёшь, то уронишь что-нибудь, то порвёшь. Ты же девочка! Эта твоя неуклюжесть меня в гроб загонит раньше времени! Устала смотреть на твои синяки, разбитые колени и расквашенный нос… Живо иди отмывайся и приводи себя в нормальный вид! Скоро отец придёт… Чтоб он тебя такой не видел!

Фиона вздохнула и отправилась в ванную.

Да, маме проще считать, что её дочь неуклюжая тупица, чем хоть раз задуматься над тем, откуда на самом деле берутся все эти ссадины, синяки и порванные вещи.

* * *

8

Фиона с трудом стянула грязное платье через голову. Мокрая ткань противно липла к коже, но, в конце концов, она от него избавилась.

Посмотрела на себя в зеркало и тяжело вздохнула. Бельё тоже испорчено — всё в зелёных и чёрных пятнах. Она брезгливо скидала всю одежду в раковину, скривившись от навязчивого запаха тины.

И со вздохом спросила у собственного отражения:

— Как же это отстирать? Мама ещё неделю теперь ворчать будет из-за этих вещей…

Грустная девчонка по ту сторону стекла была с ней согласна. На несколько мгновений Фиона задержалась у зеркала, разглядывая себя…

Белокожая до прозрачности, худощавая и хрупкая, с такой тонкой кожей, что сквозь неё проступали все венки, выпирали острые ключицы и ребрышки. Ни капли женственности, никаких пышных форм, маленькая грудь, длинные ноги, узкие бёдра. Неудивительно, что её постоянно дразнили то скелетом, то призраком, то банши.

И волосы такие же бесцветные, как всё остальное, и глаза, и ресницы, и брови… И черты лица слишком резкие, и скулы слишком высокие, и нос слишком тонкий, и губы слишком бледные…

— Уродина! — скривилась Фиона.

Понятно, за что её вечно гнобят. Кому такое чучело может нравиться?

У всех девчонок из старших классов уже были парни, а она… даже не целовалась ещё ни разу. С такой внешностью и репутацией так и умрёт в одиночестве.

Да ещё мама вечно ругает за любую вольность — мол, вот выйдешь замуж… — тогда, а пока и думать не смей! А как же она замуж выйдет, если…

Вот в конце месяца в школе будет праздник в честь Хэллоуина — конкурсы, танцы, веселье. А Фиона туда даже не пойдёт.

Потому что… во-первых, мама будет против, во-вторых, Мирел и её свита и там покоя ей не дадут, а в-третьих, все пойдут парами, а её точно никто не пригласит…

А ведь это её праздник!

Фиона родилась как раз в ночь на 1 ноября. Ей исполнится уже девятнадцать.

Как было бы здорово, отпраздновать свой день рождения вот так — представляя, что всё это чудесное веселье — подарок для неё, и все эти гости — пришли к ней!

Фиона громко шмыгнула носом и поспешно стёрла затуманившие глаза слёзы.

— Хватит ныть! — шикнула она на своё бледное отражение и наконец решительно направилась в душ.

Сделав воду погорячее, на несколько минут просто застыла под хлещущими струями. А уж потом взялась за мыло, стараясь избавиться и от липкой грязи, и от отвратительной болотной вони.

Одно радовало… Мирел сейчас не лучше. Её-то в эту тину прямо лицом макнули.

Фиона злорадно усмехнулась, вспомнив, как её врагиня вопила там у ручья. Но тут же, несмотря на горячий душ, по коже пробежали мурашки.

Что же это всё-таки было? Кто напал сначала на Задиру, а потом и на девчонок?

Она не сомневалась, что оба странных происшествия были связаны между